На стыке трех миров - Николай Степанов

Холг взял всего троих охранников, чтобы обойтись без лишних свидетелей. В сопровождающих он был уверен, как в себе, и для этого у гранмага имелись все основания. К примеру, Яролг пять лет назад женился на дочери Холга и почти боготворил тестя, а потому выполнял любые поручения не задумываясь. Толстяк Карм был обязан главе магкона жизнью и при первой возможности не пожалел бы отдать за него свою. А Зорлом, этот невзрачный с виду волшебник, вообще являлся главным советчиком Холга, почти его тенью, и знал обо всех делах магической организации.

«Пока я жив, они слова лишнего не скажут, – размышлял главный волшебник Жарзании. В последние дни его всерьез беспокоила настороженность правителя, который явно недолюбливал магкон. Зулг вряд ли останется доволен тем, что собирался предпринять гранмаг. – Но помешать сейчас он не сможет! И кронмаг, и Базгур, скорее всего, проснулись только после рассвета, на шесть часов позже, чем поступил мой приказ Лунзу. Даже если Зулг сразу послал сообщение генералу и тот отправил вслед за кудыр-магом гонцов… Но зачем правителю вообще это делать? Записку о своем решении выехать пораньше с убедительным объяснением я оставил, а почтовик ни за что не вспомнит, что передавал какое-то сообщение нынешней ночью. Короче, волноваться не о чем. Я лишь выполняю волю его магичества, причем с большим рвением!»

Недавнее сообщение о смерти Мугрида сняло тяжелый груз с плеч гранмага. Теперь никто не сможет обвинить его в пособничестве заговорщикам. Опасное письмо уничтожено, его автор – тоже. Оставался еще Оршуг, о судьбе которого Холг пока не имел сведений, но магринц письма не читал, а потому не мог стать свидетелем обвинения, если таковое вдруг кто-то решится выдвинуть. Известие о гибели главного смутьяна придало дополнительной смелости действиям гранмага.

Он очень торопился, опасаясь неприятных случайностей, от которых никто не застрахован. Холг не мог упустить неожиданный подарок судьбы: кудыр-маг сам шел ему в руки. И это был не младенец и не отрок, а взрослый здоровый мужчина, не имевший возможности дать отпор. В нем материала для исследований хватит на несколько лет. Может, даже удастся раскрыть тайну его могущества и соорудить такой артефакт, который любого волшебника сделает непобедимым.

Гранмаг все спланировал еще в Девятиграде, рассчитав скорость движения своей группы и людей, сопровождавших бесчувственного Тича… Они вот-вот должны были встретиться на безлюдном, окруженном с обеих сторон участке леса. Вполне подходящее место для первой операции над безнадежным больным.

Заключение о неизлечимости кудыр-мага Холг сделал еще в столице. Потому что так было нужно. И не только ему. Глава магкона считал устранение рожденного в день Красного солнца важнейшей задачей своей организации, намереваясь при этом извлечь максимум выгоды для общества. Многие прикрываются приблизительно такими лозунгами, преследуя цели упрочения личного могущества. Гранмаг в этом плане не являлся исключением.

– Господин, впереди появился небольшой отряд всадников, – доложил ехавший первым воин.

– Замечательно! – Холг придержал коня. – Всем спешиться и приготовить инструменты. Вскрытие будем проводить в лесу, но не слишком далеко от дороги. Яролг, найди подходящее место.

Гранмаг нечасто появлялся на людях, поэтому кроме волшебников магкона его мало кто знал в лицо. Сейчас волшебник решил прибегнуть к запрещенной магии, создав заклинание психологического воздействия. В результате всадники, сопровождавшие кудыр-мага, увидели не четверых путников, а три десятка бойцов во главе с Зулгом.

– Ваше магичество, – поспешил на доклад командир отряда, – по приказу генерала Лунза…

– Я все знаю, офицер. Немедленно возвращайтесь назад, а кудыр-мага к целителю доставят мои люди. Передайте Лунзу, что я буду у него завтра утром.