Против всех - Виктор Суворов

Первый испытательный взрыв первой советской атомной бомбы РДС-1 на Семипалатинском полигоне в 7 часов утра 29 августа 1949 г. (снимок сделан автоматической камерой на полигоне). Успешное испытание этой бомбы означало, что ядерная монополия США разрушена. Факт испытаний долгое время держался Советским Союзом в секрете.

Ядерный гриб от наземного взрыва первой советской атомной бомбы РДС-1 на Семипалатинском полигоне 29 августа 1949 г. (снимок сделан автоматической камерой на полигоне).

Конструкция РДС-1 во многом повторяла конструкцию американской атомной бомбы «Толстяк» (Fat Man), сброшенной США 9 августа 1945 г. на японский город Нагасаки через 3 дня после бомбардировки Хиросимы, поскольку на этом этапе разработки ядерного оружия советские ученые в значительной степени опирались на информацию и ядерные технологии, полученные в США (например, рабочие чертежи «Толстяка» были получены через работавших на советскую разведку супругов Розенберг).

Название РДС-1 произошло от принятого в СССР зашифрованного обозначения разрабатываемой атомной бомбы, которая именовалась «реактивным двигателем специальным».

Первые советские ядерные бомбы в музее Российского федерального ядерного центра (город Саров, бывший Арзамас-16). На переднем плане: слева — РДС-1, справа — РДС-6с «Слойка» (первая советская водородная бомба, разработанная под руководством А. Д. Сахарова и Ю. Б. Харитона и испытанная на Семипалатинском полигоне 12 августа 1953 г.). На заднем плане — РДС-4 «Татьяна»

У памятника жертвам атомного взрыва на Тоцком полигоне (1996 г.).

Заместитель министра обороны СССР Георгий Жуков и министр среднего машиностроения Вячеслав Малышев во время учений на Тоцком полигоне (сентябрь 1954 г.).

Члены Президиума ЦК КПСС, потупив взоры, с явным неудовольствием слушают выступление Маленкова на пленуме Центрального Комитета партии (конец января 1955 г.). Через несколько дней, 7 февраля 1955 г., Маленков будет снят с поста председателя Совета Министров СССР.

Булганин подписывает Варшавский договор (14 мая 1955 г.).

Вместо Маленкова, отправленного в отставку 7 февраля 1955 г., председателем Совета Министров СССР стал верный соратник Хрущёва Маршал Советского Союза Николай Александрович Булганин. Поднявшись на эту должность, Булганин освободил место министра обороны СССР, и 9 февраля 1955 г. министром обороны был назначен Маршал Советского Союза Жуков — именно он помог Хрущёву отстранить Маленкова от власти.

Булганин и Жуков на Женевской конференции (июль 1955 г.).

Первое заседание Женевской конференции (июль 1955 г.). В состав советской делегации вошли Хрущёв, Булганин, Молотов и Жуков, американскую делегацию возглавил Дуайт Эйзенхауэр, боевой товарищ Жукова и бывший верховный главнокомандующий экспедиционными силами западных союзников во Второй мировой войне, ставший теперь президентом США.

Жуков на приеме в Женеве в честь американской делегации (июль 1955 г.).

Маршал Жуков и генерал Дуайт Эйзенхауэр (справа) во время исполнения национальных гимнов СССР и США на церемонии встречи Эйзенхауэра в Москве (Москва, август 1946 года). В 1945 году Эйзенхауэр и Жуков были большими воинскими начальниками. Они встретились в Берлине как союзники, разгромившие Германию. Эйзенхауэр был приглашен в Москву на парад Победы, но посетил СССР только в августе 1945 года.

12 августа Эйзенхауэр стоял на трибуне Мавзолея Ленина между Сталиным и Жуковым (на снимке справа вверху), наблюдая за парадом физкультурников на Красной площади, — прежде такой чести не удостаивался ни один иностранец.

Встретившись в Женеве через десять лет, 20 июля 1955 г., Жуков и Эйзенхауэр больше не были союзниками. Было и еще одно отличие, мысль о котором наверняка задевала самолюбие Жукова: он, Жуков, недавно назначенный министром обороны СССР, так и остался большим воинским начальником, а Эйзенхауэр стал президентом США. В личной беседе с Эйзенхауэром Жуков завел разговор о возможности обмена ядерными ударами одинаковой силы между СССР и США и о том, к каким катастрофическим последствиям это могло бы привести. Это было враньем и блефом: в тот момент у СССР не было межконтинентальных средств доставки ядерного оружия, и за трогательной заботой Жукова о сохранении мира скрывалась ядерная импотенция Советского Союза. В современном русском языке для описания такой ситуации есть точный фразеологический оборот: брать на понт. Эти «понты» слишком дорого обошлись нашему народу.

Семейная фотография, которую Жуков послал Эйзенхауэру в сентябре 1955 года. На фотографии (слева направо): дочь Жукова Эра, ее муж Юрий Василевский (сын маршала Василевского, одного из самых талантливых полководцев XX века, который в 1956 году под давлением Жукова ушел в отставку с поста первого заместителя министра обороны СССР), первая жена Жукова Александра Диевна (в девичестве — Зуйкова), дочь Эры Жуковой Саша, Георгий Жуков, дочь Жукова Элла. В это время Жуков уже пять лет встречался с Галиной Александровной Семёновой, которая стала его второй женой в 1965 году после развода Жукова с Александрой Диевной.

Польские солдаты и офицеры из дивизии имени Тадеуша Костюшко принимают присягу (Рязанская область, 15 апреля 1942 г.).

Ксендз и два коленопреклоненных воина молятся вместе с воинской частью Войска польского (Люблин, 24 июля 1944 г.).