Почти управляя телом - Маша Саулко

– Недавно я потерял жену, – сказал он, присаживаясь напротив Киры.

– Соболезную, – искренне ответила она. Тени уже стали заползать в её голову, и она не сопротивлялась им – для проведения сеанса ей был нужен контакт. Мужчина начал открываться, и она постепенно переставала видеть его лицо и начинала видеть его самого. Пока ещё не чётко. Тёмные черты, мрачные провалы глаз, запущенная щетина. Страх, тоска и вонь наполнили её кабинет. Она вдруг испугалась. К ней приходили всякие люди. Люди с болью, стыдом и грузом вины. Люди, которые совершили ужасное и прошли через кошмар. Но редко кто пугал лично её. Промелькнула мысль нажать тревожную кнопку и вызвать охрану ещё до того, как мужчина начнёт говорить. Но… К ней не приходят, не достигнув отчаяния. Раз он тут, значит, никто другой не сумел ему помочь. Кто она такая, чтобы решать, кто достоин её дара, а кто нет?

– Я думаю, что она мне изменяла, – сказал он.

– Какое это имеет значение теперь, когда её нет? – осторожно поинтересовалась Кира, надеясь, что всё обойдётся одним разговором.

– Для меня – имеет, – ответил он с напором, и его лицо посерело, но Кира уже этого не видела. Она видела ссору.

– Где ты была? – спросил он таким же тоном, как сейчас отвечал ей.

– У нас был корпоратив, я же предупреждала, – ответила Лена и сняла резинку, распуская хвост. С наслаждением взбила волосы. – Ты ел?

Он подошёл к ней вплотную.

– От тебя пахнет куревом. Ты куришь, только когда трахаешься.

– Сераф, что за бред? – Она попыталась оттолкнуть его, но он поймал жену за руку. – Болтали с девчонками в курилке, я даже и не курила сама, ты чего?..

Кира усилием воли вернула себя в реальность. Мужчина напротив что-то говорил, но она его перебила:

– Чего вы хотите, Сераф?

Он вздрогнул.

– Откуда вы знаете?

Кира тут же поняла. Так его называла только жена. Она выдавила лёгкую улыбку.

– Вы же не к психологу пришли.

Он с сомнением посмотрел на неё.

– Да, вы правы. Я хочу знать, изменяла ли мне жена.

И вот теперь Кира смотрела на него через стол, решая, что делать. Удивительно, но Лена его любила. От начала и до конца. До самых последних минут она любила и верила в его любовь. Что чувствовал Сераф, Кира не знала. Он всё ещё был слишком живой, чтобы она могла понять это.

Но она точно знала, что он псих. И триггером может стать любая мелочь.

Она мысленно оглянулась, воссоздавая свой кабинет в деталях. У большого окна стоял стол с открытым лэптопом на нём. Потом – два кресла и её рабочий стол, сейчас пустой. По периметру шли книжные полки, уставленные различной литературой – в основном, по психологии и искусству. Совсем немного эзотерики. И несколько полок было отведено под предметы, необходимые для её концентрации или ритуалов, когда она нуждалась во вспомогательных силах. В целом, совершенно не важно, чем именно будет проводник энергии. Иногда из пакетика чая можно было вытянуть удивительно много полезной информации. Поэтому и предметы были соответствующими. Никаких тебе хрустальных шаров и свечей. В основном – маленькие статуэтки из поездок. Она любила ходить по базарам, и сама не знала, как выбирала тот или иной предмет, и для чего он нужен. Но упорно тащила это всё к себе в кабинет. И всё всегда пригождалось… в своё время.

В Нью-Йорке она купила у метро шар со снегом. Он стоил три цента, и совсем даже не нравился ей. Она вся изнервничалась, пытаясь запихнуть его в забитый чемодан. В итоге даже хотела оставить. Что за глупость, право. Китайский шар со снегом. Она поставила его на тумбочку и пошла к выходу из номера. Каждый шаг давался ей сложнее, чем предыдущий. Она почти уже добралась до двери, когда сопротивление стало невозможным. С тихим криком, не осознавая, что плачет, она кинулась обратно к шару и схватила его. Прижав к груди сидела на полу и качала, как ребёнка.

И вот сейчас она думала именно про этот шар. Он был самым тяжёлым предметом в её кабинете. И стоял на уровне её плеча. Стоило только протянуть руку… Она не сомневалась, что успеет.

Она вздрогнула, будто бы стряхнув оцепенение. Получилось не очень натурально и совсем не похоже на обычные возвращения, но откуда ему знать, как должно быть? Урод напротив неё оживился. И как она могла подумать сначала, что он симпатичный?

– Что вы узнали? – спросил он резким режущим голосом.

Она вздохнула.

– Что ваша жена была вам верна.

Он оторопело откинулся на спинку кресла и с недоверием посмотрел на неё. Тени расходились. Лена сказала ей всё, что хотела сказать. И теперь была свободна.

«И правильно, – подумала Кира. – Живые в состоянии сами о себе позаботиться. А кто позаботится о мёртвых?»

– Этого не может быть, – прошептал он. Уродство и резкость ушли из его движений. Перед ней снова сидел печальный мужчина с приятным баритоном, с которым она бы с радостью согласилась попить кофе, если бы не видела то чудовище, что пряталось у него под кожей.

Она пожала плечами.

– Сочувствую вашей утрате, – она прислушалась к своему организму. Сердце стало стучать медленнее и тяжелее. Уши заложило. Волосы на загривке ощетинились. Руки покрылись мурашками. Надо поскорее от него избавляться. Она услышала свой голос как будто издалека. – Моя ассистентка поможет вам с оплатой в приёмной. А теперь прошу меня извинить…

– Но вы же ничего не сказали?! – он повысил голос.

Кира глубоко вздохнула и схватилась крепче за ручки кресла. Реальность плыла.

– Вы спросили, изменяла ли вам жена. Ответ: нет, не изменяла.

– Какие доказательства? – вскипел он.

– Доказательства в том, что она вас любит. Невозможно доказать то, чего не было. Она жила обычной жизнью. Ходила на работу, заботилась о вас, мечтала о детях.

– О детях? – на его лице проступило неподдельное удивление и шок. – Она же ненавидела детей.

– Она так говорила, чтобы поддержать вас. Она была уверена, что дети вам не нужны. Она была готова сделать всё, о чём вы попросите.

– Она…