Полукровка - Тимур Туров

– Чего надо? – грубо спросил Володя.

– Поговорить, – благожелательно ответил старик. – Отойдем, чтоб нам не мешали?

– Сейчас, – кивнул Володя и вернулся в дом.

Надел куртку, застегнулся. Напоследок поглядел на топор, что оставил у стены. Подумал: брать – не брать? И решил прихватить.

– Ща вернусь, – крикнул он Оле и вышел за дверь.

Старик ждал на крылечке. С видом человека, постигшего мировую гармонию, смолил вонючую самокрутку. Такая выбивалась бы из времени даже в еще большей глуши. Уж если не сигареты, так папиросы дешевые купить можно где угодно. Зачем крутить козьи ноги при наличии «Беломора» за десять рублей в ближайшем ларьке?

На Володю Георгий Иванович посмотрел с некоторым интересом.

– А топор зачем?

– В основном чтоб дрова колоть, – огрызнулся Володя.

– Ну, пошли дрова колоть, – сказал старик и поплелся за дом, в дальний конец участка, где под куском заснеженного рубероида возвышалась поленница.

В отличие от Володи он знал владения Потапкиных. И Володю это немало злило.

Добравшись до дров, Георгий Иванович лихо выдернул полено и сунул Володе. Сам привалился к поленнице и снова запыхтел самокруткой.

Злость усилилась, и Володя со всей дури вмазал топором по полену. Основательный чурбак разлетелся на две части.

– Лихо, – сказал Георгий Иванович. – Что еще у вас так лихо выходит, молодой маг?

Володя вздрогнул и чуть не выронил подобранные чурки. Пристально посмотрел на Георгия Ивановича. Какое-то время они с серьезными лицами изучали друг друга, словно пытались заглянуть в чужую душу.

– Ждали они тебя, – как ни в чем не бывало сообщил Георгий Иванович, переходя на «ты». – Очень ждали, волновались.

– Откуда знаете?

– Я вот тоже волнуюсь, – пропустил вопрос мимо ушей старик. – Как бы не было чего.

– Откуда знаете, что я маг? – настойчиво повторил Володя. – Ольга рассказала?

– Тю на тебя, – отмахнулся Георгий Иванович. – Станет она мне такие вещи говорить. Она ж не дура. Да и любит тебя.

– Тогда откуда?

– Знаю, – отрезал старик. – Знаю, и все. И еще я знаю, что тяжесть у тебя на душе. Привез ты ее с собой, но вывалить пока не решился. Или ты думаешь, что своим амулетом от всего мира закрылся?

«Нашли, – панически пронеслось в голове. – Хотя нет. К чему тогда «тяжесть»? Он что, понял, что я про Ольгиных родителей умолчал? Еще один провидец? Ничего себе, повезло».

– Чувствую я твой амулет, – развеял страх Володи Георгий Иванович. – Чутье у меня на такие штуки, и на прочие тоже. Необыкновенное.

– Давно?

– Лет семьдесят уж скоро, – улыбнулся старик. – Да ты не трясись. Если подумать, это еще неизвестно, кому из нас опасаться стоит. Вот ты тело Силы амулетом скрыл, я это вижу. А для чего? Ведь не просто так? Значит, что-то у тебя на уме имеется.

Володя отвернулся, взялся за топор и расколотил половинки полена еще на несколько частей каждую. Собрал разлетевшиеся куски. Когда вернулся к поленнице, Георгий Иванович уже стоял с новым поленом наготове.

– Что вам от меня надо?

– От тебя ничего, – старик качнул поленом.

Володя нехотя принял дровину и снова замахал топором.

– Мне покой нужен, – тихо произнес Георгий Иванович. – У нас здесь все тихо-мирно. Таких, как мы, немного, но живем дружно. Источник имеется.

– Один на все село? – удивился Володя.

– Тю, – махнул рукой Георгий Иванович. – На все село! На весь Ермаковский район. А село у нас пуп мира – административный центр. В районе представители пяти сфер живут. Маги есть. Не такие, как ты. Средненькие. Мы как бы орден, а я как бы голова. Но все покойно. А чего у вас там, в Москве, происходит, я знаю. Да даже не в Москве, в том же Красноярске. Жить страшно. Потому и поговорить пришел. Покой мне нужен.

Володя вогнал топор в колоду и повернулся к Георгию Ивановичу:

– И что предлагаете?

– А что мне предложить? Живи себе. На источник настраивайся, пользуйся на здоровье. Мы тебя примем. Я не против. Но только прошу тебя, чтоб без ваших столичных штучек.

– Я не маг, – покачал головой Володя. – Завязал я с этим делом.

Георгий Иванович поглядел со светлой тоской во взгляде. Сказал трезво:

– Завязавших магов не бывает. Это с водкой завязать можно. С бабой. А с магией не завязывают. Кто магом родился, тот им и помрет. Так что ты мне просто обещай, что проблем с тобой не будет и что никакой гнусности ты не сделаешь. А о том, как тяжесть твою до женщин донести, мы вместе подумаем. Я такие отвары знаю, что любую тоску помогут одолеть, любое горе пережить.

– Хорошо, обе... – начал было Володя, но в глазах поплыло и он увидел вдруг темное помещение.

...Оно, казалось, находилось вне пространства и времени. Несколько свечей выхватывали из темноты кусок пола. Стены и потолок, если и были здесь, тонули во мраке. Казалось, что кроме этого светлого пятна, свечей и двух человек в круге света в этом мире больше ничего не существует.

Свечи стояли по периметру круга, внутри которого был выведен безумный, как полотна Дали, и четкий, как математическая формула, рисунок.

Один из двоих стоял за кругом. Второй человек сидел посреди магического узора с мелком в пальцах. Разглядеть их лица было невозможно. Взгляд словно соскальзывал с них. Так бывает во сне.

Тот, кто был в круге, сделал шаг за пределы рисунка и отбросил остаток мелка. Мелок мелькнул, исчезая в темноте. В стороне легонько стукнуло об пол и покатилось.

Рисовавший устало опустился на колени. Еще раз окинул взглядом плоды своих трудов.

– Чего ждешь? – спросил сверху простуженный голос со знакомыми нотками.

Рисовавший поднял взгляд. Перед ним стоял знакомый человек в пиджаке спортивного кроя. Он смотрел требовательно и ждал чего-то.

И Володя вдруг с ужасом понял, что тот, кто стоит сейчас на коленях в темноте, тот, кто создал сложный магический рисунок – это он сам!

– Начинай! – потребовал магистр...

И видение распалось. Оно длилось не более мгновения. Но этого мгновения оказалось достаточно, чтоб оглушить Володю страшным откровением. То, что он увидел, никогда не происходило в реальности. А значит, оно произошло когда-нибудь потом.

Он затравленно огляделся. Перед ним был все тот же заснеженный двор, поленница, разлетевшиеся чурки и Георгий Иванович. Старик смотрел с грустцой в глазах. Ждал ответа.

– Я... – произнес Володя осипшим вдруг голосом. – Я постараюсь...