Хозяин шара - Елена Минькина

Постепенно работа на уровнях стала забирать все ее время. Теперь, возвращаясь от Ольги с очередной фразой, Марина больше не ходила по адресам: узнавала телефон, звонила и сообщала человеку то, что нужно. Ей стало намного легче. Она больше не видела растерянных лиц, несчастных глаз. Тот случай, когда она вмешалась в жизнь двух стариков, многое ей пояснил. Марина вообще очень изменилась: стала спокойнее и научилась получать наслаждение от жизни. Теперь ее не волновало, что она не такая, как все. Душевная боль из-за смерти людей, к которой она невольно оказалась причастна, притупилась.

Дети подрастали. Настенька превратилась в настоящую красавицу и выглядела старше пятнадцати лет. Исчезла угловатость подростка, в огромных синих глазах читалась тайна. Белокурые волосы рассыпались по плечам тугими колечками. У нее появился мальчик. Марина с улыбкой наблюдала за дочерью. Та, придя вечером домой со свидания, подолгу «висела» на телефоне, и на ее щеках нет-нет да и загорался яркий румянец.

Младшие девочки пошли в школу. В первом классе оценок им не ставили. Вместо «пятерок» или «двоек» они приносили домой веселые картинки в тетрадях, которые наклеивала учительница.

Дашеньке все рассказали про маму и папу, и, как ни странно, девочка восприняла очень спокойно эту информацию. Всей семьей они иногда выезжали на кладбище, навещали могилки Светы и Миши. Виталий Аркадьевич подолгу стоял над фотографией сына, тяжело вздыхал и украдкой вытирал слезы. Марина понимала, что он чувствовал вину перед ним.

Однажды Марина обняла его за плечи и тихо прошептала:

— Не надо так убиваться, я точно знаю, что по-другому быть не могло. Мне баба Алла говорила, нельзя сильно оплакивать мертвых. Человек не умирает, но если его оплакивают после ухода из тела, ему очень плохо. К тому же я видела, как вы жили. Миша все равно убежал бы из дому. И погиб он не из-за вас. В то время мой Сережа чудом остался жив. Его тоже могли бы убить, но мы спрятались в нашей деревне.

Виталий Аркадьевич с испугом взглянул на Марину. Он очень уважал ее и потому свято верил каждому слову. После этого разговора перестал убиваться над карточкой сына, только грустно посматривал на нее.

Виктор с утра до вечера собирал конструктор. Однажды Сергей принес коробку с новой детской игрой.

Марина мягко укорила:

— Сереж, ты хотя бы посмотрел: игрушка предназначена для детей девяти лет.

Но мальчик, увидев коробку, запрыгал от радости. В тот же вечер Виктор с легкостью собрал грузовик. С тех пор он увлекся новым занятием и проводил за ним много времени. С сестрами не играл. Те пытались с ним общаться, но он по-взрослому смотрел на них и деловито спрашивал:

— Девочки, что вам нужно?

Девчонки приглашали его в свои игры. Виктор соглашался, но уже минут через пятнадцать выходил из игры, считая ее неинтересной.

Матвеич работал в Центре у Матрены. Он прославился, пользовался огромным спросом. Рекламы не давал, но люди сами его рекламировали. Чувствовал он себя хорошо и, несмотря на уговоры Марины, к ним не переселялся. Ночевал прямо в Центре на кожаном диване в своем кабинете.

Полгода назад от сердечного приступа умер папа Марины. Его жена Настя тут же ушла жить к любовнику, с которым встречалась еще при жизни мужа. Последние дни Василия она превратила в ад, тем самым ускорив его кончину.

Сергей и Марина похоронили Василия сами рядом с Дашиной семьей, чтобы легче было ухаживать за могилками. Настя даже на похороны не пришла. Матвеич, как ни старался спасти сына своим замечательным лекарством, не смог. Последнюю порцию шалета Василий вылил в унитаз, прямо на глазах у отца, чем очень его разозлил. Зато Матвеич понял: невозможно человека заставить жить, если он не хочет. Наверное, поэтому пожилой Матвеич да и Марина спокойно пережили смерть Василия.

В семье Клавушки у ее дочки Иры родилась девочка. Марина, купив детскую одежду, поспешила в деревню. Пристроив сына у Алисы, пошла посмотреть на ребенка. Марина знала, кто на самом деле родился в Клавушкиной семье. Интересно, как назвали дочку? И на кого она похожа?

У Клавы, как всегда, было чисто и уютно, вкусно пахло пирожками. Открыв Марине дверь, она бросилась ей на шею, едва не задушив в объятиях.

— Как я рада тебе, Марина, уже год не виделись. По сыну-то, небось, скучаешь?

Марина с недоумением уставилась на Клаву, а потом до нее дошло: ведь та не знает, что она видит сына каждый день. Марина постаралась перевести разговор на другую тему:

— Да ничего, мне скучать некогда, девчонки в школу пошли. А дочка твоя Ира навсегда переехала? Да и где она?

— Скоро придет, в магазин побежала. А переехали они навсегда. По весне дом будут рядом с нашим строить. Ой, да что ж я тебя на пороге-то держу? Давай быстрей заходи. Девочка родилась — загляденье, сейчас сама увидишь, вчера ей месяц исполнился. Такая разумница! Сейчас дети другие пошли, не то что наши были. Виктор твой прямо мужичок, взрослый такой, у Алисы с ним вообще хлопот нет.