Дом на городской окраине - Карел Полачек

Когда же агент ушел, чиновник обрушился на жену с упреками: — Опять мы выбросили деньги на ветер. Тебе обязательно надо каждого впускать?

— Разве я говорила, чтобы ты заключал договор о страховке? Ты его подписал сам по доброй воле. Я слова об этом не проронила. Вечно я во всем виновата.

Некоторое время супруги перебранивались и осыпали друг друга упреками, но затем успокоились, сойдясь на том, что страховка, в конце концов, ничему не помешает.

3

В тот день произошло еще одно событие: невысокого роста мужчина в рыжем реглане, с медной серьгой в ухе, крикнул из коридора: — Алло! Вам не нужна швейная машина?

— У нас уже есть швейная машина, — ответила пани Сырова.

— Но у меня дешевые швейные машины, — продолжал человек с медной серьгой.

— Нам не надо.

— Но у меня хорошие швейные машины.

— У меня уже есть, зачем мне вторая?

— У меня машины всемирно известных марок. Качество гарантируется. Извольте посмотреть проспект.

— Я своей машиной довольна.

— Я продаю машины в рассрочку, ежемесячные выплаты пустяковые, вы их и не заметите.

— В другой раз, пан.

— А как насчет… Алло! Алло-о! Паничка, а как насчет угля? Я продаю уголь мешками и возами.

— Уголь у нас есть.

— Ах, черт побери! С утра не заладилось. Но, паничка, уверяю вас, я поставляю первосортный уголь, сам горит, и идет его немного, чудо уголь, а, пани? Остравский, бурый, ореховый, газовый, будете меня за него благодарить, пани. А не желаете ли коксу, брикетов, антрацита?

— У нас всего с избытком.

— А вот чего у вас нет, так это чистоля, не так ли? Есть? Не может быть!

— А стиральный порошок «Удовольствие хозяюшки», средство для быстрой стирки, не портящее белья?

— Пока у меня есть, — миролюбиво сказала пани Сырова.

— И дал же я нынче маху. Ну да, ничего не поделаешь. Мое почтение, мое почтение, если что-нибудь понадобится, обратитесь ко мне, обслужу вас отменно. — Рыжий реглан вильнул и исчез, как рыба в омуте.

4

В обед чиновник пришел домой, снял пальто и сел за стол. Жена, вся раскрасневшаяся, хлопотала у плиты и рассказывала о том, как у нее прошло утро.

Ее приключения были незатейливы. Для того, чтобы разжечь воображение пани Сыровы, вполне достало соприкосновения с торговым миром: она вся ожила, рассказывая о ценах на самые необходимые товары.

— Лавочников на нашей улице несколько, самая большая лавка у вдовы Малечковой. Но мне сказали, что у нее все дорого, и качество неважное. Я сделала покупки у пана Штайна. Он человек приятный и любезный. Никогда бы не подумала, что у него такое дело. Лавочка небольшая, но купить там можно все. Это тот, у которого над входом в лавку подвешены на шнурке домашние туфли. Он спросил, есть ли у нас дети. «Жаль, что нет, — сказал он, — дети — это счастье семьи».

— Дети, — буркнул чиновник. — Я и сам бы не прочь. Но иметь детей нам сейчас не позволяют обстоятельства. Вот, когда я продвинусь по службе, тогда… Торговец забот не знает. Ему на руку, когда у покупателей есть дети, это выгодно для его торговли.

— Он сказал: — Я дал бы вам в придачу сказки для ваших детей. Ну, а на нет и суда нет. — И еще всякие шуточки отпускал. Такой веселый человек…

— Какие еще сказки, — сказал чиновник, помешивая ложкой суп, — пусть оставит их себе. Суп несоленый.

— Ну так посоли… Я рада, что плита так хорошо топится. Слышишь, какая тяга? Гудит, что паровик. Я затопила в десять — и вот, обед уже готов. Да, и еще я встретила нашу хозяйку, — продолжала жена, таинственно понизив голос.

— Ну и что?

— Она мне не сказала «целую руку», а всего лишь: «Желаю вам доброго утра». Деньги с нас получили, так зачем же теперь «целую руку».

— Прекрати, — оборвал ее чиновник. — Я уже сказал, что никаких «целую руку» не будет. Держи себя проще… Не задавайся. Я не потерплю никакого высокомерия.

— Да мне этого от нее и не нужно. Это я так, к слову. Она лишь головой кивнула, проходя мимо. Я даже не остановилась.

Чиновник доел, взял календарь и улегся на диван.

— Немного отдохну, — сказал он умиротворенно.