Игра в Реальность. Путь - Елена Райдос

Девушка прошла мимо сидящего на кровати Вертера к окну и медленно обернулась.

– Ты принял меня за Лику,– проговорила она отрешённо, глядя в пол. – Как это возможно?

Амрита подняла взгляд, и Вертер почувствовал, что тонет в чёрном омуте её глаз. Он сделал отчаянную попытку вырваться, но её боль уже накрыла его с головой. Где-то глубоко на подсознательном уровне Вертер отдавал себе отчёт, что им манипулируют, но острая жалость к бедной девочке смыла остатки его рационального мышления. Всё, что ему сейчас хотелось, это прижать бедняжку к своей груди и утешить, приласкать, вселить в неё уверенность, что всё будет хорошо. Жалкий голосок здравого смысла едва слышно пропищал, что эта малышка запросто может быть убийцей. Вертер ухватился за эту спасительную соломинку и вынырнул из чёрного омута.

– Как ты оказалась в моей комнате? – он наконец смог сформулировать хотя бы один правильный вопрос.

– Я пришла предупредить тебя,– голос Амриты дрожал, словно она была готова расплакаться. – Лике грозит опасность. Марика угрожала её убить. Наверное, теперь она и меня убьёт.

– Ну вот и разгадка,– устало подумал Вертер. – Всё-таки моя девочка действительно погибла из-за меня. Оказывается, любовь может быть настолько беспощадной, чтобы толкнуть влюблённую женщину на убийство.

– Что теперь будет? – едва слышно спросила Амрита.

– Прости меня, милая,– Вертер поднялся и обнял девушку за плечи. – Я был не в себе.

Он погладил девушку по головке и поцеловал её в макушку, совсем невинно, по-братски. Однако она резко скинула его руки и отскочила в сторону.

– Ты второй раз ломаешь мою жизнь,– в её голосе было столько боли, что у Вертера по спине побежали мурашки. – Теперь мне остаётся только умереть.

Амрита метнулась к прикроватной тумбочке и рванула на себя выдвижную полку. В её руке матово блеснул пистолет. Несмотря на нелепое одеяние, путавшееся в ногах, реакции Вертера хватило, чтобы обезоружить самоубийцу. Лишившись оружия, девушка бросилась на кровать и разрыдалась. Вертер присел на краешек и принялся утешать бедняжку. Он гладил её по волосам и говорил без остановки. Слова сами лились нескончаемой рекой, а мысли совратителя невинных девушек унеслись далеко. Перед его глазами стояло лицо Лики. Он принёс смерть своей любимой, а теперь ещё и его бывшая возлюбленная чуть не умерла из-за него. За что же ему всё это?

Амрита перестала плакать, она перевернулась на спину, и Вертер снова оказался в плену её гипнотизирующего взгляда. Он чувствовал, что его затягивает, как в трясину, но барахтаться не хотелось, усталость навалилась на него стопудовой гирей.

– Это ничего не меняет,– спокойно проговорила Амрита. – Мой позор можно смыть только кровью.

Вертер промолчал, фрустрации юной индианки, воспитанной в старых традициях, были ему не близки. Прежняя Дэвика над подобными закидонами только посмеялась бы. Пафос Амриты вызвал у него невольную улыбку. Однако следующие слова его бывшей возлюбленной стёрли эту улыбку словно мокрой тряпкой.

– Твоей или моей,– чётко произнесла девушка.

Вертер недоверчиво наклонил голову и всмотрелся в её лицо. Нет, она не играла. Лицо Амриты было серьёзным, даже каким-то торжественным. Слёзы высохли, глаза горели ненавистью.

– Ты поклялся,– отчеканила она. – Твоя жизнь принадлежит мне, и я её забираю.

