После нас - Андрей Грешнов

Спустя месяц после проведения операции «Моштарак» в провинцию Гельменд можно было снова смело вводить большие силы войск НАТО — она опять кишела талибами, не желавшими отдавать в руки врага свои маковые плантации. Еще в начале января там погиб корреспондент газеты Sunday Mirror Руперт Хамер, поехавший ознакомиться с «успехами» британского контингента в уезд Нава. Его напарник, фотограф Филипп Коберн, был тяжело ранен. На самом деле смотреть там было нечего — разве что пыльные желтые дороги, мины да запуганных талибами крестьян, трудившихся на полях, засеянных опиумным маком. Афганские силы безопасности и ГУНБ ничего не могли противопоставить вездесущим экстремистам и отыгрывались на людях, которые не были никоим образом причастны к терактам и диверсиям. Однажды они арестовали группу итальянских и афганских врачей провинциального госпиталя «Скорой помощи» по подозрению в подготовке покушения на губернатора провинции Гуляба Мангала. Были схвачены три итальянских «врача-вредителя», в том числе директор госпиталя по имени Марко, а также шесть афганских медиков.

В лучших традициях советского НКВД сотрудники ГУНБ «изъяли у врачей два жилета смертника, два пистолета и девять ручных гранат». При этом сообщалось, что сотрудники органов безопасности давно вели наблюдение за подозрительными врачами и взяли их накануне совершения теракта против губернатора. По данным предварительного следствия, группа «врачей-вредителей и террористов» работала на боевиков радикального исламистского движения «Талибан». Расторопные офицеры ГУНБ придумали адскую историю о готовившемся покушении. Из нее следовало, что в задачу итальянских диверсантов и их афганских наймитов входило проведение теракта в одном из густонаселенных районов города Лашкаргах, административного центра провинции. По замыслу талибов и работавших на них афганцев, после проведения этого теракта раненых должны были доставить в госпиталь «Скорой помощи». Обычно губернатор провинции в тот же день посещал медучреждения, где навещал пациентов, раненных в терактах. Во время такого посещения губернатор должен был быть убит. По данным следствия, директор госпиталя, итальянец Марко, получил от талибов полмиллиона долларов за организацию теракта и последующее убийство губернатора.

Но этого ГУНБ показалось мало, и оно обвинило итальянцев и их афганских коллег еще и в причастности к убийству афганского журналиста Аджмаля Навандеша, а также незаконной ампутации без всякой надобности конечностей у пострадавших в терактах. В дело «врачей-вредителей» пришлось срочно вмешаться главе миссии ООН Стэфану де Мистура, который после ареста медиков выступил с заявлением, в котором сообщил, что итальянские врачи скорее всего были арестованы ввиду «возникшего серьезного недопонимания» и что, работая в такой горячей точке, как Гельменд, они каждый день подвергали риску свои жизни. Испугавшись реального расследования по возбужденному против итальянцев делу, контрразведчики их отпустили уже на следующий день.

Наученное горьким опытом преждевременной рекламы своей военной операции в Гельменде и вызванной ей хорошей подготовкой талибов к минно-фугасной обороне, командование ISAF решило попробовать свои силы в соседней южной афганской провинции, применив там другую тактику и стратегию. Американские войска без лишнего шума начали стягиваться в район Кандагара. Но тут на их пути появилось неожиданное и серьезное препятствие — президент Хамид Карзай. Он поставил под сомнение целесообразность наступления НАТО на позиции движения «Талибан» в Кандагаре и, по существу, рассекретил операцию, объявив по одному из телеканалов о том, что она была запланирована на лето. Карзай был готов отсрочить или даже отменить вовсе одну из крупнейших за всю историю девятилетней оккупации операцию после встречи с местными старейшинами, заявившими, что она принесет лишь раздор, а не безопасность в его родную провинцию, к которой уже было стянуто 10 тысяч американских солдат. Отправившийся в июне в кандагарскую поездку, чтобы заручиться поддержкой наступательной операции против «Талибан», президент вместо этого столкнулся с целым шквалом жалоб на коррупцию и злоупотребления чиновников. В ответ на возмущенные выкрики пятидесяти племенных авторитетов, собравшихся на Шуру (совет старейшин племен), он спросил их, хотят ли они проведения операции.

— Нет, не хотим, — закричали участники сборища.

— Тогда до тех пор, пока вы не скажете, что хотите, она не начнется, — ответил Карзай.

О том, что в Кандагаре готовится что-то очень нехорошее, свидетельствовал и тот факт, что часть иностранных сотрудников различных институтов ООН, работавших в провинциальном центре, по решению Миссии ООН по содействию Афганистану стали покидать город и перемещаться в Кабул. В качестве официальной причины миграции работников ООН в афганскую столицу была названа ухудшающаяся обстановка. Как сообщал сотрудник пресс-офиса UNAMA в Кабуле Дэн МакНортон, афганским сотрудникам ООН, которых в Кандагаре насчитывалось примерно 200 человек, было дано указание не ходить на работу в офисы, размещенные в новой части города, и не покидать свои дома. В то же время иностранные сотрудники ООН должны были покинуть Кандагар и прилететь в Кабул. По сообщениям ряда местных СМИ, накануне утром в городе были разбросаны листовки, в которых содержались угрозы в адрес ООН и призыв к жителям города не покидать своих жилищ. Сразу после этого в Кандагаре стали греметь взрывы. На воздух в центре города почти одновременно взлетели заминированные автомобиль и мотоцикл, а спустя несколько часов прогремел и третий взрыв. Серия терактов унесла жизни четырех человек, несколько горожан получили ранения. Часть иностранных сотрудников ООН уже на следующее утро переместилась под защиту иностранных военных из состава команды восстановления провинции (PRT) ISAF на военную базу Camp Nathan Smith, расположенную в городской черте.

Несмотря на то что за несколько дней до этого на заседании Совета безопасности, состоявшемся в президентском дворце Арг и посвященном ситуации в Кандагаре, был озвучен новый план обеспечения безопасности в этом городе, ситуация в «цитадели талибов» вышла из-под контроля. За две недели, предшествовавшие заседанию СБ, в городе были убиты пять высокопоставленных чиновников и сотрудников зарубежных компаний, а также трое видных религиозных деятелей.

В поездке в Кандагар Карзая сопровождал командующий силами США и группировкой войск ISAF генерал Стэнли МакКристал. Он был очень расстроен и встревожен тем, что старейшины ответили отказом на предложение о проведении войсковой операции, и по прилету в Кабул отдал приказ немедленно начать бомбить Кандагар, пока никто не опомнился. Тринадцатого июня авиация НАТО начала совершать первые боевые вылеты, целью которых было точечное уничтожение определенных заранее целей противника. Как сообщало информационное агентство «Бахтар», в результате двухдневных бомбардировок было убито 45 боевиков радикального движения «Талибан». Для начала авиация НАТО разбомбила жилой дом в уезде Ханшин. По сведениям представителей НАТО, в этом доме укрывались полевые командиры движения «Талибан» и все они погибли. Чуть позже ударам авиации НАТО подверглись кишлаки Шатут, Чинарто, Насир-Кяриз. В результате авианалета там было убито 25 боевиков. Но бомбы попадали и в дома простых афганцев. По сведениям «Бахтар», жертвами бомбовых ударов за два дня стали 60 мирных жителей указанных населенных пунктов.