Время гарпии - Пирс Энтони

— Давайте-ка подкрепимся и отдохнем, — предложил, оторвав ее от мечтаний, волшебник. — Мне кажется, что как только это растение будет найдено, нам придется снова отправиться в путь.

— А не проще ли доставить сюда растение? — спросила Глоха. — По-моему, Велко не в том состоянии, когда стоит пускаться в дорогу.

— Корешок можно и доставить, благо его и нужно совсем немножко, — отвечал Трент, — но вот транс-миссия… Не уверен, что это растение поддается транспортировке. Оно необходимо для трансплантации, однако само не трансплантируется, точно так же, как я неспособен трнасформировать самого себя. Скорее всего, нам придется доставить Велко на транс-плантацию. Придется превратить кого-нибудь в существо, способное переправить его туда без особых хлопот.

— Преврати меня! — тут же вызвалась Глоха.

— Не надо! — подал слабый протестующий голос Велко. — Не стоит из-за меня так утруждаться.

— Но я хочу помочь тебе, — возразила девушка. — Мне даже думать не хочется о том, что ты…

Она не закончила фразу. Говорить об этом ей хотелось не больше, чем думать.

— Вы и так уже со мной намучились, — вздохнул Велко, — а мне вовсе не хотелось быть для вас обузой.

— А ты взгляни на это по-иному, — посоветовал Косто. — Если мы осуществим задуманный обмен с трансплантацией на транс-плантации, то ты уже ни для кого не будешь обузой. Выздоровеешь и сможешь превратиться в кого угодно.

— Вот именно, захочет и снова станет невидимым великаном, — подхватила Глоха. — Но сначала надо доставить его куда следует, поэтому я и прошу превратить меня соответствующим образом.

— А мне кажется, для этого дела лучше поискать другого добровольца, — отозвался Трент.

— Но почему? — не поняла Глоха. — Я же хочу помочь!

— Ну… мне так кажется, — стоял на своем волшебник.

Спорить Глоха не стала; вместо этого они с Косто отправились за орехами, фруктами и одеялом для Велко, который, похоже, замерзал. Тренту даже пришлось превратить сорняк в горицвет, чтобы горящий цветок добавил тепла. Съев запоздалый завтрак, спутники расположились на отдых. Глоха поймала себя на том, что лавина обрушившихся с утра событий сказалась на ней физической и душевной усталостью. Устроившись на подушке рядом с Велко, она постаралась расслабиться, полагая, впрочем, что пока не поступят вести о транс-плантации, отдохнуть по-настоящему ей не удастся. И незаметно заснула.

Пробудившись некоторое время спустя, Глоха почувствовала себя более бодро. Время близилось к полудню. Велко спал рядом с ней, закутавшись в одеяло: похоже, он так и не согрелся. Остальные, отойдя в сторонку, чтобы не будить спящих, беседовали.

Едва Глоха открыла глаза, как рядом материализовалась Метрия.

— Есть новости, — сообщила демонесса. — Гоблины рыщут на земле и под землей, гарпии проводят воздушную разведку, великаны и скелеты проверяют дальние горы и ущелья. Кровяной корень найден и доставлен. Но вот транс-плантацию, да чтобы на ней росла транс-миссия, пока никто не обнаружил.

Глохе не хотелось думать о неприятном, и она постаралась переключить внимание на подробности.

— А что, великаны и скелеты работают вместе?

— Да, они объединили усилия. Великаны легко преодолевают большие расстояния, но с их статью не так-то просто заглядывать во всякие теснины да щели. Поэтому великаны переносят скелетов с места на место, а те досконально просматривают все подряд. Порой заглядывают и в дома: говорят, на некоторых людей это производит сильное впечатление.

— Могу себе представить, — покачала головой Глоха. — Очень надеюсь, что все эти хлопоты не окажутся напрасными. Трудно поверить, чтобы Добрый Волшебник мог так жестоко подшутить над бедным Велко.

— По правде сказать, мне всегда казалось, что Хамфри и Добрым-то называют только потому, что он вроде бы не Злой. Но узнать о таком обмане было бы очень горько.

— Ну конечно, теперь у тебя есть душа, и тебе доступны все подобные чувства, — отозвалась Глоха, присаживаясь. — А как твои-то дела? Я все-таки твоя подруга, но за всеми хлопотами уделяю тебе не так много внимания.

— Удивительное дело, — ответила Метрия, — как только ты согласилась со мной дружить, у меня прибавилось уверенности, и я стала легче приспосабливаться к новым обстоятельствам. Даже обходясь без советов.

— Порой дружба действует именно так, — промолвила Глоха и, бросив сочувственный взгляд на Велко, добавила: — Хотела бы я стать настоящим другом и ему.

— Разве ты не сделала для него все, что могла?

— Я не спасла ему жизнь. Помочь-то пытаюсь, но толку от моих попыток пока мало.

— Ничего, ты непременно добьешься своего, — заявила демонесса с таким видом, словно недавно обретенный опыт одарил ее даром предвидения.

В небе появились две точки, но приближении превратившиеся в крылатых кентавриц.

— Нашли! — еще на лету выкрикнула запыхавшаяся Синтия. — Как раз там, где я и предполагала.

Глоха подскочила.

— Нашли? Вот здорово!

— Рано радуешься, — охладила ее пыл Чекс. — Найти-то нашли, но не в самом приятном месте. Добраться до цели будет непросто.

— Все равно доберемся! — уверенно заявила Глоха. — Должны добраться. Где эта транс-плантация?

— В расщелине горы Попа-кати-петль. А это очень скверная гора.

Глохе стало не по себе.

— Да уж знаю я эту Попу, — пробормотала она, — один раз еле крылья унесла. Как же нам осуществить трансплантацию, не оказавшись погребенными под горячим пеплом?

Подошедший Трент сунул в карман кусочек кровяного корня и спокойно сказал:

— Я полагаю, что существа, прибывшие к нам на помощь, должны наконец заняться тем, чем и собирались. Они явились, чтобы осадить замок, так пусть возьмут в осаду вулкан.

— В осаду? Но разве боевые действия помогут нам добраться до расщелины? — не поняла Глоха.

— Еще как помогут. Главное, чтобы шуму было побольше.

На сей раз до нее дошло. В случае массированной атаки со всех сторон злющий вулкан никак не сможет проследить за каждым отдельно взятым гоблином или гарпией. А стало быть, небольшая группа, проявив осторожность и не привлекая внимания, будет иметь возможность пробраться туда, куда надо.

Поискам был дан отбой, и отряды стали возвращаться к месту встречи. По мере прибытия командиры получали краткие инструкции и доводили их до подчиненных. Узнав, что предстоит схватка, гоблины и гарпии разразились радостными криками, однако известие о характере противника малость притушило их воинственный пыл. Но никто ни за что не сознался бы в своей робости: о том, чтобы отступить на виду у других отрядов, не могло быть и речи. Меньше других тревожились не столь уязвимые для горячего пепла и раскаленных камней скелеты. С великанами дело обстояло сложнее: любой из них за два шага мог уйти за пределы досягаемости вулкана, но и вероятность попадания валуна в такую махину была достаточно высока. Они понимали, что по мере их приближения к горе опасность будет возрастать.