Цезарь - Эдуард Геворкян

Цезарь правильно рассчитал, что Помпей, после того как пехота завязнет в бою, сделает ставку на удар преобладающими силами конницы.

Так оно и случилось, причем конную атаку всадников возглавлял Тит Лабиен, не так давно перебежавший от Цезаря к его врагу. Но слабая подготовка конницы, большинство из которых были юношами из состоятельных семей всадников, примкнувших к Помпею в надежде на победы, почести и добычу, привела к тому, что скоординировать их действия на поле боя не удавалось.

Плутарх считает, что причиной поражения была тактическая хитрость Цезаря. Якобы молодые воины Помпея, кичащиеся своей юностью и красотой, боялись ранений в лицо. А Цезарь приказал метать копья не в ноги, а в головы. И, не желая, чтобы их мордашки были обезображены, юнцы побежали. Началась паника, итог битвы был предрешен.

Помпей вел себя странно. Вместо того чтобы быстро взять ситуацию под контроль, он впал в прострацию, удалился в свою палатку и тихо там сидел, словно чего-то дожидаясь. И лишь когда солдаты Цезаря, вплотную приблизившись, начали схватку с его охраной, он сменил одежду и сбежал.

В знаменитой «Фарсалии или Поэмы о гражданской войне» Марк Аней Лукан, современник Нерона, так описывает ступор, в который впал Помпей:

«…У вождя хватило бы волн

Ринуться в гущу мечей, подставить им горло иль сердце:

Но он боялся того, как бы гибель Великого видя,

Бегство не презрел боец, за вождем не пал бы на землю:

Или же гибель свою от Цезаря глаз укрывал он.

Только напрасно! Ведь тесть твою голову всюду добудет,

Ибо, злосчастный, ее он видеть желает!.. Ты также

Бегству причиной, жена, твой образ — ведь рок не дозволит

Гибель принять без тебя. И Великий, коня подгоняя,

Прочь от войны поскакал, не страшась летящих вдогонку

Копий, высокий свой дух унося к последней судьбине».[101]

К пленникам Цезарь отнесся снисходительно. Солдатами пополнил ряды своих легионов, знатных римлян тоже простил. Очень беспокоился о сыне Сервилии, а когда его обнаружили среди пленных и привели к нему, то Цезарь очень обрадовался и, разумеется, даровал Бруту прощение.

Помпей же, исчерпав лимит своей удачи, укрывается первоначально на острове Лесбос. Оттуда вместе с женой переправляется в Киликию. Он не знает, что ему делать дальше, и задумывается: а не заключить ли союз с Парфией против Цезаря? Немногочисленные друзья и соратники, оставшиеся при нем, настоятельно просят не делать этого, напоминая о судьбе Красса. Возможно, они вслух не произносили, но понимали, что подключить парфян к борьбе с Цезарем — это значит позволить им воевать с Римом на римской территории. И Помпею советуют искать счастья в провинции Африка, а там его поддержит дружественный Египет. Помпей соглашается с разумным советом и отплывает в Африку.

В Египте же идет своя «гражданская война».

«Помпей отплыл в Египет. Как раз незадолго до этого Клеопатра, которая управляла Египтом вместе с братом, убежав из Египта, набирала войско в Сирии; брат Клеопатры, Птолемей, охранял Египет у горы Касия от вторжения Клеопатры. Каким-то злым гением ветер отнес судно Помпея как раз к этому месту. Увидев на суше большое количество войска, Помпей остановил свой корабль, предположив, как оно и в самом деле было, что там находится царь, и, послав к нему, напомнил о себе и о дружбе к нему отца Птолемея».[102]

Тринадцатилетнего Птолемея плотно опекали командующий войсками Ахилла и евнух Потин, казначей. Узнав о прибытии гостя, присутствие которого могло вызвать неудовольствие победителя битвы при Фарсале, они устраивают совет, чтобы решить, как им следует обращаться с Помпеем. На совещании присутствует и учитель риторики, некий Феодот из Самоса (по другим версиям, из Хиоса). Он-то и предложил не гневить Цезаря, а попросту убить Помпея, заманив его в ловушку. «Мертвец не кусается», — приводит Плутарх слова злокозненного учителя, которые много позже будут переформулированы как «нет человека, нет проблемы».

Чтобы провернуть дельце быстро и без помех, Помпею было послано сообщение, что из-за мелкой воды ему следует перебраться на берег на лодке.

«Был на этой лодке и некий Семпроний, римлянин, в то время служивший в войске Птолемея, прежде же служивший у самого Помпея. Этот Семпроний приветствовал Помпея от имени царя и пригласил его плыть к юному правителю как к другу. В то же время и все войско, как бы из почтения к Помпею, выстроилось вдоль берега, а в центре войска выделялся одетый в пурпур царь.

Помпею все это показалось подозрительным: и расположение в боевом порядке войска, и качество судна, за ним посланного, и то, что за ним не приплыли ни сам царь, ни его наиболее видные приближенные. При этих обстоятельствах Помпей на память привел стихи Софокла: «Кто направляется к тирану, превращается в его раба, хоть если бы пришел к нему свободным» — и сел в лодку. Во время плавания, когда все вокруг него молчали, подозрение Помпея еще более усилилось. Потому ли, что Помпей узнал в Семпроний римлянина, вместе с ним сражавшегося, или потому, что, видя все время его одного только стоящим, он предполагал, что он делал это согласно воинской дисциплине, по которой воин не смеет сесть в присутствии своего начальника, Помпей обратился к нему с вопросом: «Тебя ли я вижу, соратник?» Семпроний в ответ на это кивнул головой, и как только Помпей повернулся, нанес ему первый удар сам, а за ним и другие. Жена Помпея и его друзья, все это видевшие издалека, закричали и, простирая руки к богам-мстителям за вероломство, поспешно отплыли, как от вражеской страны».[103]

Так заканчивается жизнь Помпея Великого — на следующий день после того, как ему исполнилось 59 лет.

Голову Помпея отрубят, чтобы преподнести Цезарю.

Но он не оценил подарочек. Прибыв вскоре в Египет, он отвернется от Феодота, который явится к нему с головой его бывшего зятя, а взяв кольцо Помпея, прольет уместные слезы. Возможно, искренние — победа над великим врагом возвеличивает победителя, а возможность проявить милосердие к такому противнику, как Помпей, стоила бы десятка легионов. К тому же герой Республики явно заслуживал иной участи.

Злодейскую парочку — евнуха и военачальника — Цезарь впоследствии предаст смерти, а с Феодотом позже расправится Марк Брут.

Юный царь Птолемей утонет в реке.