Участковый - Алекс де Клемешье

Угорь недовольно хмыкнул.

– Ну, согласись: Аесарону с Сибиряком было элементарно предугадать, что маг твоего ранга, уже битый и, можно сказать, собаку съевший на провокациях, легко заподозрит подвох. Куда ты пойдешь за советом? К своему начальству? Да ты после всех энтих случаев лишний раз побеспокоить Сибиряка боишься! Стало быть, к кому обратишься? Ко мне. Кому передашь право на воздействие? Мне. Для чего Темным энто нужно? Да для того, чтобы при встрече в лесу я не долбанул сгоряча «Светлым Клином»! Я ведь мог? Запросто. Но когда на руках право на воздействие четвертого уровня, первый уровень ты приберегаешь напоследок, на самый крайний случай. Чаю ишшо хочешь?

Голова шла кру́гом. То, о чем говорил Денисов, действительно складывалось в картину, только была она не реалистичным полотном, а такой жутчайшей фантасмагорией, которая и в кошмарном сне не приснится. Река становится цвета вороненой стали, пыльная дорога сверкает алмазной крошкой, а все потому, что луна выглянула из какого-то непривычного небесного оконца, подмигнула каким-то другим глазом. Вот ведь бред какой!

– Но это… – вполголоса сказал Угорь, – это же кошмар? Это ведь ужас, Федор Кузьмич!

Участковый так сильно сжал лежащие на столе кулаки, что накатом выступили сквозь побелевшую кожу синие вены, вспучились, запульсировали быстро и страшно.

– Ужас? – переспросил он, не видя перед собой дозорного. – Хочешь, я скажу тебе, что такое ужас? Когда ты узнаешь, что твоя родная дочь от безысходности идет к цыганке за приворотным зельем, – вот энто действительно кошмар. Когда ты видишь, как она седеет в неполных двадцать лет, потому что муж среди ночи собрал и унес единственного сына, – вот энто действительно ужас. А интрижки Высших – энто всего лишь игры.

Евгений отвернулся, потому что не мог, не хотел видеть Денисова полным злобы и от этого уязвимого, как никогда. Если он увидит Федора Кузьмича таким – что-то оборвется, что-то закончится. Карта на стене – можно смотреть на карту. Трещина в полу – можно изучать трещину.

Через пару минут пожилой милиционер задышал, засопел, зашевелился, и Угорь, смущаясь, решился поднять на него глаза.

– Когда ты разыскал меня возле реки, я как раз думал про встречу на развилке в лесу. «Кавалерия» вывалилась из портала, как и положено по режиссерской задумке, когда самое главное уже произошло: Аесарон обозначил свои намерения, остальные недвусмысленно проявили интерес. Я пошел ва-банк, Дневной Дозор «напугался» и убрался восвояси. Расчетливо и своевременно прибыла «кавалерия», да. Николай тогда ишшо не запаниковал, но уже напрягся. Его оставалось подтолкнуть всего чуточку. – Денисов свел большой и указательный пальцы, оставив между ними полсантиметра, – продемонстрировал, как мало оставалось до того момента, когда Николай сорвется и пустится в бега. – Он так сильно напрягся, что после рождения Данилки ни на секунду не выпускал его из виду, бросив работу, соцсоревнование, комсомольские дела… Конечно, рано или поздно он дал бы слабину – не трактор все же, не машина. Не знаю, просчитал ли Сибиряк Катюхин поход к Лиле, но свое появление он подгадал точно к нужному сроку. Колька и так был на взводе, потому что думал, что Светлая цыганка приманила, попыталась заполучить Данилку вместе с матерью. А тут Сибиряк его додавил. Николай понял, что обложили его со всех сторон окончательно и бесповоротно, что не сегодня завтра один из претендентов сделает решительный ход. Вот и не стал он дожидаться, вот и сделал выбор, который был нужен гроссмейстерам.

– Он пошел туда, где ничего не требовали, так? Ему предложили вступить в общину, никак не намекая, что заинтересованы в его сыне, и он решил, что там будет спокойнее и безопаснее всего. Верно?

– Да, скорее всего там не предрекали сделать из Данилки Великого шамана. Вероятно, наоборот, пообещали место, свободное от притеснений и посягательств Дозоров, место, где его не достанут Лиля с Химригоном.

Угорь чертыхнулся.

– М?.. – удивился Денисов.

– Я был уверен, что Крюков как раз таки выберет Химригона или кого-то в этом роде – далеко отсюда, глубоко в чаще, живущего уединенно и закрыто.

– Ну, община-то тоже секретная, м?.. – пошевелил бровями пожилой маг. – А вот где она есть – энто я могу только предполагать.

– Но ведь если Аесарон и Сибиряк следили за Николаем, им, наверное, уже известно, куда он сбежал?

– Наверняка, – кивнул Денисов.

– Значит, – подхватился с места оперативник, – значит, нужно спросить у Сибиряка!

– Не спеши, Евгений Юрьич! – осадил его участковый. – У меня и у Дозоров – разные цели. Им нужно ликвидировать энто подполье, для чего бы и кем бы оно ни было создано. А мне нужно вытащить оттуда внука до того, как Дозоры начнут совместную операцию. Ежели ты сейчас раскроешь им, что…

– Я понял! – раздраженно огрызнулся Евгений. Взяв пример с Денисова, он шумно посопел, успокаиваясь, затем глубоко вдохнул и выдохнул. – Федор Кузьмич, вы сказали, что предполагаете, где может находиться община. Как вы намерены в этом убедиться? Что вы хотите предпринять?