После нас - Андрей Грешнов

— Тридцатого сентября мы остановили одну турбину и сейчас ее полностью разобрали в целях проведения ремонта. Потом придет очередь второй и третьей турбин. Надеемся, что при лучшем исходе ГЭС в Дарунте сможет вырабатывать 15 мегаватт электроэнергии, — рассказал мне в дружеской беседе украинский специалист по гидросооружениям Руслан Назаренко. По его словам, ремонт каждой турбины требовал в среднем пяти месяцев, а значит, через год и три месяца объект должен был быть сдан в эксплуатацию.

— Обстановка в Дарунте спокойная, местное население относится к нам хорошо, никаких неприятных инцидентов не происходило, — сказал он, глядя на старый советский железобетонный волнолом, который за долгие годы не смогла разрушить вода каскада электростанции. — Многие иностранные специалисты до сих пор удивляются прочности советского железобетона, из которого сделаны волнорезы. Арматура в этих блоках проржавела почти полностью, а самому бетону ничего не делается.

— Плотина в Дарунте помогала не только обеспечивать жителей Джелалабада электроэнергией, но и развивать орошение, сельское хозяйство. Правда, в этой области, многое из того, что было сделано руками советских специалистов в 70-е и 80-е годы, уже заброшено, — рассказывал Риди Голь, судьба которого сложилась очень нелегко. Во времена Советского Союза он окончил ленинградский политехнический институт и получил профессию специалиста по гидротехнике. По возвращении в Афганистан стал начальником ГЭС «Дарунта» и с оружием в руках вместе со своими единомышленниками защищал ее от разрушения при моджахедах и талибах. В годы последовавшего за падением режима доктора Наджибуллы лихолетья Риди Голь был вынужден скрываться, получая угрозы быть убитым, уехал в Пакистан, но потом вновь вернулся на родину и стал командовать местной энергетикой.

Сидя на берегу реки Кабул, седой Риди Голь с юмором рассказывал о перипетиях своей судьбы, никого при этом не ругая. Собеседник сообщил, глядя на воду, что сейчас в Нангархаре начинается рыболовецкий сезон и скоро рыба всех сортов в контейнерах со льдом отправится на фурах в Кабул.

— Раньше рыбу здесь выращивали искусственно, и совсем недалеко от Дарунты вы еще можете увидеть остатки этих рыболовецких предприятий. Однако сейчас местные жители предпочитают ловить ее сетями и продавать живой в прибрежные ресторанчики, — пояснил товарищ Бабрака Кармаля. — Рыба в Джелалабаде стоит сейчас примерно 150 афгани за килограмм (около трех долларов), в то время как цена на нее в Кабуле возрастает почти в два раза.

Начальник управления, которого местное население величало не иначе как «командир света», пригласил нас попробовать дары мутных волн реки Кабул. Прямо на берегу мы купили у рыбаков живую рыбу, выбрав самую лучшую, так называемую молочную. Хотели еще пообщаться с ребятами с Украины и пожарить вместе с ними и рыбу, и шашлыки, но время сильно поджимало. А жаль.

Уехали мы все-таки из Дарунты вовремя. Уже через несколько часов после нашего отъезда талибы напали на колонну афганских бензовозов, зафрахтованных НАТО, проходившую через тоннель, примыкавший к ГЭС. Я позвонил Руслану из Кабула, узнать, как дела, а он мне в ответ рассказал, что никто из украинских и афганских специалистов гидроэлектростанции Дарунта не пострадал.

— При выходе из тоннеля один бензовоз загорелся. Машины, следовавшие в хвосте колонны, развернулись и покинули место происшествия. Сразу туда понаехали полицейские, они помогли получившим ранения водителям, — сказал Руслан.

Как это мы вовремя оттуда убрались и не остались на шашлыки, подумал я, сортируя дома сводки МВД и ГУНБ по убитым, раненым и похищенным за год в Афганистане журналистам. Вполне ведь мог пополнить собой ряды «невезунчиков». А этого допустить было никак нельзя. Если жизни иностранных журналистов их головные офисы страховали на сумму от одного миллиона долларов, то наше агентство больше чем на обычную туристическую страховку не раскошелилось. В случае чего нужно было рассчитывать или только на самого себя (пистолет и граната в походной сумке), или на военврачей контингента НАТО. В посольстве работал только медпункт, где хирургическую помощь получить было невозможно ввиду отсутствия профильного специалиста. А вот итальянские и французские хирурги нам в случае необходимости помогали всегда и безотказно.

Итак, что мы имели в сухом остатке: афганский журналист Джавид Яземи, работавший оператором на канадский телеканал CTV, убит в городе Кандагар. Застрелен при выходе из своего городского офиса. Фигура достаточно известная — в 2007 году он был арестован американскими военными по обвинению в пособничестве террористам и провел почти 11 месяцев в американской тюрьме для особо опасных преступников на авиабазе в Баграме. И кто же его убил — американцы или талибы? Еще один афганец, журналист частного телеканала «Эмруз» Мунир Ахмад Амаль, застрелен полицейским на контрольно-пропускном пункте в районе Пайкуб Насвар афганской столицы. Двадцатилетний парень, работавший в детской программе телеканала, находясь за рулем своей автомашины, не отреагировал на сигнал полицейского остановиться и был расстрелян им из автомата. Американские солдаты, проводившие массовые обыски и облавы в домах жителей провинции Хост, избили и арестовали поэта и журналиста Нураджана Бахира, сотрудничавшего со многими местными печатными СМИ, радиостанцией «Келид» и одноименным журналом. Этого, правда, освободили — вмешались международные общественные организации, да и РИА «Новости» тоже.

Корреспондент американской телерадиокомпании CBS Ками Маккормик получила серьезное ранение при взрыве в провинции Логар. Автомобиль, в котором ехала Маккормик, подорвался на мине. Раненая журналистка была прооперирована в местной больнице, потом ее доставили в госпиталь базы ВВС США в Баграм. Маккормик в Афганистане занималась подготовкой новостей для CBS Radio News. Корреспондент газеты «Нью-Йорк таймс» британец Стивен Фаррел вместе с афганским коллегой Султаном Мунади были похищены мятежниками в провинции Кундуз, когда встречались с жителями деревни. Во время операции по их освобождению Мунади был убит. Какой-то малопонятный норвежский журналист по имени Павел был похищен боевиками радикального движения «Талибан» в уезде Ватапур провинции Кунар. Он не предупредил о намечавшейся «прогулке» представителей сил безопасности. Ну а про смелую канадскую журналистку и двух ребят-журналистов, которым ампутировали ноги в Кандагаре, я уже рассказывал.

Кстати, хирурги тоже частенько попадали «под раздачу». В сентябре американские военные избили врачей афганского госпиталя, находящегося под патронажем Красного Креста, в уезде Саидабад провинции Вардак, полагая, что они оказывали медицинскую помощь боевикам «Талибан». Солдаты ворвались в госпиталь «Мохаммад Джан Хан», устроили там обыск и погром, после чего измордовали семерых врачей до полусмерти. А в декабре афганский Красный Крест обвинил военнослужащих США в нападении на сотрудников своего офиса в провинции Заболь. При проведении обыска американские солдаты убили гостя одного из служащих офиса и арестовали трех сотрудников провинциального отделения АКК. В августе, по данным Минздрава, иностранные военные частично разрушили госпиталь АКК в провинции Пактика, вступив в перестрелку с отрядом талибов, которые привезли в медучреждение своих раненых для оказания им помощи.