Рыцарь из преисподней - Наталья Игнатова

Так же сразу Демон видел тех, кто действительно переосмыслил себя и свою жизнь. Таких крестили после необходимого количества уроков, небольшого, не так много времени нужно на то, чтобы рассказать о Боге тем, кто и правда хочет к Нему прийти.

Вот только дети не возвращались ни к первым, ни ко вторым. Не хотели. Встречаться с родителями, ездить к ним в гости, это сколько угодно. А возвращаться в бывший дом навсегда – ни в какую.

В бывший дом… Артур про себя машинально продолжал: «К бывшим родителям». Чти отца своего и мать свою, все верно, но также Господь сказал: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня». Воспитанники в монастырях, основа будущего рыцарства, были достойны Господа. И хорошо, что их родители, становясь христианами, понимали, что значат слова: «Кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня».

– Какие интервью нужны Уго? – спросил он вслух.

– С родителями и с детьми. Пошли слухи о том, что это мы провоцируем нападения на христиан.

– Чтобы отнимать детей?

– Да.

Артур задумался.

– Нет, – сказал он. – Не надо интервью. Что было, то прошло, взрослым не нужно вспоминать о том, какими они были в той жизни, они же от нее отказались. А детям не нужно вспоминать о том, что сделали родители. Лучше объясни еще раз, пусть Уго объяснит, что Бог любит всех Своих детей и кто любит Бога, кто уважает Его мнение, тот тоже любит всех Его детей. Это так просто… Почему мы никак не можем этого объяснить?

– Не мы не можем объяснить, а нас не могут понять, – буркнул Демон, и все выпили еще по одной, как будто он сказал тост. – Слухи о том, что мы подставляем своих же ради того, чтоб отобрать детей у чужих, пониманию тоже не способствуют.

Артур кивнул. Слухи – это плохо. Но о христианах ходило множество слухов, и многие были отвратительными. Одним больше, одним меньше, что изменится? Хватало ведь и рассказов о событиях, казавшихся людям чудесами: о победах над демонами и упырями, о необъяснимых исцелениях, об изгнаниях фейри. Бойцы уэланской архи уже четвертый месяц ездили в Эсимену к тамошним арханам-рыцарям. Очень интересовались приемами борьбы с нечистью. Арханы Оорога и Кеффы не так давно спросили, можно ли и им участвовать в этих совещаниях по обмену опытом.

Что Кеффа, что Оорог – горные княжества, а в горах у фейри больше власти, чем на равнинах. Границы с Небывальщиной тоньше, лакуны чаще. Арханы, может, и не стали бы связываться с рыцарями только для того, чтоб защитить от нечисти обычных людей, но в горах Кеффы было множество курортов, куда съезжалась вся знать Ифэренн, а в Оороге, кроме гор, вообще ничего не было, и там фейри досаждали даже в столице.

Наместники контакты с христианами не запретили. Официальная позиция князей по этому поводу была неизвестна, так же как по всем остальным сторонам человеческой жизни. Неофициальную Артур знал: князья ожидали войны, но никто не хотел ее, кроме Сахры в Ахтеке и Баспана в Кабире. Поэтому один за другим освящались храмы: в столицах их было уже восемь, через два месяца будет десять, а можно было бы построить и все двенадцать, если бы кабирские упыри не были врагами христиан, если бы князь Сахра не вел войну с христианством на территории своего княжества.

Сами себе враги – и упыри, и князь. Князь-то понятно, он же демон, а те всегда и все делают назло, причем обычно назло самим себе. А упырям не повезло: выбрали стаю Биргера и теперь вместо пути к Богу искали путь к демонам. В итоге рисковали душами и, что почти так же плохо, сами лишали себя красоты. Все в Ифэренн было красивым, и храмы в столицах тоже были прекрасны. Иначе невозможно.

Храм в Инамии, столице Оссиса, строили вампиры – маги из стаи Ксавье – и маги из Сидены под присмотром любопытствующего Лаада. Высящийся на скале над бурным морем инамийский храм выглядел как расправляющий крылья лебедь, который вот-вот сорвется в полет над волнами, и сделан он был из живого дерева, из переплетенных стволов и ветвей серебристого местного сланца. В стенах вили гнезда птицы, под корнями нашли приют маленькие звери, а назначенные Демоном священники в первую же неделю организовали неподалеку от храма кормушки для лосей и зубров, которых на окраине столицы водилось в изобилии.

А Себеста ошибся со своим предсказанием, что на освящение храма в Оссис приедет меньше людей, чем было на Мару или в Улбали. Людей собралось даже больше. Их могло оказаться слишком много для маленького городка, где дикие звери бродили по улицам наравне с домашней скотиной, но освящение и крещение оглашенных прошли очень мирно, а рэвахская железная дорога, обслуживающая все три города Оссиса, предоставила несколько специальных поездов для того, чтобы гости могли спокойно и с удобством покинуть пределы княжества.

Реклама железнодорожной компании Рэваха в течение месяца занимала лучшие места в ведущих печатных изданиях Ифэренн, шла в прайм-тайм на нескольких популярных телеканалах, и не стоила компании ни одного саола. Уго проклинал тот день, когда связался с христианами, Артур делал вид, что сочувствует, и никому было не скучно, а это главное, когда имеешь дело с вампирами.

Храм в Киусату, из стали и стекла, резал небо сверкающим лезвием шпиля. Он был виден издалека, с любой из обзорных площадок любого из сотен тысяч киусатских небоскребов. Когда Артур смотрел проект, храм показался ему мрачным и грозным. Но в мрачности была мощь, а в угрозе – обещание защиты, и, может, это не лучшие качества для храма, но Артуру понравилось. Храм в Киусату походил на поднятый к небу двуручный меч…

Мысли о мечах стоило выкидывать из головы еще на подходах, поэтому Артур предпочитал думать, что храм похож на Миротворец. На оружие, которым людей защищают от демонов.

На освящении киусатского храма Даунинги и стали оглашенными. Глава семьи раскаивался по-настоящему, его жена хотела вернуть детей и по-прежнему считала, что не сделала ничего плохого. Никто ее не торопил. Всему свое время, и благодать не минует никого из ищущих.

С выгнутой крыши храма Тегирму скалились алые горгульи, а над ними простирали крылья ангелы из белого мрамора. Ангелы защищали чудовищ от гнева небес, чудовища защищали ангелов от врагов на земле, а если смотреть издалека, крылья и тех и других превращались в бело-красный венок, крылья ангелов и адских тварей, на которых громадное тяжелое здание взлетало в небо с той же легкостью, с какой парил над северным морем Оссиса храм-лебедь Инамии.

В Делицци, столице Кеффы, храм был сложен из золота, серебра и небесно-синего фарфора. Полностью построенный на пожертвования, он был, словно мозаикой, украшен гербами княжеств и значками городов, где жили люди, присылавшие в Тагар деньги. Красивый храм, очень красивый, и зримая благодарность всем, кто поддерживал христиан в эти, самые сложные, времена.

Дальше станет проще. Когда-нибудь станет проще. Но сначала будет война.

Церковь не нуждалась в деньгах, тысячи демонических саолов, полученных во время боя за Лугу, приумножились за счет беспрестанных нападений демонов, фейри и вампиров. Почти каждая поездка Артура пополняла церковную казну на десяток-полтора саолов: сам он их забирать не умел, но Демон не отпускал его одного, а когда не охранял лично, заставлял брать с собой упырей-телохранителей.