В вечернее время. Ранние стихотворения - Игорь Михайлович Киреев

Расселись к окну и чуть в даль,

Проедет поезд пару остановок –

Застигнет гоголевская печаль.

Мелькают за стеклом деревья,

Дороги струятся, машины стоят,

Будто за хлебом народ в воскресенье,

Ждут люди в авто, машины гудят.

Всё те же деревья, всё та же река

Дорогой тянется издалека.

Коровы пасутся, утки пруд рассекают,

Шел поезд на мост, в дали и в дали…

Груша и слива цвели, как невесты,

И музыканты проходили с песней.

Куда проложен рельсов путь?..

Зачем неизменна картина:

Поля и деревья, дома где-нибудь,

Закатные краски кармина?..

«Снег застыл в пространстве…»

Снег застыл в пространстве,

Будто звезды сыплют.

Белым одеялом земли принакрылись.

Темнота умылась.

Белой краски кошка в доме

Спит, собой объята.

Ночь проходит тишиною,

Нет тревог изъяна.

Всё проходит…

Вот затихнул звук.

Не услышать песен –

Лишь молчание вокруг.

Прогулка

Кружится звездочками снег,

Огни луной горят.

Футлярами машины проезжают,

И змеи-поезда шумят.

Пройтись по улицам! Вперёд!

И лёд одежду кроет!

Постройкой ровной хвалятся дома,

Которые при беге тьма проглотит.

Играют свечи рая,

И в музыке земной

Я вижу розовую дымку

И слышу слов неясный слой,

Зовущий душу на покой.

Скорей взойти в автобус!

Помчать через созданья старины!

В движенье слышно радостную весть:

Сердца таят преданья тишины.

«Кружит стрелки демон ночи…»

Кружит стрелки демон ночи,

Тень сгустилась над домами,

Гаснет свет в оконцах. Очи

Демон пылкий приоткрыл и смотрит,

Ставши за дубами.

Пролетел ли голубь сизый,

Пропорхнул вампир угрюмый,

Демон жадными кистями

К книге тянется, как к сумме

Чахнутого*2 старца манит.

Украсть он хочет знаний дар,

Он хочет сжечь людскую мудрость,

Средь пламени вдохнуть угар

И развращать собою человеческую глупость.

Уже чрез форточку пролазит демон,

Уже горят огнём кривые пальцы,

Над книгами пылает пламя, он

Уже исполнил сатанинский танец…

Весенний день

Дует сонный ветер.

Шевелятся листья в такт.

И разбросаны на небе

Облака. Несёт их так:

Над лабиринтом городов,

Над степью, нежностью зеленой,

Над лесом, тёмным и лихим,

Над кроной пальмы или клёна

И куда-то в дали веков.

Пойти ли на прогулку?

Устремить ли свой путь

По тропинкам парка?

Увижу ли птиц где-нибудь?

Уже опала яблоня в садах,

Распускаются зеленые почки.

Птицы щебечут в мечтах,

Увидел в небе их точки.

Я выйду на улицу.

Укроюсь на миг от тревог.

Не свистела недели метелица.

Идти, скорей переступить порог!

И шум разгульный, ветровой

Покласть*3 на нотную бумагу,

Запечатлеть среди стихов

Веселую игру ватаги!

Среди субботней маеты

Найду на улице цветы,

Сиренью облиты которые.

И вновь прильну к листам,

Вернувшись из кромешной темноты!

Восемнадцатлетие

Матово поблекло небо,

Растаял гул в вечерней мгле,

И облака седыми комьями

Повисли на невидимой черте.

В домах зажглись огни,

Блестят квадраты окон,

Как пироги продолговатой формы

На протвене*4 уложены пречерном.

По комнатам мелькают тени:

На кухне мать посуду ставит,

Отец вернется, дверь прикрыв,

И кроме их

В отдельной комнате при свете лампы

Подросток занимается ученьем.

Чуть позже вся семья усядется за стол,

Появится из воздуха над блюдом разговор,

Уснёт усталость между радующихся лиц.

И гул в округе, властной и пустой,

Расширится среди дворов угрюмостью густой.

Так что останется чрез срок,

Когда пройдет пора дорог?

Когда закончено приготовление и путь

Лежит пред взором, а не где-нибудь?

И потому нам сердце говорит,

Когда тропа видна, протоптан грунт,

Неясность, неизвестность впереди:

«Иди к мечтаниям, иди!»

Примечания

1Чабáн — некто вроде пастуха или погонщика скота у народов Средней Азии.

2Чáхнутого — прилагательное от глагола «чахнуть».

3Поклáсть — положить.

4Прóтвень — поддон из металла формы параллелепипеда без верхней грани для выпекания, например, пирогов и для запекания мяса, например, курицы.