Артузов - Теодор Гладков

Вернемся в 1918 год. Уже в Англии Рейли записал в своем дневнике: «Целью моей теперь было выбраться из России как можно скорее, возложенная на меня миссия кончилась полной неудачей».

Заговор, получивший в отечественной литературе название «Заговор послов», или «Заговор Локкарта», провалился. В равной степени он мог бы называться «Заговором Рейли». В той или иной степени в нем принимали участие посол Франции Ж. Нуланс, генеральный консул этой страны Ф. Гренар и глава военной миссии Ж. Лавернь, посол САСШ Д. Френсис, генеральный консул Де Витт Пул и другие западные дипломаты. В декабре 1918 года Революционный трибунал при ВЦИК приговорил Ксенофона Каламати–ано и Александра Фриде к смертной казни. Роберт Брюс Локкарт, Френар Гренар, Анри де Вертимон и Джордж Сидней Рейли также были приговорены к расстрелу, исполнение предписывалось произвести при появлении оных на территории России.

Шесть человек, в том числе Мария Фриде, были осуждены к пяти годам тюрьмы с применением принудительных работ.

По сравнению с последующими временами трибунал, учрежденный на время Гражданской войны, был учреждением гуманным чрезвычайно. Так, Ольгу Старжинскую осудили на три месяца лишения свободы, лишив права служить в государственных организациях. С учетом времени пребывания в заключении ее тут же освободили. Восемь человек, в том числе Елизавета Оттен, были вообще оправданы.

Александра Фриде, действительно, расстреляли. Каламатиано же фактически был помилован и в августе 1921 года покинул Россию.

…Едва отдышавшись в Лондоне, Джордж Рейли и его друг, в основном по разведывательной работе, первый лейтенант (по старорусскому – поручик, или нынешний старший лейтенант) Джордж Александр Хилл вернулись в Россию. Их задача – с разведывательных позиций освещать Лондону ход боевых действий белых армий на Юге.

За работу в период нахождения в стане белых генерал Антон Деникин наградил Джорджа Рейли орденом Святой Анны 3–й степени с мечами и бантом. Его Величество король Георг в феврале 1919 года наградил Рейли и Хилла{54} Военным крестом. То была весьма почетная награда, ее удостаивались офицеры в звании не выше капитана, то есть непосредственно участвовавшие в боевых действиях.

…Но почему Берзин не арестовал Рейли? Он мог это сделать в любой момент, но по замыслу операции надо было выявить все связи Рейли, он еще не «раскрылся» до конца. Была уверенность, что Рейли – в наших руках и деваться ему некуда. Рано или поздно он придет к Берзину. Но тут английского агента спасли опыт и интуиция…

Встает вопрос: почему Рейли удалось ускользнуть из рук правосудия? В конце концов можно и должно было предусмотреть, что Рейли, загнанный в угол, не обратится за помощью к Берзину или же, если и обратится, может просто не застать его на месте – в жизни всякое бывает, в оперативных делах тоже… Сказался, конечно, недостаток опыта у контрразведчиков: ВЧК еще не работала и года. Вот как ответил на этот вопрос сам Рейли в письме к заместителю Ар–тузова Стырне, когда оказался во Внутренней тюрьме на Лубянке: «По моему глубокому убеждению, я приписываю мою удачу в подпольной жизни, а также в моем бегстве не каким–нибудь особенным личным качествам, а поразительно счастливому и часто повторяющемуся стечению обстоятельств, с одной стороны, и еще несовершенной в то время организации советского контрразведывательного аппарата, с другой стороны».

Провалившегося агента английская разведка обычно сбрасывает со счетов – он ей уже больше не нужен. Для Рейли сделали исключение. В Лондоне его по–прежнему считали выдающимся мастером разведки и наиболее опасным для Советов шпионом. Это соответствовало действительности. Рейли был нужен как специалист по русским делам. И вот уже его направляют в составе английской миссии к генерал–лейтенанту Антону Деникину (об этом смотри выше). Поражение Деникина означало и поражение английской миссии. Правда, в этом вины Рейли уже не было. На какое–то время он сошел со сцены и отправился в Америку, чтобы в очередной раз поправить свои пошатнувшиеся финансовые дела.

…Для чего нужен был Артузову экскурс в прошлое Рей–ли? Прежде всего ему как руководителю КРО необходимо было выявить все сильные и слабые стороны опасного врага. Без этого нельзя было составить точный и объективный портрет английского разведчика. Кроме того, внимательный анализ всех предыдущих похождений Рейли в России необходим и для того, чтобы избежать повторения допущенных тогда чекистами ошибок. Сильные стороны Рейли были, как говорится, налицо. Но Артузов нащупал и слабые места: англичанин был нетерпелив, всегда стремился достигнуть цели как можно скорее. Эта нетерпеливость будет и впредь толкать Рейли на авантюры, которые следовало использовать. Когда «дело Рейли» было изучено во всех деталях, Ар–тузов встретился с Менжинским, чтобы обсудить оперативный план.

– Каждый враг по–своему опасен. И все же я выделяю Рейли. Он только входит в роль. Я считаю, на него необходимо нацелить лучшие силы нашего отдела.

– Я вас так и понимаю, – согласно кивнул Менжинский. – Рейли, несомненно, доставит нам много хлопот. Нам сейчас важно понять и другое: какие причины обусловили появление Рейли? В чем его сила? Кто его поддерживает?

– Черчилль уже не верит в силу белогвардейщи–ны, – убежденно ответил Артузов. – Он реалист и пускает в ход свои козыри. Рейли – один из них. Но Черчилль прагматик, причем достаточно циничный. Наверняка он подтолкнет Рейли на какие–то действия, но существенную поддержку ему, в том числе финансовую, окажет лишь в том случае, если тот добьется какого–то видимого успеха. Потому на начальной стадии реализм, несомненно, будет иметь ускоряющее развитие. Он постарается «вобрать в себя» все эмигрантские течения, до сих пор выступающие против нас.

– Согласен с вами. И формы борьбы Рейли окажутся, вероятно, традиционными, вряд ли он придумает что–то новое. И все же, с чем мы столкнемся?

– Рейли не начнет свои действия против нас, как говорится, с чистого листа. В первую очередь он обратит внимание на «Трест» и «Синдикат», постарается прибрать их к рукам, заявить о себе громкими диверсиями. Надо полагать, рано или поздно авантюризм натуры толкнет его вновь в нашу страну.

– Да, это решающие моменты. Рейли профессионал, умен, изобретателен. С благословения определенных кругов он непременно вступит с нами в борьбу.

Все старые разведки изучали характер полководцев противной стороны, отдельные их черты: энергичность, упрямство, отвагу, осторожность, волю к победе и, наоборот, нерешительность. И, разумеется, военачальнический талант. Зная характер полководца, оказывается, можно влиять на его решения – одного при определенных обстоятельствах заставить отступить, другого путем демонстрации силы вынудить отказаться от активной борьбы, третьего подтолкнуть броситься в опрометчивое наступление. Думаю, следует подтолкнуть Рейли к активной борьбе, и тогда вывод его через границу станет реальным делом.

…Была еще одна причина, не позволяющая оставить Рейли без присмотра, – советская дипломатия делала важные внешнеполитические шаги, прорывая завесу «санитарного кордона», реализуя принцип мирного сосуществования (наркоминдел никогда официально не поддерживал троцкистскую теорию «перманентной» революции). Рейли был убежденным врагом любых переговоров Запада с Советами и готов был на самые крайние, террористические меры против советских представителей за рубежом.