Александр Мальцев - Максим Макарычев

Весной 2010 года друг Мальцева Виктор Перетягин позвонил в цирк имени Юрия Никулина, чтобы пригласить на открытие нового ледового дворца в Кирово-Чепецке московских артистов цирка на льду. «Звоню директору этого коллектива Абрамовой Наталье Алексеевне, представляюсь директором ледового дворца в Кирово-Чепецке. На том конце провода молчание, видимо, она осмысливает информацию, – вспоминает Перетягин. – Уточняю: “Речь идет об открытии дворца имени Александра Мальцева, нашего земляка”. Слышу на другом конце провода – оживление, и Наталья Алексеевна задает всего лишь один уточняющий вопрос: “Кого-кого?” Я немножко смущен. “Мальцева, великого советского хоккеиста”. Сказал, что с детства знаком с ним и нахожусь в хороших отношениях. Разговорились, и она рассказывает поразительную историю. Оказывается, в начале 1970-х годов они с мужем, защитником сборной СССР по футболу Николаем Абрамовым, проживали в том самом доме, где жил Мальцев. Более того, в квартире на седьмом этаже, под его однушкой. “Так вы тоже у нас в доме бывали, гуляли там? Не слышали, случайно, как я в потолок стучала? – смеясь, спрашивает Наталья Алексеевна. – Не беспокойтесь, постараемся приехать в Кирово-Чепецк. А Александру Николаевичу передавайте большой привет”»…

Два гениальных хоккеиста дружили так крепко, что Валерий Харламов даже сына назвал Александром в честь Мальцева. «Знакомых у нас – тьма, а настоящих друзей, каким был Валера Харламов, почти не осталось», – однажды в 2000-е годы сказала жена Мальцева Сусанна.

Сергей Мальцев вспоминал, что уже перед самой свадьбой его брата, когда состоялась одна из последних встреч тогдашних холостяков, Александр Николаевич напутствовал его и Харламова: «Смотрите теперь, не хулиганьте в мое отсутствие». Сказал он эту фразу с нескрываемой улыбкой и добротой. Мальцев-младший и Харламов сделали вид, что прислушались.

После свадьбы, когда Александр Мальцев стал уделять внимания молодой жене больше, чем лучшему другу, Харламов загрустил, видимо, понимая, что число дружеских «вечеринок» и посиделок теперь заметно сократится. И вот однажды Валерий набрал телефон Сергея Мальцева, у которого в тот день также был выходной, и предложил ему прогуляться по Москве.

Договорились встретиться на Ленинградке, недалеко от дома, где жили родители Валерия Харламова. «Стою на месте, вижу, как ко мне приближается довольный Валера и улыбается своей знаменитой улыбкой. Ну, думаю, сейчас что-нибудь выкинет. Правда, все шутки или розыгрыши Харламова были добрыми и легкими. Он приобнял меня по-дружески и так заговорщицки произносит: “Ну что, Серега, скажу тебе, мой юный друг, что Малец – теперь отрезанный ломоть. Отныне мы с тобой вдвоем весело проводить время будем. Готовься”. Я помнится, сильно смутился и не знал, что ему ответить.

“Да расслабься ты, – сказал Валера после небольшой паузы, по-дружески приободряя меня. – А не прогуляться ли нам по Москве в этот прекрасный выходной денек?” – вспоминает Сергей Мальцев. – Предложение хоккейной звезды было мною с легкостью принято, хотя я сначала действительно напрягся».

Друзья направились к станции метро «Сокол» по пути в одну из кафешек, о чем-то непринужденно беседуя в этот теплый сентябрьский день 1973 года. И вдруг совершенно неожиданно возле самой станции метрополитена натолкнулись на идущего им навстречу Всеволода Михайловича Боброва, который в то время тренировал сборную СССР. «Я остолбенел, стою как вкопанный, увидел великого Боброва. Стушевался, смог его только поприветствовать, – продолжает Сергей Мальцев. – А Валерий, улыбаясь, вдруг решил переключить акцент на меня. “Всеволод Михайлович! Познакомьтесь, это будущий великий хоккеист, Сергей Мальцев, брат того самого великого Мальцева”, – едва сдерживая смех, сказал Харламов. Бобров, улыбаясь, ответил Валере: “Ну, Харлам, ты даешь! Я что же, по-твоему, не знаю брата Саши Мальцева?” Затем, делая вид, что спрашивает строго, заметил: “А вы куда это собрались? Небось, выпить решили?” При этом Бобров двумя пальцами изобразил стопочку.

