Прости - София Шамилевна Галлямова

— Нет… нет, милая. Ты не понимаешь меня. Я люблю тебя, и люблю так, как никто никогда не любил. И не будет любить. Я был готов на многое ради твоего внимания, ради твоего касания. Я люблю тебя и не знаю, смогу ли отказаться теперь от этой любви. Потому что я знаю, что никогда больше не услышу от тебя ласковых слов, никогда не поймаю твой взгляд на себе. Я буду захлёбываться в собственных слезах каждую ночь, потому что понимаю, что никогда так и не услышу твоего «Я согласна» …

Он смотрел на конверт, который намокал всё больше и больше. Когда-то он не решился отправить его. Теперь отправлять некуда.

— Мира, милая Мира… Мне больно от тех слов, которые мы с тобой не сказали друг другу. Больно от того, что я тебе не сказал. Должно быть, ты и не слышишь меня сквозь толщу тяжелого чернозёма, — горькие и щиплющие глаза слёзы текли всё с новой силой. Мужчину безжалостно душили мысли и воспоминания, та самая любовь, от которой он действительно не мог отказаться. — Прости меня, что я пришёл лишь сейчас. Надеюсь… надеюсь, что ты не ждала меня. Хотя я знаю, что ждала. Господи, да что это?! …

Новый крик, разрывающий тишину. Душевная боль резала и сжигала, пустота расширялась. Капли дождя начали обжигать своим холодом. Мужчина с силой ударил ладонью по собственному колену, боясь промахнуться и ударить землю рядом с могилой. Он вновь обнял конверт, прижал к своему сердцу. Оно обливалось горячей кровью.

— Я должен был спросить тебя. Я так хотел услышать твой ответ. Прости меня, прошу, прости… — теперь его голос был тише. Мужчина заставлял себя дышать глубоко, чтобы успокоиться. Надо было собраться. Найти силы встать. — Я знаю, ты бы этого хотела. Чтобы я смог пережить это.

«Я помогу тебе, Игорюш. Моя профессия — лечить людей. И тебя вылечу…»

— Прости, Мира.

Струя холодной воды стекла по его спине, он начал дрожать всем телом. Лицо было мокрым, и вытирать его было занятием бессмысленным. В прочем, сейчас практически всё казалось ему не имеющим значимости. В последний раз прикоснувшись к плите, он ласково погладил её. Так он прощался с любимой. Мужчина встал с колен и, недолго подумав, вложил конверт в руки мраморного ангела.

— Я никогда не верил в жизнь после смерти. Но сейчас я правда надеюсь, что у тебя есть крылья.

Небо потемнело так, словно полностью облачилось в грузную тучу. Скрестив руки на груди от холода, мужчина сгорбился ещё сильнее прежнего. Закрыл глаза. Он ещё вернётся сюда, когда ему станет легче. Или хуже.

В последний раз проговорив мысленно каждое слово, запечатлённое на камне, он развернулся к дорожке, по которой пришёл к могиле. Превозмогая желание вновь упасть к ногам скульптуры, пошёл прочь, всё так же надеясь, что нежная Мира действительно его слышала.

«Прощай, милая. И прости меня… Ладно?»