Грань реальности - Мария Черняковская

– Мой мальчик, мне нужно серьёзно поговорить с тобой.

– Я слушаю Вас.

Полковник указал глазами на меня, думая, что я этого не вижу.

– От Анны у меня нет секретов.

– Ты стал посвящать в свои дела женщин?

– Она знает обо мне всё.

– Ну хорошо. Впереди предстоят ответственные гастроли, да и запись нового альбома. Ты готов?

– Более менее. Программа шоу готова, но прогона песен ещё не было, а запись альбома отложить нельзя? Я не хочу возвращаться в студию.

– Придётся, мой мальчик, у тебя контракт.

– Хорошо, как скажете.

– А вообще, как твоё самочувствие? Гастроли выдержишь?

– Постараюсь.

– Сначала очередной ангажемент в Вегасе, а потом тур по Югу. Надеюсь, никаких экспериментов не будет?

– Обещать ничего не могу.

– Чёрт возьми, Алекс, возьмись, наконец, за ум. Сколько можно? Ты газеты читаешь? Что о тебе пишут, знаешь?

– Я всё знаю. Но я сыт по горло этими ангажементами.

– Ты должен.

И тут Алекс взвился.

– Я никому ничего не должен, запомните это раз и навсегда!

И выбежал из столовой.

– Что я такого сказал? И вот так всегда. Как Вы с ним справляетесь?

– Он очень болен. Вы загоните его, как скаковую лошадь.

– А Вы знаете, милая леди, что Алекс сам попросил меня уплотнить график гастролей.

– Знаю. Но эти бесконечные ангажементы, неужели без них нельзя обойтись?

– Он связан обязательствами.

– Но ведь это Вы его обязали, разве не так?

– Вы действительно много знаете.

– Дайте ему немного свободы, и Вы увидите, на что способен этот человек.

– Если я ему дам свободу, Вы представляете, во что превратятся его концерты?

– А Вы знаете, что он пишет песни?

– Слышал парочку.

– И что вы думаете?

– Они никуда не годятся. Публика никогда не примет их.

– О рок`н`ролле тоже так говорили.

– Тогда было другое время.

Я поняла, что этот разговор бесполезен, пробиться к этому человеку было невозможно, он меня не слышал. Бедный Алекс!

Почувствовав моё настроение, Полковник поспешил откланяться. Я облегчённо вздохнула и поднялась наверх.

Алекс лежал на кровати и смотрел в потолок, я прилегла рядом.

– Что-то ты долго, о чём ты могла разговаривать с этим упырём?

– Да так, ни о чём. Просто он приехал в гости, не могла же я его оставить одного.

– Извини, что я оставил тебя наедине с ним. Я просто не выдержал.

– Я понимаю.

– Ты всё понимаешь, моя марсианка.

– Ты всё-таки подумай, чтобы исполнять свои песни. Вспомни пятидесятые. Несмотря на протесты общества, ты дал своей музыке право на жизнь, так почему бы не попробовать ещё раз?

– Я уже не тот юнец, и ещё одного противостояния я не выдержу.

С самого утра я чувствовала себя неважно, болело горло, голова. Я почувствовала, что заболеваю. Я всегда тяжело болела, все мои простуды переходили в более тяжёлую форму. Я уплывала, слыша слова Алекса, как сквозь вату.

Когда я очнулась, в теле была страшная слабость, голова кружилась, и ужасно хотелось пить. Я находилась в больничной палате, заставленной цветами. На моём животе лежала голова Алекса.

«Сколько же он сидит так?»

Я коснулась его волос. Он тут же вскинулся.

– Ты очнулась! Как же ты нас всех напугала!

– Сколько я здесь?

– Двое суток. Почему ты не сказала мне, что тебе плохо?

– Думала, обойдётся. Ты хоть отдыхал?

– Поспал пару часов. Как ты себя чувствуешь?

– Уже намного лучше. Только слабость.

– Неудивительно. У тебя был жар и лихорадка. Ты металась в бреду.

Алекс взял мои руки и стал целовать их.

– Никогда больше так не пугай меня. Что бы я делал без тебя.

На его глазах показались слёзы.

– Я очень люблю тебя, детка. И не могу без тебя.

Я смотрела в любимые глаза, и мне так хотелось сказать что-то ободряющее, но в голове стоял туман.

– Я позову врача.

– Позже. Теперь я пойду на поправку. Просто посиди со мной.

Он так и не отпустил мои руки, согревая их в своих ладонях.

Когда мы приехали домой, Алекс уложил меня в постель и приказал не вставать до особых указаний врача.

Потом выводил на прогулку, и мы медленно ходили по аллеям, он поддерживал меня под руку, следя за тем, чтобы мне не стало плохо.

– Милый, всё уже в порядке, правда. Я уже здорова.

– Лучше перестраховаться.

Такой заботы я не чувствовала даже от отца. Алекс приносил мне книги, любые, какие я заказывала, уж не знаю, где он их находил.

А потом уехал в Вегас, но каждый день звонил, чтобы спросить о моём самочувствии. Я очень жалела, что не могла сопровождать его, тем более, благодаря прессе, узнала, что его концерты стала посещать Памэла. Также я прочла и о неприятном инциденте на его шоу, когда Алекс расхвалил нового спутника экс-жены, как настоящего жеребца. Не знаю, как на это отреагировал Полковник.