Хоббит и кольцо всевластья - Дмитрий Суслин

– Да. ожидание наш удел.

Больше о Кольце Всевластья маг и эльф не разговаривали. Во всяком случае при Бильбо.

А затем пришла пора покинуть и Ривендейл. Хоббит и маг отправились на запад. Вдвоем они достигли главного городка Хоббитании. И вот сейчас они стояли и смотрели на пристанище Бильбо.

Под мирный стук копыт они переехали мост и ступили на землю Хоббитауна. Небо было фиолетово-черным и щедро усыпанным звездами. У самого горизонта уныло висел изрядно похудевший месяц. Главный город хоббитов был погружен в глубокий предутренний сон. Даже собаки во дворах, уставшие брехать всю ночь, и те устали и угомонились. И тут хоббит вдруг почувствовал, как тяжесть, давящая на него все это время, стала потихоньку отпускать его. И не так стало тоскливо на душе, и сердце стало биться ровнее, и почему-то захотелось петь, или хотя бы помурлыкать себе под нос что-нибудь веселенькое. И дымок, тянувшийся из труб, вдруг показался ему таким вкусным, что просто защипало глаза.

Никем не замеченные друзья проехали к усадьбе Бильбо. За забором и садом возвышался Холм, под которым находилось жилище Хоббита.

– Ну, вот я и дома! – воскликнул Бильбо, открывая калитку. – Под Горой! Наконец-то!

– Я рад за тебя, – ответил Гэндальф. – Рад, что ты снова дома.

– Правда? – обрадовался Бильбо. – Ты рад за меня?

– Еще как. Радость меня просто распирает, – Гэндальф выглядел совершенно искренним. – Надеюсь, ты угостишь меня чем-нибудь, прежде чем выставишь за дверь и помашешь мне рукой на прощанье?

– Что ты такое говоришь? Конечно же, я тебя угощу! И даже очень угощу!

Бильбо подпрыгнул на месте от радости и побежал к дому. Распахнул входную дверь и скрылся за ней.

– Ну вот, – добродушно посмеиваясь, проворчал Гэндальф, – а лошадей в конюшню конечно же должен заводить я. Ну и порядки у нашего почтенного господина Бэггинса. Так-то он встречает гостей.

И через час Бильбо и Гэндальф уже сидели в креслах, с громким скрипом раскачивались назад и вперед и вовсю попыхивали трубками. Дым в гостиной стоял коромыслом. Перед ними стоял опустошенный стол, на котором виднелись следы роскошного ужина.

– Как же хорошо дома! – с блаженной улыбкой на лице произнес Бильбо. – Ты не поверишь.

– Видя тебя, не поверить нельзя! – рассмеялся в ответ Гэндальф.

Раздались едва слышимые шаги, и друзья увидели, как в гостиную заходит упитанная фигура в длинной ночной рубашке со свечой в руке.

– Кто это? – подпрыгнул на своем месте Бильбо. – Ах, да это же я! Но как же я изменился!

Это действительно был двойник Бильбо. И он действительно немного отличался от того прежнего двойника, каким его сделал Гэндальф. Черты лица его несколько расплылись, во всем облике появилась болезненная одутловатость, Бильбо номер два выглядел нездоровым и мрачным.

– А любезнейший! – увидел его Гэндальф и поманил к себе пальцем. – У ну-ка подойди сюда.

Двойник послушно подошел к своему создателю. Гэндальф ощупал его, внимательно оглядел и вздохнул:

– Кажется, срок его службы подошел к концу.

Маг щелкнул двойника по носу, и тот вдруг лопнул, как детский воздушный шарик, когда в него тыкают иголкой. Только при этом не было характерного для лопанья хлопка. Бильбо «номер два» рассыпался совершенно бесшумно, словно растаял в воздухе. Только резиновая пробка осталась лежать на полу на том месте, где он только что стоял. Глядевший на все это Бильбо, открыл от изумления рот.

– Тебе жаль с ним расставаться? – спросил его Гэндальф.

– Как тебе сказать? – замялся хоббит. – Видишь ли, он был мне неплохим собеседником. Но, с другой стороны, его присутствие меня всегда беспокоило.

– Потому что ты все время думал о том, что он может пригодиться тебе для очередного Путешествия? – спросил Гэндальф.

– Ты верно все угадал. И теперь, когда его нет, значит ли, что все мои приключения закончились? – с тайной надеждой спросил Бильбо.

– Ты прекрасно знаешь, что нет, – ответил Гэндальф.

Бильбо горько вздохнул и сделал сразу три затяжки подряд. Табак в его трубке окончательно выгорел, и хоббит вытряхнул его в камин. Глаза его подозрительно заблестели.

– Ну-ну, – поспешил успокоить его Гэндальф, – стоит ли так расстраиваться из-за того, что будет не раньше чем лет эдак через двадцать с лишком.

И Бильбо действительно успокоился:

– Двадцать лет? Что ж, срок и вправду не малый. Этак, глядишь, я и сам захочу уйти из дома. Если, конечно закончу к тому времени свою книгу.

– Ну уж про Первое свое путешествие ты точно успеешь написать, – уверил хоббита Гэндальф.

Друзья снова набили трубки и задымили.

Через десять минут Бильбо широко зевнул.

– Да, уже скоро семь, – ответил на это Гэндальф. – Хочешь, я провожу тебя в твою спальню?

– Будь так любезен, Гэндальф, – пробормотал Бильбо. – А то меня просто ноги не держат.

Гэндальф помог хоббиту дойти до спальни, лично расстелил ему постель и помог снять жилетку.

– Кольцо! – уже, будучи в ночной рубашке, Бильбо вдруг раскрыл глаза и разом проснулся. – Я чуть не забыл спрятать его!

– Я бы все равно напомнил тебе об этом, – успокоил его Гэндальф.

– Придется пройти в мой кабинет.

– Ничего не поделаешь, – согласился волшебник.

И друзья прошли в кабинет Бильбо.

Здесь ничего не изменилось за время отсутствия хозяина. Все было по-прежнему. В центре у окна стоял рабочий стол, за которым Бильбо писал книгу своих воспоминаний. Сложенные в большую красную папку из телячьей кожи листы лежали на самом видном месте, рядом с серебряной чернильницей, которую хоббиту подарил Гэндальф. Правда на стене сбоку от стола висели еще какие-то листки. Пока Бильбо копался в столе, пряча в самом дальнем его ящике Кольцо Всевластья, Гэндальф подошел к этим листкам и внимательно стал их рассматривать. Густые брови его в удивлении поползли вверх, потому что листки оказались детскими рисунками. На одном из них был нарисован портрет хоббита в жилете и с трубкой в руках, под ним было написано:

«Моему любимому дядюшке Бильбо Бэггинсу от Фродо»

– Фродо? – спросил Гэндальф. – Кто такой Фродо?

– Это мой племенник, – ответил Бильбо, и лицо его сразу как-то просветлело. – Тоже Бэггинс. Сын моего троюродного брата с отцовской стороны и двоюродной сестры с материнской. Можно сказать, родственник вдвойне. Очень славный мальчонка. Если бы у меня был сын, я бы хотел, чтобы он был похож на Фродо. Знаешь, а у него день рождения тоже двадцать первого сентября, как и у меня! Не правда ли, удивительно? Больше всего на свете он любит слушать истории о моих приключениях. И ты знаешь, Гэндальф, парнишке всего восемь лет, а он уже мечтает о приключениях. Вот глупыш! Знал бы он, что это такое – приключения!