В Стране Гудка. Часть 1. С Новым Годом - Самуил Бабин

Последний парад наступает!

Врагу не сдается наш гордый «Варяг», Пощады никто не желает!

И тут не дожидаясь продолжения песни, полицейский генерал, что-то сказал в рацию и оцепление солдат перед броневиком разошлось в стороны и броневик выпустив сизое облако вонючего дыма, громко рыча, медленно поехал в направлении засевших в пристройке.

— Дай мне маску, — Сидор оглянулся на стоящего рядом в белой маске Отелло и тот, вытащив из-под куртки вторую маску, протянул ее Сидору. — Остановитесь сейчас же, — надев маску, закричал Сидор и бросился наперерез броневику.

И тут неожиданно, солдатики, стоящие в оцеплении, увидев бегущих в масках Сидора с Отелло, стали бросать на землю пластмассовые щиты и с поднятыми вверх руками побежали с площади, пытаясь спрятаться за памятником великому поэту. Сидор в это время подбежал и остановился перед броневиком, закрывая от него пристройку. Каебунский президент, тут же встал, рядом расставив в стороны руки. Броневик остановился и из него на крышу вылез синий омоновец и сняв шлем с удивлением посмотрел на Сидора.

— Я вам приказываю, именем правительства страны, остановиться и развернуться обратно, — крикнул ему Сидор.

— А ты кто такой, — с интересом спросил омоновец.

— Я премьер-министр. И если вы не выполните приказ, я отдам вас под трибунал.

— Понятно, — ответил омоновец и, достав рацию, доложил, — Товарищ, генерал тут сумасшедший выдает себя за премьер-министра. Чего делать? Может скорую помощь пришлете? — и выслушав, ответил, — Понял. Жду.

Тут же из отряда омоновцев, стоящего в прилегающей улице, отделилась небольшая группа, и они, грозно стуча дубинками по щитам, побежали в направление Сидора с Отелло.

— Похоже, сейчас нас будут бить, — произнес обреченно Отелло, увидев бегущих на них омоновцев с дубинками, — И похоже очень сильно.

Но тут вдруг дверь в пристройку отворилась, и выглянувший из нее Петрович крикнул:

— Ребята быстрее сюда к нам.

— Вперед шеф, — схватил Сидора за руку Отелло и затащил его в пристройку.

Омоновцы подбежали к бронетранспортеру и остановились, начав о чем-то переговариваться по рации. И через какое-то мгновение из пушки, установленной на бронетранспортере, вылетела какая-то пробка и следом за ней, по пристройке ударила мощная струя воды. Бронетранспортер заревел, включая обороты, струя воды сделалась еще сильнее и ударила по окнам, выбив стекла вместе с рамами, стала бить во внутрь помещений. Через несколько минут после обстрела, дверь пристройки распахнулась, и из нее выбежали несколько осетинских пекарей, а следом и Петрович с Сидором, и Отелло. Но тут же, им навстречу бросились омоновцы, и в считанные минуты скрутив всех, потащили в стоящий на дороге автозак.

— Все, киздец Варягу. «Снова не дотянул до берега», — грустно произнес кто-то из наблюдавших в толпе, и народ медленно стал расходиться с площади.

***

Омоновцы подтащили Сидора с Отелло к автозаку.

— Сними-ка с них маски, — приказал старший, стоящий у двери. Солдаты, поставив их на ноги, сорвали маски.

— Снова, ты, — с раздражением произнес старший, подходя к Сидору. Это был тот самый омоновец, который задержал его в прошлый раз при штурме штрафстоянке в Брюлево. — И снова с дружком своим. Ну, что вам неймется, — и он потряс Петровича за лацканы пальто и, отпустив, посмотрел на Отелло, — А это еще, что за мавр с вами?

— Я не мавр, я президент независимого Каебуна, — гордо ответил Отелло.

— Он со мной, — добавил Сидор.

