Путь чужака - Андрей Прусаков

— Садитесь, — поддерживая за руку, она усадила Стаса на скамейку. Его глаза не могли оторваться от Элор или ее отражения в этом мире.

— Сидите, я вытру кровь! — уже решительней проговорила девушка, и рука с платком коснулась его лица. Стаса словно током пробило. Не отрываясь, он глядел на нее.

— Больно? — обеспокоенно спросила Элор.

— Нет, — он помотал гудящей головой. — Нормально. Даже хорошо.

Угораздило же головой драться! Будь в теле ставра — и не почувствовал бы, а здесь… Не череп, а скорлупка!

Она вытирала кровь и вдруг, лишь на мгновение, ей почудилось, что это уже было когда-то, что она стирала кровь с этого лица, такого знакомого и близкого…

— Все, — она собралась бросить испачканный платок в урну, но Стас перехватил ее руку.

— Отдайте мне.

— Зачем?

— На нем кровь героя.

Элор улыбнулась. Он еще и шутит!

«Бог мой, и улыбка та же, — совершенно сбитый с толку, подумал Стас. — Что происходит? Где границы миров? Есть ли они?»

— Простите, как вас зовут? — внезапно пересохшими губами спросил он.

— Лена.

— Меня Станислав. Простите за дурацкий вопрос… Мне правда так кажется. Я даже уверен! Мы с вами нигде не встречались? Вы меня не помните?

Стас замер, испугавшись, что она обидится на пошлую и банальную фразу.

— Не знаю, — искренне ответила она. — Не помню. Может быть, и встречались.

— Это было, — твердо сказал Стас.

— Я не помню. Это так важно?

— Очень! — подтвердил он.

Она смутилась от взгляда, которым ее рассматривали, не зная, что сказать или сделать. В свои двадцать лет она нередко чувствовала приторно-липкие взгляды озабоченных юнцов, похотливо-избирательные — уверенных в себе менеджеров на шикарных иномарках, привычно-оценивающие — мужиков во дворе. Но так на нее не смотрел никто и никогда. Похоже, этот парень забыл, что он только что сделал. Он смотрел так, словно в целом мире была только она…

— Вы испачкались, — отводя глаза, сказала девушка.

— Ничего, — отмахнулся Стас.

«Глупо, наверное, — подумала она, — но я приглашу его к себе». Ее сердце забилось чаще.

— Пойдемте ко мне. Вам надо умыться и почистить одежду.

— Пойдем, — проговорил Стас. Сказал настолько просто, без фальши, что она улыбнулась. Как может быть такое: одно слово — и теплый ветер обвевает тебя, и становится светлее, хотя на улице темно…

Они вошли в дом. Стас не заметил, какой этаж, не видел ни стен, ни мебели.

— Осторожнее! — предупредила она, когда он едва не рухнул, запнувшись о порог.

Словно во сне, Стас снял обувь. Кажется, так здесь принято. Он стоял в коридоре, не отводя от нее глаз.

— Чаю хотите? Да снимайте куртку, она вся грязная.

Он снял куртку и мял в руках, пока ее не отобрали.

— С вами правда все в порядке? — Она подошла ближе, и Стас осторожно втянул носом ее запах. Голова вновь закружилась.

— Может, вызвать врача?

— Нет.

— Все-таки у вас травма.

— Какая травма? — Сейчас он еще лучше разглядел ее глаза и замер: разве может быть такое сходство? Элор, его Элор, живет здесь, в его районе! А может, все, что случилось, — лишь сон? Ведь тогда он был пьян, может быть, упал, ударился головой, и ему все привиделось? «Даже если так, я знаю, что это — моя судьба».

— Почему вы так смотрите? — спросила она.

— Как?

— Вы знаете как…

Засвистел чайник. Они смущенно улыбнулись.

— Извините. Можно один вопрос? Только не обижайтесь, если… — Стас нервно крутил в руках остывающую чашку, так и не отпив ни глотка. Они сидели на кухне у задернутого занавеской окна.

— Я не обижусь.

— Вас… правда зовут Леной?

Она посмотрела как-то странно.

— Наверно, мы все же были знакомы, если вы знаете. Но я вас все равно не помню…

— Что знаю? — быстро переспросил Стас.

— Что меня зовут не Лена. Элеонора. Так меня назвал папа. Но имя какое-то… длинное, непривычное. Никто меня так не зовет. Иногда зовут Норой, но мне не нравится, а чаще всего — Леной.

— ЭЛеонОРа, — прошептал Стас. — Элор!

Его губы разошлись в улыбке. Девушка тоже улыбнулась.

— Что?

— Можно мне называть тебя Элор?

Он сказал «ты» и уже знал, что она не обидится.

— Элор? Так необычно, — она повела глазами, беззвучно повторяя странное имя. — Мне нравится. А почему Элор?

— По начальным и последним буквам, — пояснил он.

— И правда, — засмеялась она. — Просто странное имя, я не догадалась.

— Оно тебе идет.

— Правда?

— Правда! — горячо подтвердил он. — Элор, я так рад, что мы встретились!

— Я тоже, — тихо сказала она. Стас отставил чашку и взял ее руку. Элор смотрела на него. «Те же прямые волосы, те же губы и чудесные синие глаза, только одежда другая», — думал Стас, ощущая тепло ее ладоней. Здесь она не королева, но какая разница, она с ним, его Элор!

— Я думал, что потерял тебя, — сказал Стас, чувствуя на глазах счастливые слезы. — Но мы все равно встретились!

Он видел, что иногда она не понимает его, но это пустяки. Все придет, ведь они будут вместе.

— А ты… здесь живешь?

— Да, в этом районе. Шел домой и… увидел тебя.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что увидел и помог. Не каждый бы вступился.

— Это судьба, — сказал он.

Они говорили и говорили. Затем Элор провела его в комнату, и Стас замер на пороге:

— А это что?

На стене висела картина. Странный город желтой морской звездой раскинулся среди зеленого леса. Башни и купола, дворец и флаги были настолько знакомы…

— Ильдорн! — выдохнул Стас. Он словно наткнулся на стену.

— Что?

— Этот город… Откуда это у тебя?

— Я нарисовала. Тебе понравилось? Я немного рисую.

— Ты прекрасно рисуешь! — Стас повернулся к ней. Их глаза встретились. «Она не помнит, — подумал Стас, — но все равно это — она! Она!»

Они вернулись на кухню, и Элор снова подогрела чай. Взгляд Стаса упал на часы.

— Поздно уже, — сказал он, поднимаясь из-за стола. — Извини.

— Ты уходишь? — спросила Элор. Она тоже поднялась.