Баффер - Михаил Дулепа

Что ж они такие негостеприимные?!

«Где я».

Подхватив низенькую трехногую табуреточку, стоявшую у жестяного корытца, кидаю в окно, вынося стекло, а потом прыгаю вперед, протискиваясь. Стекло неприятно крошится под руками, трещит на спине куртка (черт, теперь новую покупать!). По голове бьют чем-то. Отмахиваясь палкой, попадаю по мягкому. Дурак!

– Замри.

Женщина замерла. Наверное, поняла, что невидимка лезет в окно, ударила наугад, я и раскрылся.

– Не стрелять! Он в доме!

Сообразили, наконец. Зажмуриваюсь, вспоминаю планировку. Большой дом, четыре комнаты, кухня, пристройка на три комнаты, коридоры, сени, веранда… Сюда, наверное.

Иду по коридору к центральной зале без окон. Интересно, кто такой дом построил? Распахивается дверь, мужик с длинным ножом пытается пырнуть меня в живот.

– Замри.

Медленно заваливаясь, падает. За дверью кто-то визжит. Дальше.

Вот, занавеска, из-под двери свет. Единственная освещенная в доме комната… понятно, снаружи этот свет не разглядеть. Легкое давление сзади и грохот выстрелов, сопровождающийся женским воплем, кто-то пытался расстрелять меня в спину. Пятая оцепа, тишина, задушенный вскрик, взволнованный голос откуда-то со двора, и я наконец толкнул дверь палкой, открыл, заглянул.

Старик стоял сбоку от дверного прохода, сжав в руке кинжал. Восточный такой кинжал, длинный, острый. Окруженный черной аурой, через которую почти не видно блеска металла.

– Салям алейкум. – Я коротко поклонился. Может, хоть этот будет поумнее, не станет бросаться на незваного гостя? Тем более с таким подозрительным оружием.

Старик мельком оглядел меня, задержал взгляд на четках, чуть наклонил голову:

– Ва-алейкум ас-салям. Зачем вы пришли? – Голос хрипловатый, тихий, с незнакомым акцентом.

– Я ищу человека. Мастера.

Мне бы так научиться – только что вежливый и отстраненный, а вот уже, без единого движения, даже не меняя позы, он непреклонный и категоричный. И, похоже, готов отступить в сторону. У него там за спиной еще автоматчик?

– Какой мастер? С чего вы взяли…

– Тот, что изготовил этот кинжал. Такой непростой кинжал, очень интересный.

– Хороший кинжал. – Он чуть кивнул и приподнял руку, как бы показывая мне оружие. – Может пробить любую защиту.

– Я и говорю – интересный. А вот моя защита. – Я провел рукой вдоль тела. – Способна остановить любую атаку. Всепробивающее оружие и несокрушимая по определению преграда. Давайте не будем пробовать, что получится, если они столкнутся.

Старик пристально уставился мне в глаза, поморщился.

– Вы вломились в мой дом, напали на моих родственников, и вы…

Несколько секунд молчания. Уловив момент, когда он собирался продолжить, я перебил:

– Нет. Я не нападал. Я не вламывался. Когда в меня начали стрелять сквозь забор, без предупреждения, я вошел в дом и пошел искать разумного человека. Нашел, так? Парализованные скоро очнутся, если не пострадали от своих попыток убить меня.

Старик еще раз осмотрел меня, потом крикнул что-то, сзади подошел, держа меня на прицеле, тот самый мужчина, которого я видел. Только сейчас стало понятно, что они близкие родственники, ну очень похожи. Быстро вопрос-ответ на незнакомом мне языке, и старик снова спросил:

– Что вам нужно?

Что же мне в самом деле нужно? И чего это они такие суровые?

– Вы спутали меня с ним?

– С кем? – Ответил тот, что помоложе.

– С тем, у кого красные четки. Его еще называют Шеф.

Ну, что ответят?

– Заходи, поговорим.

Диванчики с трех сторон, посередине низкий широкий столик, накрытый красивой скатертью.

Сев на предложенное место (не видел я в доме взрывчатки, авось ее тут и нету), я оглядел севшего напротив хозяина дома. Высокий, сухощавый, лет около семидесяти, усы седые, нос широкий, глаза черные, взгляд прямой. Правая рука на коленке, левая словно случайно рядом с рукоятью убранного в ножны на поясе кинжала. Кстати, очень органично он с этим ножиком смотрится, этакий… горец?

В дверь протиснулся еще один мужчина, мрачно взглянул на меня, наклонился к уху старика и что-то заговорил. Из знакомых слов я уловил только «агай». Черт его знает, что это значит, вроде «ага» – это старший какой-то родич? Велика Россия, а тысячу километров в сторону отъедешь, и уже люди на другом языке говорят, причем на родном другом языке. Опять же хрен его знает, кто они – башкиры, татары, русские или беженцы из бывших республик. На хрена я вылез со своим «салямом», понтовщик?

Старик дослушал родича, кивнул ему, а потом сказал, смотря куда-то в мою сторону:

– Уважаемый, так по какому делу вы приехали в мой дом?

– Мастер. Мне нужен мастер. Он или здесь, или вы знаете, как его найти.

– Мы торгуем с ним, но кто он, не знаем.

Я уставился в глаза старику, потом полез в карман и достал четки. Щелк, щелк. Он держал мой взгляд почти равнодушно и показывал, что больше ему сказать нечего.

– Девочка. И вы, уважаемый… простите, не знаю вашего имени?

– Зовите меня Нури Сергеевич.

– Михалыч.

Он пожал протянутую руку. Крепко, но формально.

– У меня есть возможность видеть того, кто долго имел дело с каким-то предметом. На всех талисманах три отпечатка душ: вашей, вашего родича, сын, да? – Молчит, только шевельнул бровью. – И маленькой девочки. Мастер не он, иначе ему не было бы необходимости вооружаться автоматом, придумал бы что-то более интересное. Значит, или вы, или она. Но у вас тоже только этот кинжал.

Он положил руку на оружие, выпрямился.

– Нури Сергеевич, я ищу мастера только по одной причине. – Старик немного наклонил голову. – У меня есть магические материалы, которые могут сильно облегчить мою жизнь. Вот только я не могу ими воспользоваться, условия такие, они бывают довольно странными.

Вежливый кивок, мол, продолжай, дорогой, я слушаю.

– Во многих играх есть такие предметы, ими можно серьезно усилить своего персонажа. Вот я и раздобыл немного. А воспользоваться не могу. Обидно.

– Что за предметы?

– Магические камни. Улучшают вещь, дают всякие полезные возможности ее обладателю. Мастер-артефактор мог бы ими воспользоваться, они словно для него и придумывались.

– Ну что же, предложение интересное. У вас есть образец? Оставьте, мы подумаем, посмотрим…

– У меня нет времени, Нури Сергеевич. От этого зависит моя жизнь.

Старик нахмурился. Прижатый к стенке маг, который ищет спасения, – это не совсем то же, что и выгодный клиент, ищущий прибыли, да? Ну, а то, что я не так уж и тороплюсь, ему знать не надо.