Махно - Михаил Веллер

Социальные катаклизмы и природные процессы — стороны одного и того же. Еще Чижевский составлял график двенадцатилетнего цикла солнечной активности — и связанных с ней эпидемий и войн.

В результате Великой войны, которая стала называться I Мировой только позднее, погибло 10 миллионов человек только на полях сражений. С мирным населением, умершими позднее от ран в тылу и т. д. — все 20 миллионов. Рухнули империи — Германская, Австро-Венгерская, Российская и Османская. Последовали революции и перевороты — Русская плюс множество на всей территории бывшей России, а также Германская, Венгерская, Турецкая, а также в Северной Персии, в Монголии, в Китае. Мир содрогался и рушился. Было отчего кружиться головам. Было отчего полагать возможной завтрашнюю Мировую Революцию — да она уже шла!

С точки зрения постороннего космического наблюдателя — российская Гражданская война была частью общей бойни Мировой войны. Раньше группы людей убивали друг друга только вот здесь (в Европе), а теперь стали еще и вот здесь, и здесь. (В течение целого года кончающаяся Мировая и уже полыхающая вовсю Гражданская шли одновременно, причем частично на одной и той же (весь запад Российской империи — Прибалтика, Белоруссия, Украина) или сопредельной территории.)

Если тиф — и брюшной, и сыпной — можно объяснить антисанитарией окопной жизни и разрухой в России, то «испанка» — жестокая форма гриппа — пошла косить весь мир, и отвоевавшуюся Европу прежде всего. Испанка собрала с глобуса 20 миллионов жертв — да это смертельнее отполыхавшей войны!

Ну, а в России к Мировой войне была еще Гражданская, а к испанке — тиф. На нашей улице был особенный праздник. Не все же средневековой Европе вымирать от чумы или вырезаться в реформатских войнах…

Настал 20-й год. Прибалтика и Финляндия получили независимость и контрибуции. На Северо-Западе стало тихо. Англичане вывезли склады с Севера и увели свои несколько полков.

Сибирские партизаны и «белочехи» сгрызли изнутри колчаковский фронт, и угроза Москве со стороны Сибири в общем миновала. «Союзники» вытянули ноги, войска и амуницию с Черного моря давно: в их стане шли свои распри, Версальский договор 1919-го года поставил, вроде бы (?..) точку в Великой войне.

Советская (русская) историография всего этого периода — в основном смесь разных форм лжи в идеологических целях. Этот пестрейший и горячейший в мировой истории этап еще ждет своих исследователей. Не написано сколько-то внятного почти ни черта. Но фактом остается: с концом Мировой войны исчезли причины, конкретно породившие Антанту как военный союз. Россия как военный союзник перестала быть в какой бы то ни было форме. Ибо: цель союза была достигнута — враг повержен, раздавлен, ограблен, на все согласился. Союзникам от России больше ничего не требовалось. Помогать какому бы то ни было российскому правитель ству против врага не внешнего, а внутреннего — такого в договоре не было. Пока большевиков можно было считать агентами Германии, действующими против интересов Антанты — Антанта имела основания и интересы заменить их русским правительством, которое продолжит войну Мировую, т. е. исполнение договора. А теперь, когда все кончено, — господа, это ваши проблемы…

Де-юре не существовало ни государства, ни правительства, с которым Англия — Франция — США заключали договор. Где Временное Правительство в изгнании? Кто правопреемник Российской Республики лета 1917? Где единство в стане «белых»? Да хоть лидер кто? И что он имеет реальной целью?

Россия — вечная головная боль Европы. И таблетки от нее оказались слишком дорогими. Господа — вспомните нашу Великую Революцию 1789! Возможно, Ленин — это российский Наполеон? А вспомнить нашу 1648 года! Король дурак, народ нищенствует, власть мешает формированию новых капиталистических отношений. Ну — отрубили мы головы своим — расстреляли они своего. Возможно, Троцкий — это их Кромвель.