Аттила. Гунны - Томас Костейн

Но эти мысли не смогли притупить жалости, поднимающейся в его душе. Такому великому воину более пристало погибнуть на поле брани, в битве при Шалоне или на равнинах Ломбардии, лицом к врагу, со своими воинами за спиной.

Он вернулся к Ильдико.

— Не переодевайся, но найди теплый плащ. Если все обойдется, ночью нам предстоит долгая дорога. Сними украшения и оставь их на столе. Тебя не должны обвинить в том, что ты взяла с собой какие-то ценности. И поторопись, дорога каждая минута.

Она выполнила все и подошла к люку, где ждал ее Николан.

— Неужели это не сон? Меня мучили ужасные мысли, я думала, что все кончено. Николан, ты действительно пришел, чтобы увезти меня отсюда? Это не сон? Я больше никогда не увижу этого дворца и этих диких людей?

— Мы попытаемся удрать отсюда, — прошептал он в ответ. — Надеюсь, что нам это удастся. Но даже если нас убьют, смерть эта будет легкой по сравнению с тем, что ожидало бы тебя, останься ты в спальне императора.

Ивар и Гизо, поджидавшие их у лесенки, не находили себе места от волнения.

Сообщив им, что император мертв, Николан повернулся к Гизо.

— Где сейчас его старший сын?

— Император не хотел, чтобы в этот вечер кто-либо напоминал ему о прочих женах и детях. Эллаку приказали оставаться дома. Там он и сидит. Дуется, конечно. Он протестовал против очередной женитьбы отца.

— Далеко его дом?

— В двух минутах ходьбы.

— Мы должны немедленно переговорить с ним, — Николан посмотрел на Ивара. — Ты пообщался со слугами?

Бритонец кивнул.

— К счастью, ей разрешили взять двух служанок из дома Роймарков. Они узнали меня и ничего не скрывали.

— Можно на них положиться?

— Думаю, что да. Все служанки верны своей госпоже. Даже обе гречанки.

— Надеюсь, что Бог даровал им не только верность, но и мужество. Все будет зависеть от них. Отведи Ильдико в ее дом, и через четверть часа, если все пойдет, как задумано, я присоединюсь к вам. Скажи служанкам, чтобы они тепло одели ее и покормили. И пусть приготовят лошадей.

— Ты знаешь ночной пароль? — спросил Николан Гизо, когда они направились к дому Эллака.

— Я слышал его, когда начальник караула докладывал Аттиле обстановку в городе. «Солнечная богиня».

— По этому паролю нас пропустят через ворота?

Гизо задумался.

— Я думаю, у Восточных ворот дежурит Одноглазый. Один из немногих оставшихся ветеранов. Он уже давно утратил бдительность. А поскольку он уже оприходовал отпущенную ему порцию спиртного, то перед его глазом все будет двоиться. Пожалуй, там вы можете попытать счастья.

— Эллак любил своего отца? — спросил Николан через несколько шагов.

— Эллак никого не любит. А императора он боялся.

— А какие чувства испытывает он к братьям? Правда ли, что все они от разных матерей?

— Да. Дай Эллаку волю, он бы рассадил их по мешкам и бросил в воды великой реки.

— Он честолюбив?

Гизо пренебрежительно фыркнул.

— Он уверен, что станет еще более великим, чем его отец, когда власть перейдет ему в руки. Если бы так оно было на самом деле! Эллак тщеславен и глуп.

— Может, для всего мира это и к лучшему. Но сейчас, ради спасения прекрасной Ильдико, ради того, чтобы спасти собственную шкуру, мы должны убедить Эллака, что императорский трон ждет не дождется его.

Эллак отпустил слуг, увидев, что за гости пожаловали к нему.

— Ну? — недружелюбно спросил он. — Что привело вас сюда? Что-нибудь случилось?

— Благородный принц, — выступил вперед Николан, — мы пришли сюда, руководствуясь твоими интересами, чтобы дать тебе дельный совет.

Прямой спиной, длинными ногами, чертами лица Эллак больше напоминал мать, но при пристальном рассмотрении становилось ясным, что глаза у него маленькие и близко посаженные, как у отца, а рот алчный и жестокий. Он подозрительно оглядел Николана и Гизо.

— Вы пришли дать мне совет? Ты, — взгляд на Гизо, — слуга моего отца. И ты, — взгляд на Николана, — беглый раб.

— Вскорости тебе могут понадобиться друзья, принц Эллак. Если ты ценишь свои наследные права.

— Нет нужды напоминать мне о моих правах, — Эллак посмотрел на слугу императора. — Гизо, похоже, Всегда-одетый опасается, что я накажу его, сменив на троне моего отца. Он пытается заранее завоевать мое расположение.

— Мои мотивы в данном случае не столь уж важны, да и нет у нас времени их обсуждать, — вмешался Николан. — Я пришел, чтобы сказать тебе, что в случае смерти твоего отца ты должен действовать без промедления, если хочешь стать полноправным наследником. У тебя есть братья, принц Эллак, каждый из которых захочет потянуть одеяло власти на себя. Более того, у них всех есть родственники и влиятельные сторонники среди приближенных твоего отца.

Эллак шагнул к Николану, всмотрелся в его глаза.

— Я думаю, твой приход не случаен. Что привело тебя ко мне? Говори!

— Великий принц, твой отец умер.

Лицо Эллака полыхнуло румянцем. Глаза сверкнули.

— Умер! — он схватил Николана за плечи. — Был заговор? Его убили? Ты в этом замешан?

— Никакого заговора не было. Императора не убили. Тебе известно, что в последнее время он тяжело болел. Этой ночью болезнь и свела его в могилу.

— Когда он умер?

— Мы нашли его мертвым лишь несколько минут тому назад. Но умер он сразу после того, как покинул гостей.

— Как ты это узнал?

— Гизо услышал женский плач в императорской спальне. Но он получил жесткий приказ не входить к императору, когда тот с женщиной. Я проник в спальню вместо него и нашел императора мертвым на его постели.

— Она была там? Женщина с золотыми волосами?

— Она сидела в углу, дрожа как лист на ветру. Она боялась, что ее обвинят в убийстве императора.

Эллак оскалился.

— Она его убила! — воскликнул он. — Я в этом уверен. И теперь она должна умереть.

— Благородный принц, у тебя есть шанс стать императором, если ты последуешь нашим советам. Но, прежде всего, ты должен сохранять самообладание. Не давай волю чувствам. Новая жена не убивала императора и тебе не придется ее казнить. Это ты должен усвоить раз и навсегда.

— Она еще здесь?

Николан покачал головой.

— Нет. Она уже далеко отсюда и тебе ее не найти.

— Теперь мне все ясно! — воскликнул Эллак. — Это заговор! И ты в нем участвовал. Может, ты сам положил глаз на эту золотоволосую женщину. Ладно, я с этим еще разберусь, беглый раб и предатель. Ты умрешь вместе с ней.