Колдовская компания - Ольга Баумгертнер

Я покачал головой.

– Не намеренно. Все похоже на обычное сновидение, словно смотришь на самого себя со стороны и понимаешь, что управлять им не можешь… Только потом выходит, что сон оказался реальностью…

– Стартел говорил, что Игниферос обучал тебя. Высшей магии, если не ошибаюсь?

– Да, у старика возникло желание сделать меня своим помощником. Только он не успел мне поведать, что за помощь ему нужна.

Лайтфел с недоумением воззрился на меня.

– Тебя – помощником?!

– По крайней мере, это в его устах прозвучало именно так. Но кто знает, что он задумал в действительности… Если вспомнишь Гаста – у него тоже были схожие идеи.

– Совершенно безумная мысль! Я соглашусь видеть тебя своим союзником только в самом отчаянном положении! – вырвалось у Лайтфела.

– Ты уже побывал в нем совсем недавно, – напомнил я.

Лайтфел смешался.

– Извини. Но… Объясни, почему ты все же не послушал тогда Ментепера? Вряд ли тебя связывал мирный договор, когда представился такой шанс…

– О каком шансе ты говоришь? – полюбопытствовал я холодно.

Лайтфел глядел на меня во все глаза.

– Однажды ты уже пробирался в светлую обитель, когда помогал моей дочери, – едва слышно произнес он. – Неужели тебе тоже не составило бы труда, как и Ментеперу, добраться до моих покоев?

– Ты ничего не понял, – я отвернулся к окну.

Окна в зале совета выходили на парковую аллею. Тихо шелестела листва, и ветка чуть била в стекло от легкого ветерка.

– Я забыл, что для гипномагии расстояния не существует, – выдавил Лайтфел через силу.

Я рискнул посмотреть на него. Лайтфел стал белым, как окружающие нас стены.

– Будем считать, что ты ничем не обязан мне за тот случай. Я поступил тогда согласно своим принципам.

Лайтфел захлопнул книгу, отложил в сторону и поднялся. Задумавшись, сделал несколько шагов к окну.

– У тебя есть принципы? – спросил он. – Каждый из нас желает поступать так, как считает нужным, мало прислушиваясь к чужим советам. Но иногда обстоятельства оказываются сильнее. Ты же… У тебя проблемы со сновидениями, Тэрсел. Так каким принципам ты можешь следовать?

– Я говорил не о снах, Лайтфел, – я с раздражением поднялся.

– Сядь, пожалуйста. Я не хочу с тобой ссориться. Всего лишь пытаюсь понять.

– Понять что? – я сел обратно и откинулся в кресле.

Лайтфел сделал неопределенный жест.

– Вчера мне, наконец, стало понятно, почему Визониан пытался убить тебя. Это ведь произошло в тот же день, когда вы вернулись из мира Игнифероса. Гаст, несомненно, поведал о случившемся своему учителю. Визониан решился на отчаянный шаг, ничего мне не сообщив, зная, что я подобного не позволю.

– Тоже из принципа?

– Это бы нарушило мирный договор.

– Ты тоже думал о мирном договоре, когда посылал к Игниферосу за помощью?

– Я всего лишь подстраховался. Если ты вспомнишь, мы никогда не нападали первыми…

Мое раздражение исчезло. Наоборот, мне хотелось расхохотаться. Лайтфел рассуждал точно так же, как когда-то Гаст. Проклятье, в них действительно течет одна кровь! Я сдержал себя, подпер щеку рукой и полюбопытствовал:

– А ты не думал о возможности того, что Игниферос вернется и пожелает править обителью?

– Это… невозможно.

– Что-то не слышу в твоем голосе уверенности, – подметил я.

– Игниферос давным-давно сложил с себя полномочия.

– А если бы он пожелал вернуть власть в свои руки? Разве ты бы не подчинился ему? Скажи: да или нет?

– Я… обязан подчиниться более могущественному магу. Ты думаешь, что он бы затеял с вами войну?

– Это было не исключено. Стартел, точно ничего больше не сказал тебе?

– Что-то весьма невразумительное о планах Игнифероса, об идеальном мире, – проворчал Лайтфел. – Я не понял, что это значит… Кстати, ничего не слышно о наших беглецах?

– Абсолютное затишье… Если ты не против, я пойду. У меня еще куча дел в обители.

Он кивнул и заявил напоследок:

– Тэрсел, я действительно хотел бы видеть в тебе союзника против общего врага.

Я вернулся в обитель и занялся защитой крепости. Еще одно охранное заклятие от открытия порталов не помешает. Надо заметить, это оказалось несколько утомительно. Я провозился с этим весь оставшийся день, жутко устал, но теперь, по крайней мере надеялся, что Ментепер не смог бы незаметно проникнуть сюда. Хотя он, воспользовавшись гипномагией, с легкостью мог бы пройти мимо стражи на воротах. Уж если когда-то Визониан с помощью несложного заклятья сна мог пробраться сюда… Тогда, в довершении, на зону ворот легло охранное заклятие, тонкое и незаметное, не позволяющее стражам терять бдительность и попадать под действие гипномагии. После этого я немного успокоился. Прошла неделя, затем другая. Ничего не происходило. Нордек притащил мне огромный том свода законов обители и настоял, чтобы я ознакомился с ним.

– Теперь можно вполне поменять кое-что в законах, раз Ментепер тебе больше не указ, – сообщил он.

Я с изумлением воззрился на него.

– Мне казалось, что ты всегда соблюдал закон. Вот уж не подумал бы, что ты захочешь что-то изменить.

– Нет ничего совершенного, – Нордек пожал плечами. – Я там пометил кое-какие из них, на мой взгляд, наиболее спорные.

Я хмыкнул и кивнул. Нордек ушел. Я уселся в кресло, раскрыл тяжелый фолиант и вздохнул. Вряд ли чтение окажется интересным, но теперь положение обязывало знать те вещи, которые меня раньше мало занимали.

Я прочел десятка три страниц, когда ко мне постучали. Вошла Дейра. Я не успел ничего сказать, как она разделась, забралась в мою в постель, удобно устроилась на подушке, подперев щеку рукой и открыв для взора пленительные изгибы свого тела.

– Я вроде не страдаю больше бессонницей.

Она изобразила на лице недоумение, хотя недоумевать должен был я.

– И ты долго отсутствовала.

Ее желтые глаза удивленно распахнулись.

– Вот уж не знала, что обязана постоянно находиться здесь, – она засмеялась. – Но если хочешь, я буду почаще находиться рядом…

Я фыркнул.

– А где мой горячо любимый братец?

– Где-то отсиживается, мой глупый мальчик… – она потянулась, лениво и сладко, как сытая кошка.

Глупый мальчик… это она о ком из нас двоих?

– Я задал вопрос.

– Ты не доверяешь мне?

– Я знаю, что ты виделась с ним.

– Да, я кое-что разузнала. Но, может, об этом чуть позже?