Валера засмущался, произнес так добродушно: “Да нет, Всеволод Михайлович! Максимум по кружечке пива”. Тут Бобров стал более серьезен: “Валера, смотрите аккуратнее. Скоро сборы начинаются, побереги силы”. Он сделал паузу, тронулся с места, пожимая нам руки: “Не балуйтесь, ребята, ведите себя хорошо”». В тот день два приятеля так и не выпили пива. Не смогли нарушить слово, данное великому наставнику.

Сергей Мальцев вспоминал, как однажды Валерий Харламов невольно повторил одну из выдумок героя «Двенадцати стульев». Александр и Сергей Мальцевы в один из весенних погожих дней 1972 года получили в «Динамо» выходной. О том, что такой же отгул в тот день достался и Харламову в ЦСКА, они еще не знали. Братья проснулись в воскресенье, и Александр предложил пойти попробовать шашлыка на ВДНХ, отведать которого туда в те годы приезжали со всей Москвы. Погода, что называется, «шептала», и Мальцевы провели пару часов на территории Выставки достижений народного хозяйства.

Когда Валерий Харламов подъехал к дому на проспекте Мира, одна из бабушек у подъезда уже доложила ему, что «Мальцевы ушли в неизвестном направлении, одетые налегке». Харламов предположил, что братья пошли за продуктами. Ждет минут десять, полчаса, час, а их всё нет. Валерий разволновался, ведь это сейчас – найти человека, когда есть мобильный, не проблема, а тогда приходилось томительно ждать, порой часами. И вот у Харламова, прямо по аналогии с произведением Ильфа и Петрова, родился замечательный план: он подозвал к себе несколько мальчуганов, катавшихся во дворе на велосипедах. И хотя они были готовы помочь «дяде Валере» бесплатно, раздал им по 50 копеек, как Остап – мелочь пацанам, побежавшим искать несчастные 12 стульев, и попросил ребятишек «найти Мальцевых». Ну, а того из велосипедистов, кто приведет к нему братьев, пообещал наградить дополнительно.

Еще только подходя к своему дому, издали братья Мальцевы обратили внимание на неожиданно большое в этот утренний час число мальчишек, нарезающих круги на велосипедах по окрестности в поисках кого-то. Мальцевы, пройдя во двор и увидев Харламова, заметили, как со всех сторон к ним подкатывают явно разочарованные велосипедисты. «Улизнули. И от меня, и от мальчишек. Ну, вы даете, кирово-чепецкие», – расплылся в улыбке Валерий Харламов…

Отдохнув в Москве несколько дней после окончания победного чемпионата мира 1973 года, Мальцев, Харламов, Лутченко и Третьяк отправились в Ялту. «Прихожу в квартиру, а Саша улыбается, мол, проводишь нас, молодой, с Валерой на Курский вокзал. Сначала не вижу никакого подвоха, а потом, судя по их хитрым лицам, понимаю, что они припасли на десерт какой-то сюрприз», – вспоминает Сергей Мальцев.

В итоге все так и вышло. Дом два друга покидали в цветных рубахах, ковбойских жилетах и шляпах, которые им в 1972 году после суперсерии подарили канадцы. «Ребята эти модные наряды берегли, не надевая, до отпуска. Едем на вокзал, и там к ним присоединяются еще двое “сборников” в точно таких же жилетках и шляпах. Зрелище феноменальное, – продолжает Мальцев-младший. – Красивые, стройные, походкой уверенных в себе мужчин-победителей, вытянувшись в струнку, идут вдоль Курского вокзала, словно сошедшие с плаката четыре гладко выбритых “ковбоя” – квартет знаменитых хоккейных чемпионов. И позади я плетусь с сумкой. Слышу, как одна из старушек, продававших рядом семечки, напряглась и говорит другой: “Смотри, американские шпионы объявились. Что они тут у нас на Курском вокзале забыли, одни, без сопровождения? Иностранцы у нас в стране без сопровождения не ходят. Надо в милицию сообщить”. В общем, бабуля оказалась идеологически подкованной. А ребятам хоть бы что: идут, уверенные в себе, красивые, статные».