Мир-ловушка - Антон Орлов

Бирвот, нередко повторявший, что маг не должен ничему удивляться, моргал, неприлично разинув рот.

– У нас управляет Высшая Торговая Палата, а здесь – Высшая Палата Нищих, как странно… – прошептала Роми.

– Да они психи, – слегка толкнув ее локтем, шепнул Лаймо. – Нужно дойти до Зильдова Уха и там порасспрашивать. Может, на эту деревню кто-то наложил заклятье, затемняющее разум?

– Идем отсюда! – решил Шертон. – Выясним…

В Зильдовом Ухе повторилась та же история. Крестьяне утверждали, что не могут продать молока и хлеба, ибо сами живут впроголодь, да еще и кормят нищих соседей. Так положено по закону, потому что Зильдово Ухо – богатая деревня. Высшая Палата Нищих никак не соглашается выдать грамоту о том, что у них нищая деревня: говорят, кто-то ведь должен оставаться богатым, чтобы прокормить всех остальных. Хорошо соседям: те вовремя поняли, откуда ветер дует. Обнищали, получили грамоты с печатями Палаты – и теперь живут себе припеваючи, горя не знают!

Телегу до Суамы нанять не удалось: ежели Высшая Палата Нищих проведает, что кто-то сумел заработать, придется поделиться, то есть отдать Палате втрое больше денег, чем хозяева выручат за наем телеги. Таков закон.

Когда Зильдово Ухо скрылось за поворотом, из леса выскочил человек и побежал к тракту, размахивая руками, наперерез путникам. Один из обитателей Зильдова Уха, вспотевший и раскрасневшийся. На плече у него висела холщовая сума.

– Погодите, добрые люди!

Тяжело дыша, он оперся о каменный парапет, но перелезать не стал. Воровато оглядевшись по сторонам, вынул из сумы каравай хлеба и глиняную бутыль.

– Продам, ежели заплатите. Видно, вы не здешние… В другой раз тайком спрашивайте, а не у всех сразу. Ведь ежели кто-то вам что-то продаст, другие на него донесут, Палата Нищих за это вознаграждает… Ох, как я за вами бежал, еле догнал! Тут молоко. Хорошее молоко, сладкое, и хлеб вчера вечером испечен. Уж не поскупитесь…

Выложив на парапет два серебряных баркля, Шертон спросил:

– Что случилось в Халгате? Мы пришли издалека, ничего не знаем.

– Смута была. Зимой, в аккурат как адского черного зверя поймали. Короля с королевами казнили, а власть взял Сасхан Благодетель. Люди толкуют, у него есть советник-чужестранец, страшный лицом, который всегда носит маску… Высшую Палату Нищих придумали. Говорят, как новое государство наберет силу, так пойдем войной на богатых соседей, которые с нами добром делиться не хотят. – Мужик сплюнул в траву. – Вот так и живем… Статуй Благодетеля везде понаставили, ему это по нраву. Если у вас нет какого особого дела, не ходите в Суаму. Вас там поделиться заставят, а ежели сказать напрямую, то все до последнего гроша отымут.

– Благодарствую за предупреждение. Что стало с адским черным зверем?

– А что с ним станется… – Крестьянин слегка поежился. – Уж он-то не голодает, каждый день кормят!

Нэрренират жива. Словно гора с плеч свалилась.

– Спасибо, добрый человек, – еще раз поблагодарил Шертон.

Зорко оглядев дорогу и пустое пространство вокруг, мужик затрусил к лесу и вскоре скрылся в кустарнике.

– Революция… – вздохнул Лаймо, заталкивая в мешок каравай и бутыль с молоком. – Куда мы ни вернемся, везде все вверх тормашками!

– Разберемся, – бросил Шертон. – Если к этому свинству имеет какое-то отношение афарий…

Он не договорил, так как не знал, что сказать. До сих пор он был неплохого мнения об Ордене афариев. Хотя в семье не без урода.

– Бирвот, мы далеко от Суамы?

– День пути, если пешком.

Переночевали они в теплом сыром лесу, очертив магический круг, защищающий от нежити. Шертон счел, что это будет безопасней, чем проситься на ночлег в какую-нибудь «нищую деревню». На другой день тракт вывел их на равнину, к Суаме, опутанной деревянной паутиной воздушных мостиков.

На разведку Шертон пошел один. Маг, Роми и Лаймо остались в лесу, разбив маленький лагерь на поляне неподалеку от реки. Бирвот заверил, что никто их не потревожит, уж об этом он позаботится.

– Пока есть время, тренируйтесь, – велел Шертон ребятам. – Обстановка здесь та еще…

Недавно закончилась пора ливней, и почва была пропитана влагой, как губка. Повсюду блестели лужи, в них копошились, хлопая крыльями и курлыкая, синие плоскоклювые птицы с растрепанными хохолками. Возле сараев сохли прислоненные к стенам плоты. Шертон шел по раскисшим проселкам, от деревни к деревне, минуя тракт, где время от времени проезжали отряды вооруженных людей, одетых небрежно и пестро. Он не хотел стычек. Сейчас он лазутчик, а не боец. Лишь оказавшись под городскими стенами, он перемахнул через парапет и направился к воротам.

Стражники, вооруженные дубинками и мечами, лениво зашевелились при его появлении.

– Подайте двадцать пожелей за вход в столицу! – протянул сборщик в замызганном плаще, отороченном свалявшимся белым мехом.

– Въездной налог? – осведомился Шертон, развязывая кошелек. Некоторое количество халгатийских денег осталось у него еще с прошлого раза.

– А теперь подайте пятьдесят пожелей на пропитание нищей голодающей Суамы после революции и гражданской войны! – вновь потребовал чиновник.

В его властном голосе сквозили заунывные интонации профессионального попрошайки.

Отдав деньги, Шертон шагнул вперед, заставив его отступить с дороги.

– Смотри-ка, богатый… – с неприязнью прошептали за спиной.

Нищая Суама вполне соответствовала своему названию. Грязный город с отощавшими собаками и зильдами, плохо одетыми отощавшими прохожими, разбитыми окнами (о фонарях и говорить нечего – от них остались одни ржавые кронштейны), с забитыми мусором сточными канавами вдоль изношенных мостовых.

Шертон завернул в трактир, взял кружку жидкого пива. Он хотел послушать разговоры, чтобы получше оценить ситуацию, но посетители говорили мало, с оглядкой. Одна фраза, произнесенная за соседним столом, насторожила его:

– Слыхал? Господ Лярского поместья начали скармливать зверю. И до этих дошла очередь…

– До всех кровопийц дойдет! – Кто-то засмеялся.

Подхватив кружку, Шертон подсел к двум бородатым коренастым халгатийцам в засаленных куртках.

– Выпьем вместе, ребята? Я тут пришлый человек, никого не знаю, а в одиночку пить скучно. Эй, еще пива на троих!

Когда трактирщик принес кувшин, он поинтересовался:

– О каком звере вы говорили? О том, что в Обсидиановой яме?

– О нем самом, – прихлебывая пиво, подтвердил один из халгатийцев.

– Он у вас, что ли, жрет людей?

– Богачей-кровопивцев! – хохотнул второй. – Только их и жрет, кажный день по богачу! Ну, и всяких прочих врагов Нищей Халгаты, кого Высшая Палата приговорит…