Тайные пружины - Яков Кедми

Мне часто приходилось слышать, что у Израиля есть полное юридическое и моральное право воевать на территории Сирии, так как эти страны находятся в состоянии войны с 1948 года. Иран же вообще провозгласил своей государственной политикой уничтожение Израиля, поэтому израильтяне могут защищаться любыми способами. Я считаю — это ошибочная точка зрения. Да, у нас с Сирией состояние войны, но по официальным договоренностям страны находятся в положении прекращения огня с 1974 года. Оно никогда не нарушалось ни с израильской, ни с сирийской стороны, поэтому аргумент о том, что состояние войны позволяет нам действовать в Сирии как угодно, неверен даже с формальной точки зрения. Что же касается Ирана, то он считается враждебным государством, но не находится в состоянии войны с Израилем. Те или иные сделки с Ираном являются в Израиле преступлением, но опять-таки не в свете военного противостояния. Всем известно, что Иран делает в Сирии и как он это делает. На этот счет с Россией было достигнуто полное взаимопонимание. Есть договоренность, что Россия не препятствует нам, уничтожает иранские инфраструктуры, которые служат для пополнения Хезболлы тем или иным оружием. Я уже не раз и не два подчеркивал, что все действия Израиля в Сирии направлены только на одно — лишить Иран возможности помогать Хезболле в ее подготовке к враждебным действиям против Израиля.

Взаимопонимание России и Израиля строилось на обязательствах израильтян, что никакие действия иранских структур не будут угрожать российским солдатам. Потом произошел инцидент, вследствие которого погибли российские военнослужащие, факт, что называется, налицо. Никто в России, конечно, не утверждает, что это Израиль сбил российский самолет, но претензии остаются. Их суть — почему Израиль, не подумав о последствиях, создал ситуацию, которая привела к смерти российских солдат. Претензии прозвучали вне зависимости от того, кто и как выпустил ракету. Если сирийские военные допустили ошибку и непрофессионализм, это не снимает с израильтян ответственности за их действия, которые привели к столь печальному результату.

После инцидента с Ил-20 Россия приняла решение о передаче Сирии С-300. Хотя нужно отметить, что инцидент с самолетом не явился поводом. Создать в Сирии новую противовоздушную оборону было решено гораздо раньше. С-300 здесь только одна из составных частей, сюда также входят система радиоэлектронной борьбы, и единая автоматическая командная система, и многое другое. Если смотреть в корень, то не только нам, но и всем было совершенно ясно, что сирийская противовоздушная оборона не отвечает потребностям государства на сегодняшний день. Как в любом нормальном, правильно функционирующем государстве, в генштабе Сирии имелись планы по усилению боеспособности войск ПВО. Обычно в армии это называется модулярные планы, они зависят от тех или иных условий. На мой взгляд, Россия подготовила такой план давно, его основная цель — воспрепятствовать обстрелам Сирии со стороны американцев, как это случалось ранее. Если в Идлибе, допустим, стороны не пришли бы к соглашению, и американцы снова начали ракетные обстрелы, Россия в ответ могла бы вполне спокойно ввести свой план в действие. Я думаю, российские военные в меньшей степени рассчитывали, что это произойдет из-за Израиля, но так уж получилось. Когда вопрос встал ребром, тогда Россия и решила применить один из модуляционных планов. По большому счету, рано или поздно это должно было произойти.

Теперь о том, возможен ли конфликт между Израилем и Россией из-за появления в Сирии С-300? Да, ПВО Сирии существенно усилилась с их появлением, но я не думаю, что это случится. Государственные интересы двух стран настолько близки и настолько совпадают, что они не допустят никакого военного противостояния. Инцидент со сбитым российским самолетом был случайностью, а не последовательной реализацией некоего плана. Появление С-300 лишь приведет к тому, что та и другая стороны будут относиться к сирийским ПВО более внимательно и по возможности действовать в небе Сирии гораздо осторожнее.

Еще не так давно штурм Идлиба связывали с окончательной военной победой Асада и началом мирной фазы урегулирования ситуации в Сирии. Сейчас о штурме речь не идет. Делается попытка решить проблему Идлиба, не прибегая к крупномасштабным военным действиям. Турция обещает добиться ухода Джебхат ан-Нусра^[2] в ближайшее время. Если это удастся в течение месяца-двух, то к концу года Идлиб будет освобожден так или иначе. Без Джебхат ан-Нусра все остальное решается довольно просто. Если это окажется невозможным, тогда проблема Идлиба будет решена военным путем. К концу года она сойдет с повестки дня. Или чуть позже, если события начнут развиваться медленнее.