Говардс-Энд - Эдвард Форстер

Дорогая миссис Уилкокс!

Я вынуждена написать вам без должной учтивости. Было бы лучше, если бы мы с вами больше не встречались. Моя сестра и тетя доставили неприятности вашей семье, и, в случае с моей сестрой, основания для этих неприятностей могут возникнуть снова. Насколько мне известно, она больше не увлечена мыслями о вашем сыне. Но было бы несправедливо по отношению и к вам, и к ней, если они вновь встретятся, а поэтому будет правильно, если наше знакомство, которое так приятно началось, завершится.

Боюсь, вы с этим не согласитесь — на самом деле, я даже уверена, что не согласитесь, — поскольку вы были так любезны оставить у нас свою визитную карточку. С моей стороны, это лишь непроизвольное побуждение, и, без сомнения, оно ложное. Сестра наверняка скажет, что ложное. О моем письме она ничего не знает, и, надеюсь, вы не станете связывать сестру с моей неучтивостью.

Поверьте, искренне ваша, М. Дж. Шлегель

Маргарет отослала письмо по почте, а на следующее утро получила написанную от руки записку:

Дорогая мисс Шлегель!

Не стоило писать мне такое письмо. Я заходила сообщить вам, что Пол уехал за границу.

Рут Уилкокс

У Маргарет запылали щеки. Она не смогла закончить завтрак. Она сгорала со стыда. Ведь говорила же ей Хелен, что юноша собирается покинуть Англию, но ее внимание было тогда поглощено другими вещами и она забыла. Все ее абсурдные треволнения оказались бессмысленными, но теперь вместо них возникло осознание того, что по отношению к миссис Уилкокс она проявила бестактность. Маргарет ощущала ее как горький привкус во рту. Бестактность отравляла жизнь. Бывают минуты, когда она необходима, но горе тому, кто прибегает к ней без нужды. Маргарет быстро надела шляпу и накинула шаль и, как простолюдинка, бросилась в туман, который все еще не рассеялся. Губы ее были плотно сжаты, письмо осталось в руке. В таком виде она пересекла улицу, вошла в мраморный вестибюль здания напротив, проскочила мимо консьержей и бегом поднялась по лестнице на третий этаж. Там она передала свою визитную карточку, и, как ни странно, ее сразу же проводили прямо в спальню к миссис Уилкокс.

— О, миссис Уилкокс, я совершила чудовищную ошибку! Не могу даже выразить словами, как мне жаль и как мне стыдно.

Миссис Уилкокс сдержанно поклонилась. Она была обижена и не пыталась это скрыть. Сидя в постели и опершись на подушки, она писала письма на специальном столике для инвалидов, установленном у нее на коленях. На другом столике рядом стоял поднос с завтраком. Свет от пламени камина, свет из окна и свет от лампы со свечой образовывали дрожащее сияние вокруг ее рук и вместе создавали странную атмосферу рассеивания материи.

— Я знала, что он собирается в Индию в ноябре, но потом забыла.

— Семнадцатого он уплыл в Нигерию, в Африку.

— Я знала. Знаю. Я вела себя так бестолково. Мне очень стыдно.

Миссис Уилкокс не ответила.

— Мне очень, очень жаль, но я надеюсь, вы все-таки простите меня.

— Это не имеет значения, мисс Шлегель. Хорошо, что вы пришли так быстро.

— Имеет, конечно, имеет! — воскликнула Маргарет. — Я повела себя невежливо, а моей сестры даже нет дома, так что у меня нет никакого оправдания.

— В самом деле?

— Она только что уехала в Германию.

— Значит, и она уехала, — тихо проговорила миссис Уилкокс. — Да, конечно, теперь нет повода для волнений — абсолютно никакого повода.

— Так, стало быть, и вы беспокоились! — вскричала Маргарет, волнуясь все больше и больше. Она села, не дожидаясь приглашения. — Как удивительно! Вижу, что вы беспокоились. Вы чувствовали то же, что и я: Хелен не должна с ним снова встретиться.

— Да, я думала, что так будет лучше.

— А почему?

— Это весьма трудный вопрос, — улыбнувшись, сказала миссис Уилкокс, и выражение недовольства начало исчезать с ее лица. — Пожалуй, вы в своем письме хорошо сформулировали на него ответ. Это непроизвольное побуждение, которое может быть ложным.

— Но дело не в том, что ваш сын все еще?..

— О нет. Он часто… Мой Пол, видите ли, еще очень молод.

— Тогда что же это было?

— Непроизвольное побуждение, которое может быть ложным, — повторила она.

— Иными словами, они принадлежат к тому типу людей, которые могут влюбиться, но не смогли бы жить вместе. Это в высшей степени вероятно. Боюсь, что в девяти случаях из десяти Природа тянет в одну сторону, а человеческая природа — в другую.

— Вот уж действительно сказано «иными словами», — проговорила миссис Уилкокс. — У меня не получилось бы так удачно это описать. Просто я встревожилась, когда узнала, что мой мальчик увлекся вашей сестрой.

— Ах да, я все время хотела спросить вас. Как вы все-таки узнали? Хелен была поражена, когда после приезда тетушки вы вмешались в разговор и все уладили. Пол сам вам признался?

— Это обсуждение ни к чему не приведет, — немного помедлив, ответила миссис Уилкокс.

— Миссис Уилкокс, вы очень рассердились на нас в июне? Я написала вам письмо, а вы не ответили.

— Я была определенно против того, чтобы переезжать в апартаменты миссис Матесон. Мне было известно, что они напротив вашего дома.

— Но теперь все хорошо?

— Думаю, да.

— Только думаете, но не уверены? Мне бы хотелось покончить с этой неразберихой!

— О да, уверена, — сказала миссис Уилкокс, неловко поежившись. — Когда я что-то говорю, всем вечно кажется, что я сомневаюсь. Такая уж у меня манера.

— Ну и прекрасно. Я тоже уверена.

В спальню вошла горничная убрать поднос с завтраком. Беседа прервалась, а когда возобновилась, то уже протекала спокойнее.

— Ну, мне пора прощаться — вы будете вставать.

— Нет, пожалуйста, побудьте еще. Я сегодня проведу день в постели. Время от времени я так делаю.

— А мне казалось, что вы любите рано вставать.

— В Говардс-Энде — да, но в Лондоне нет ничего, ради чего стоило бы это делать.

— Нет ничего? — воскликнула потрясенная Маргарет. — А как же осенние выставки? А концерты Изаи?[18]Не говоря о людях.

— Дело в том, что я немного устала. Сначала свадьба, потом отъезд Пола, а вчера, вместо того чтобы отдохнуть, я ходила с визитами.

— Свадьба?

— Да. Чарльз, мой старший сын, женился.

— Вот как!

— Мы переехали в квартиру миссис Матесон главным образом по этой причине, и еще чтобы Пол мог купить себе африканское снаряжение. Апартаменты принадлежат кузине мужа, и она любезно предложила нам здесь пожить. Так что до свадьбы мы смогли познакомиться с родными Долли, чего раньше не сделали.