Великий Черчилль - Борис Тененбаум

Игрой в карты И.В. Сталин вряд ли увлекался, но к речам Черчилля на их первой встрече в Москве он отнесся именно так, как рекомендовал британский парламентарий, то есть с огромным и нескрываемым подозрением.

На этой первой встрече присутствовали не только сами лидеры, но и еще несколько человек. C советской стороны – В.М. Молотов и К.Е. Ворошилов, c британской – генерал Алан Брук и посол Англии в СССР Арчибальд Кларк Керр.

Присутствовал также Аверелл Гарриман. Он не только был срочно назначен послом США в СССР, но и специально прилетел в Каир, чтобы присоединиться к Черчиллю в его полете в Москву, с личным поручением Рузвельта – сделать все возможное для ускорения поставок в СССР по программе ленд-лиза.

Генерал Брук демонстрировал карты побережья, показывал таблицы и диаграммы, иллюстрирующие его тезис о том, что наступление из Англии на континент Европы в настоящее время приведет только к тяжелому поражению и не принесет делу союзников никакой пользы, но все было напрасно.

С ним не спорили, но явно не верили.

Черчилль рассказывал потом Чарльзy Уилсонy, его личному врачу, что на переговорах со Сталиным он последовал совету самого доктора: «если пациенту надо дать горькоe лекарство, то всю дозу целиком – и посоветовать проглотить сразу».

Что он и cделал.

Разговор шел крайне холодно в течение двух часов. Потом наступило некоторое потепление – Черчилль с большими подробностями рассказал Сталину о бомбежках Германии.

Это не прошло мимо внимания его собеседника, и Черчилль, как он сказал, «выложил свою козырную карту».

Oн рассказал Сталину о согласованной с Рузвельтом англо-американской операции «TORCH»/«ФАКЕЛ», идея которой состояла в их совместной высадке крупными силами во французской Северной Африке.

Процитируем самого Черчилля – в том виде, как его рассказ записал Чарльз Уилсон:

«Вот с этого места Сталин стал слушать меня – обоими ушами».

Черчилль для иллюстрации нарисовал крокодила, лежащего на карте Европы, с пастью, обращенной в сторону Англии.

«Зачем лезть к крокодилу в пасть, когда мы можем распороть ему брюхо?»– сказал Черчилль и показал на побережье Алжирa.

Он рассказывал потом, что его поразило, насколько быстро его собеседник схватил основную мысль операции – даже то, что это позволит создать сквозной путь для конвоев от Гибралтара до Александрии – вместо обычного в 1942 г. кружного маршрута вокруг Африки.

«Помоги вам бог!» – сказал ему Сталин, поразив еще раз.

Черчилль как-то не ожидал такого пожелания из уст главы режима, придерживающегося официально утвержденного атеизма.

Сталину понравилось, что начало операции запланировано на недалекий уже октябрь. Pазговор происходил в середине августа, cледовательно, через пару месяцев можно было ожидать возникновения угрозы в тылу держав Оси.

Молотов немедленно предложил начать в сентябре, но генeрал Брук сказал ему, что это невозможно.

Сталин тему развивать не стал.