— Ну, что грузить их командир, — спросил один из солдат, заломив руку Отелло, так, что тот согнулся пополам.

— Подожди, — остановил солдат старший и обратился к Сидору — Ну, что приедут за тобой кто-нибудь?

— Обязательно приедут, — ответил Сидор, — Дайте позвонить.

— Звони, — согласился старший.

— Але, Челентано, это я, — отдышавшись, Сидор, набрал номер помощника. — Слушай, тут меня снова омоновцы задержали на Кушкинской. Да, ни за что. Я к Петровичу за осетинскими пирогами приехал, а они тут их пекарню штурмовали. Я откуда знаю почему? Хорошо, жду, — он убрал телефон и кивнул головой старшему омоновцу, — Спасибо. Через полчаса будет.

— Отпустите их, — приказал солдатам старший, — За ними сейчас фээсбешник приедут.

Солдаты, отпустив всех, отошли в сторону.

— Угостил бы пирогами, — обратился к Петровичу старший. — В знак благодарности.

— Они, там остались, — Петрович махнул рукой в сторону Пирамиды, к которой в это время направлялся огромный бульдозер, — Еще успею забрать.

— Эй, Нигматулин, — обратился старший к одному из солдат, — Проводи задержанного, пока их хозяйство не снесли.

Петрович, с сопровождающим обгоняя бульдозер, добежали до пристройки и, вытащив из нее четыре большие сумки, вернулись обратно.

— Угощайтесь, служивые, — открывая сумки, пригласил всех Петрович, а старший скомандовал, — Обед, ребята.

Омоновцы весело набросились на еще теплые пироги, а Петрович сходил к памятнику великому поэту, за которым все еще прятались солдатики-первогодки и тоже привел их к общему столу.

— Слушай, ты бы завел себе удостоверение службы безопасности, — с аппетитом уплетая пирог, сказал Сидору старший омоновец, — А то так каждый раз мы вынуждены будем тебя арестовывать.

— Надо будет поднять вопрос на совете министров, — согласился Сидор, откусывая кусок пирога.

— Ну, ты юморист, — засмеявшись, покачал головой омоновец.

В это время возле них остановился автомобиль со спец номерами и мигалкой, из которого вышел Челентано.

— Ну, что уже помирились, — недовольным тоном произнес он.

— Да, мы и не сорились, — добродушно ответил Петрович, протягивая ему пирог.

— А это кто еще тут, — указал Челентано на Отелло, который с пирогом в руке, разглядывал с восхищением омоновский автозак.

— Каебунский президент, — ответил Сидор.

— А он откуда здесь взялся, — удивленно произнес Челентано.

— В спальне прятался, в Желтом доме. Пришлось брать с собой, — пояснил Сидор.

— Его же ООН в международный розыск объявила, за хищение Казахсадских денег, — ничего не понимая, развел руками Челентано.

— Да, он у них всего несколько тысяч взял и те украли потом, — объяснил Сидор, — Подставили его. Да к тому же орден еще потерял. Ему бы помочь надо, вернуться в Каебун. Организуй. Челентано?

— Нет, уж. С меня одного тебя достаточно. Вот ты сам и помогай, — категорично ответил Челентано, — Все, собирайся. Нам на хоккей ехать пора.

— Слушай, давай каебунца заберем. Пусть пока у меня на даче поживет, — подойдя к Челентано, просительно произнес Сидор.

— Ты с ума сошел. С такой рожей. Его же все узнают, — замахал руками Челентано.

— А у него маска есть, — обрадовался Сидор, — В маске не узнают, — и крикнул, — Эй, Отелло маску надень.

Каебунец поднял с земли брошенную маску и, надев ее на голову, подошел к машине.

— Так ведь не узнают, — Сидор обнял за плечи Отелло.

— Ладно, пусть едет, — устало согласился Челентано, садясь в машину. И они, попрощавшись с Петровичем и омоновцами, отъехали