Незнакомец в спасательной шлюпке - Митч Элбом

Лефлёр медленно мигнул.

– Ей было четыре, – сказала Патрис. Она положила свою ладонь на ладонь мужа.

– Да, – пробормотал он.

– Искренне сочувствую вам обоим, – сказал Добби. – Словами не выразить.

Он покачал головой, словно сетуя на их общего врага.

– Проклятое море, – сказал он.

* * *

В ту ночь, подвезя Добби до гостевого дома, Лефлёр припарковался на другой стороне улицы и заглушил двигатель. Его внутренний голос требовал не сводить глаз с этого человека.

Телефон завибрировал. Сообщение. Патрис.

Кофе закончился. Купи на обратном пути.

Лефлёр закусил губу. Написал ответ.

Зашли выпить с Добби. Долго не задержусь.

Нажал кнопку «отправить» и вздохнул. Он ненавидел лгать Патрис. Ненавидел пропасть, которая разверзлась между ними. Свежую пропасть. Глубоко внутри его также ранило, что жена, казалось, смирилась со смертью Лили, в то время как он не мог это принять. Она верила в волю Божью. Часть его замысла. Держала Библию на кухне и часто зачитывала куски оттуда. В такие моменты Лефлёру казалось, что перед ним захлопнулась дверь, открыть которую больше нельзя. Раньше он был верующим, и в день, когда Лили появилась на свет, он чувствовал, что благословлён некой силой, более могущественной, чем всё человечество.

Но после её смерти он стал смотреть на вещи по-другому. Бог? Зачем обращаться к Нему сейчас? Где был Господь, когда тёща заснула в шезлонге? Где Он был, когда его дочь утащило море? Почему Бог не сделал так, чтобы её маленькие ножки побежали в другую сторону, в безопасное место, к дому, обратно к маме и папе? Что это за Бог такой, который позволяет ребёнку вот так погибнуть?

В невидимых силах ему нет успокоения. Есть только то, с чем ты встречаешься нос к носу, и то, как ты с этим справляешься. Вот почему его так увлекал дневник – и временами расстраивал. Группа потерпевших крушение людей считает, что с ними в шлюпке сидит Бог? Почему не прижать его? Не заставить ответить за все ужасы, которые он допускает? Лефлёр поступил бы именно так.

Он щёлкнул бардачком, достал флягу и отпил большую порцию виски. Потом потянулся к пассажирскому сиденью за портфелем, достал дневник, включил освещение в салоне и вернулся к истории. Он не заметил, как в гостевом доме, в окне второго этажа за ним наблюдали маленькие круглые линзы бинокля Добби.

* * *

Было уже за полночь, когда Лефлёр прочитал последнюю страницу.

Я Бог. И я никогда тебя не оставлю.

Он уронил книжку на колени. Богом оказалась девочка? Он перелистнул в поисках продолжения, но страниц больше не было. Богом оказалась девочка. В контексте всей истории это кое-что проясняло. Почему она всегда отдавала свои порции незнакомцу. Почему не разговаривала. Всё это время она наблюдала за ними. Присматривала за Бенджи. Но кем был человек, провозгласивший себя Богом? И почему ему дали умереть? Почему девочка не спасла его и остальных?

Он глянул на время. За полночь. Дата на дисплее его наручных часов переменилась. 10 апреля.

Он застыл.

День рождения Лили.

Сегодня ей исполнилось бы восемь.

Он прижал пальцы ко лбу и закрыл глаза ладонями. На него нахлынули воспоминания о дочери. Как он укладывал её спать. Готовил ей завтрак. Держал за руку, переводя через дорогу в городе. Почему‑то он поймал себя на мысли о последней сцене в истории Бенджи: как тот держал девочку в объятиях, и как та девочка могла выглядеть. Он представлял её как Лили.

Он вышел из автомобиля, обошёл его и открыл багажник. Стянул голубое покрывало, под которым лежало запасное колесо. Там, в ободе, было зажато то, что он запрятал три года назад. Маленькая плюшевая игрушка: коричнево-белый кенгуру Лили. Он положил его туда в вечер, когда Патрис паковала вещи Лили в коробки. Спрятал, потому что не хотел, чтобы всё, что было связано с его ребёнком, убирали далеко. Лефлёр выбрал эту игрушку, потому что подарил её Лили на четвёртый день рождения. Её последний день рождения.

– Папа, – сказала Лили в тот день, указывая на кармашек на животе кенгуру. – Это для деток кенгуру.

– Точно, – сказал Лефлёр. – Называется «сумка».

– А деткам не опасно в сумке? – спросила Лили.

– Деткам всегда безопасно с их мамой.

– И папой, – добавила она улыбнувшись.

От воспоминания об этом разговоре Лефлёр разрыдался. Он рыдал так сильно, что подгибались ноги. Он прижал кенгуру к груди. Они не уберегли её. Это только их вина. Он думал о словах девочки из дневника: я никогда тебя не оставлю.

Но Лили оставила.

Новости

ВЕДУЩИЙ: Новые детали в деле о прошлогоднем крушении яхты «Галактика». С подробностями – Тайлер Брюэр.

ЖУРНАЛИСТ: Вслед за новостями об обнаружении плота с «Галактики» на острове Монтсеррат, семьи погибших возобновили свои призывы к поискам останков в океане. Сегодня бывшая компания Джейсона Ламберта «Секстант Кэпитал» объявила, что поисковая операция начнётся в ближайшее время. Брюс Моррис – бывший бизнес-партнёр Ламберта, ныне стоящий во главе компании.

БРЮС МОРРИС: «Мы считаем, что недавние новости являются основанием для полномасштабного расследования трагедии, произошедшей на «Галактике». Мы объединили усилия с «Нессер Оушен Эксплорейшнс», компанией, занимающейся глубоководными исследованиями, для поисков в районе, где был зарегистрирован сигнал бедствия с «Галактики», на дно будут опущены глубоководные аппараты. Если там действительно что‑то осталось, мы это найдём.

ЖУРНАЛИСТ: Моррис предупреждает, что подобные поиски часто заканчиваются неудачей. И даже при обнаружении каких‑либо обломков нет никакой гарантии, что они позволят ответить на все интересующие нас вопросы. Однако давление со стороны других государств и нескольких влиятельных семей усилилось с момента появления плота на Монтсеррате.

ВЕДУЩИЙ: Кстати об этом, Тайлер, удалось ли найти человека, обнаружившего плот?

ЖУРНАЛИСТ: На сегодняшний день нет. Представители СМИ на острове ежедневно спрашивают о нём. Но на данный момент никакого ответа получено не было. Остров достаточно небольшой. Маловероятно, что кому‑либо здесь удастся долгое время оставаться незамеченным.

Суша

Доброе утро! – бодро произнёс Лефлёр, когда дверь гостевого дома распахнулась. – Не хотите прокатиться?

– Который час? – пробурчал Добби, потирая лицо.

– Около восьми. Я еду на пляж, где был найден плот. Подумал, вы захотите взглянуть.

Добби глубоко втянул ноздрями воздух. На нём была чёрная футболка с Rolling Stones и оранжевые беговые шорты.

– Да, – прокряхтел он. – И правда,