По дороге к манговому дереву - Дарья Попович

На паркете возле колонны уже сидели Мигель, Анна, Хосе Куно, темнокожий высокий парень с роскошной шевелюрой и плетёными браслетами — Иван. (Доминик говорил, мама этого парня — русская, но живёт в Африке).

К кругу подошли две девушки, которые, видимо, до этого смеялись. Сосо Эспиноса не выпускал из рук телефона и что-то строчил. Оторвавшись от экрана, он сказал по-испански, что сейчас придёт Хорхе. Он ведёт занятия в библиотеке для слепых. Но он уже объяснил своим ученикам, что потерялась Патриция. И они, тоже хотят узнать, куда она делась.

В общежитие её ещё не заселили. Она уже забрала чемодан сегодня из хостела. Он — в комнате под лестницей. Там студенты оставляют свои чемоданы. Я ещё раз проверила в кармане ключ от этой комнаты. Сегодня Патрицию должны заселить в общежитие. Но она может не успеть.

Куда она ушла без вещей, телефона, имея столь скудный запас слов на русском языке? Почему она так поздно приехала? Учебный год — в разгаре, а она? Лекции подготовительного факультета уже начались. Но ей подбирают группу. Волонтёр даже не успела показать ей здание, где будут проходить основные занятия.

Сосо предложил разбиться на группы и сходить туда, где Патриция была последний раз.

Мария Аргуэла, громко сообщила: она уже звонит одному студенту — бразильцу. Включив его голос на самую громкую связь, она стала повторять слова, замедляя речь. Все напряжённо слушали: нет, он даже не знаком с Патрицией.

Анна открыла тетрадь и стала что-то чертить, затем показала "план" Мигелю. Он передал мне чертёж. Квадрат в центре — столовая, которая ja fermada — закрыта. Пять квадратов возле фигуры из прямоугольников — два парка, где они проходили с Патрицией, когда шли компанией.

— Но что она там делает одна в такой холод? — поёжился Сосо.

Линия возле другого прямоугольника — это четыре кафе. Вероятнее всего, она в пиццерии.

Услышав про пиццу, двое парней (никто не заметил, как они присоединились), тут же заявили, что отправляются туда.

Я начала звонить африканцу из Анголы: он говорит на португальском. Потерялась — perdeu? Или это "потеряла"? Тогда лучше сказать "мы потеряли студентку, которая говорит только на португальском": nos perdemus uma estudante que fala (а не habla, как по-испански) solamente português. Я не стала проверять фразу в "переводчике".

Иван набрал номер и произнёс: "Ola, Jorje"? Связь прервалась. Он стал набирать заново, но его остановил худощавый парень в больших очках: зачем вообще сообщать этому Хорхе, что происходит? Вы не заметили, как тот всех контролирует? Он контролирует не только студентов, но даже волонтёров и сотрудников университета!

Мария Аргуэла начала что-то возражать. Она говорила быстро, и я не поняла её.

Парень в больших очках пожал мне руку: Хенаро. Он продолжил: всякий раз, когда кто-то созванивается со своей семьёй, Хорхе подходит и говорит: "Ola"! Какое ему дело? Это не его семья! В общежитии он слушает все разговоры, как только слышит испанский. Все стали шумно спорить. Хенаро замолчал и стал наблюдать за спором, который разгорался всё больше.

Наконец, он добавил: можно ему не верить. Но! У Хорхе был друг. Так вот, его депортировали в Мексику. И Хенаро слышал от знакомых: этот парень больше не может получить разрешение на въезд в Россию. Почему? Он вроде бы ничего не нарушил. (Друг? Видимо, тот самый, с которым я видела Хорхе в кафе, когда они оба пригласили нас в клуб испанского).

Когда все заговорили так громко, что даже охранник поднялся, чтобы посмотреть, что происходит, случилось то, чего никто не ждал. Все, кто проходил мимо через паркет, вдруг стали подходить к окнам и доставать телефоны. Люди на улице стали останавливаться. Я спустилась и, пробравшись сквозь группу девушек, увидела, в чём дело.

К главному входу в университет подошёл конь. На коне восседал Хорхе в пончо.

Вся компания вместе с Хенаро вышла на улицу. Поприветствовав всех жестом, мексиканец стал что-то объяснять про пробки. По дороге он встретил друга, который как раз вёл Амиго обратно из города. Как с поиском Патриции? При виде лошади, Хенаро скривил лицо, будто так и хотел сказать: этому лишь бы красоваться и не важно, перед кем. Мария Аргуэла восторженно приблизилась к коню и уже хотела его погладить, но Хорхе предостерёг: животное боится незнакомых. Он спешился.

Массивные университетские двери открывались в основном, чтобы кого-то выпустить, а не впустить. Меня приобнял анголец: он уже обзвонил всех, кого мог. Два студента вернулись из пиццерии, пожимая плечами. От них пахло свежим испеченным тестом. Они шумно обсуждал что-то.

Варианты исчерпаны. Я хотела вернуться в кабинет, чтобы проверить, не стоит ли Патриция, случайно возле двери. Все вдруг заметили белую машину. Она подъехала так близко, что Хорхе, Хенаро, Сосо, Анне и Мигелю пришлось попятиться.

Из машины сначала выглянула длинная трость. Затем — хозяин трости — полноватый мужчина, среднего возраста в солнцезащитных очках. Он поблагодарил водителя и принялся довольно ловко нащупывать тростью, куда ступить. Вслед за ним из машины вышла женщина. Не было понятно, сколько ей лет. Длинные светлые волосы, разбросанные по плечам — как на фотографии Патриции. Она заговорила: видимо, решила поблагодарить мужчину с тростью.

Мягкие звуки, особенно "шшш", переливающиеся гласные, характерные для португальской речи. Анголец сразу подошёл к ней, пытаясь объяснить, для чего собралась вся эта толпа.

Хорхе схватил слепого мужчину за руки, чтобы тот не поскользнулся:

— Гдэ ви нашли её?

Слепой двигался довольно ловко для человека своей комплекции.

— После занятия в библиотеке я поехал в магазин, — владелец трости назвал популярное место в центре города. — Надо было там кое-что посмотреть. Потом я проголодался. И уже возле кафешек слышу — речь не наша и очень напоминает испанскую. Но я уже слышал, как разговаривает наш Хорхе. И тут я как-то понял: это и не испанский. А раз не испанский, но вроде похоже — видимо, та бразильянка. Я подошёл и действительно: Патриция? Она отвечает: си, Патриция!

Оказалось, её увели сирийцы — брат и сестра. Они встретили её случайно и повели с собой. Патриция заслушалась: они рассказали ей, как уезжали от войны и как строили планы, чтобы после учёбы не возвращаться на родину. Она плакала. О том, что её ищут, она узнала, когда сирийцы прочитали в чате: латиноамериканское землячество потеряло студентку.

Хорхе шепнул мне: слепой мужчина — председатель общества слепых в городе.

Я повела Патрицию в университет, открыла ей коморку, где стояли два её чемодана. Анголец помог ей нести увесистую