Вот такого Вертер не ожидал. Двадцать лет назад он действительно пообещал своей возлюбленной, что убьёт себя по первому её требованию. Но клятва была дана совсем другой женщине, да и сам он был тогда совсем другим человеком. Вот только можно ли эти соображения счесть достаточными, чтобы нарушить своё слово? В Амрите жило то же самое сознание, что и в Дэвике. Хотя Вертеру очень сложно было представить, чтобы Дэвика когда-нибудь предъявила права на его жизнь.

– Ты действительно хочешь моей смерти? – Вертер грустно улыбнулся.

Амрита молчала и в упор смотрела на своего бывшего возлюбленного, как будто хотела что-то прочитать на его лице. А потом её губы вдруг скривились в насмешливой гримасе, словно она наконец убедилась, что у него не хватит духу исполнить своё обещание.

– Да какого чёрта,– выругался про себя Вертер,– чего я, собственно, от неё хочу? Чтобы она передумала и простила? А нужно мне это её прощение? В конце концов, нет у меня никакой причины цепляться за жизнь.

Он не спеша поднялся с кровати, методично проверил, заряжен ли пистолет, и приставил дуло к виску.

– Всё-таки Сабин накаркал,– тоскливо подумал Вертер,– похоже, я просто злостный самоубийца.

Амрита не отрываясь смотрела на приготовления своего бывшего возлюбленного, в её взгляде уже не было ненависти, только любопытство. Казалось, она воспринимает происходящее как игру. Вертер бросил презрительный взгляд на свою кредиторшу и нажал на курок. Однако выстрела не последовало. В последнюю секунду его рука словно онемела. Да и всё его тело, похоже, было парализовано. Только голова сохраняла подвижность.

– Что ещё за подлые шутки,– подумал неудачливый самоубийца. – Мастер Игры развлекается.

Он с отвращением посмотрел на развалившуюся на кровати девицу и сразу понял, что если это и была шутка, то вовсе не её. Амрита затравленно глядела куда-то в сторону двери, её руки судорожно комкали покрывало на кровати, а потом девушка просто исчезла. Вертер услышал приближающиеся шаги за спиной, и вскоре в поле его зрения выплыл Сабин.

– Лёгок на помине,– зло подумал Вертер.

– Вер, ты же не назло мне решил самоубиться? – насмешливо спросил Сабин. – Я же просто шутил насчёт твоей кармы.

– Чего ты лезешь не в своё дело, Санни,– Вертер устало прикрыл глаза. – Отпусти меня немедленно.

– Хорошо,– покладисто согласился Творец,– только пообещай, что не выстрелишь.

– С чего бы? – Вертер саркастически усмехнулся.

– Мы просто поговорим,– Сабин ловко вывернул пистолет из руки самоубийцы. – А потом, если захочешь, можешь стреляться. Договорились?

– Ладно,– согласился стрелок и почувствовал, что снова может двигаться.

– Ты, конечно, очень величественно выглядишь в этой простыне,– без тени улыбки произнёс Сабин,– но думаю, что джинсы и сорочка будут уместней. Впрочем, не настаиваю.

Вертер взял со стула появившуюся прямо из воздуха одежду и не стесняясь начал переодеваться.

– Кроссовки,– пробурчал он себе под нос.

Требуемая обувь тотчас материализовалась у его ног.

– Пойдём в столовую,– Вертер требовательно протянул руку ладонью вверх.

Сабин поморщился, но всё же вложил в протянутую руку пистолет. Двое мужчин спустились на первый этаж. Здесь царило запустение, находиться среди покрытых пылью обломков мебели было неприятно. Не сговариваясь собеседники вышли на улицу и примостились на крыльце. Вертер избегал смотреть Сабину в глаза, для него этот разговор был просто короткой отсрочкой перед смертью. Вмешательство Творца ничего принципиально не меняло в его непростых отношениях с Дэвикой. Впрочем, объяснить своё поведение всё-таки стоило. Вертеру было неприятно думать, что Сабин может счесть его слабаком, не способным пережить смерть любимой женщины.