Мой истинный - Любовь Черникова

Смех, голоса, веселье — все словно было не здесь. Не для меня, а где-то в параллельном мире. В груди стало вдруг тесно, и захотелось плакать. И я не могла понять — это действительно то, что я чувствую, или последствия вселения демона?

Наверное, до конца своих дней теперь я не смогу научиться спокойно грустить...

И вдруг я услышала пение. Кто-то пел на чужом, но отдаленно знакомом мне, языке удивительную песню. Я не понимала слов, но перебор струн айтары брал за живое. Сердце забилось чаще, пока я пробиралась сквозь неожиданно густые заросли, уже догадавшись, чей именно я слышу голос.

Сидя у костра на берегу озера, Дэрин пел на Эгросском. Я вдруг ощутила, как по щекам стекают горячие слезы, такой пронзительной была его песня. Ни капли сомнений, что она о любви.

— А я и не знала, что он так умеет... — прошептала вслух, и остановилась у самой границы круга света, тактично дожидаясь, пока он закончит.

Дэрин меня не видел, глядя то на огонь, то на струны. Его красивый, с легкой хрипотцей голос разносился далеко над водой. Краем глаза я отметила, что я не единственная слушательница. Вокруг собралось много парней и девчонок. И желание подойти, заявить о своих правах, вступило в смертельную битву с желанием дослушать песню.

Едва его голос стих, как кто-то закрыл ему глаза ладонями, вынуждая меня остановиться. Это был ни кто иной, как Дилайла.

— Мари? — замер Дэрин, откладывая айтару.

— Не угадал, — прошептала я, прячась в тени.

— Дилайла. Спасибо тебе огромное за этот вечер! Я никогда не забуду!

Наряженная в коричневое с золотом платье, Рыжая, впервые на моей памяти изменившая своему кожаному костюму, наклонилась и крепко обняла Дэрина сзади. При этом он похлопал ее по руке, как бы отвечая тем же.

Не в силах больше на это смотреть я развернулась и побежала обратно. Выходит, Дилайла просто водила меня за нос? Издевалась? А я ей поверила, да еще опозорилась с этой своей запиской, в которой умудрилась написать: «Я тебя прощаю, нам нужно поговорить».

Выставила себя полной дурой! Какой ужас!

Дэрин Штарнэ

Марэна куда-то исчезла, и никто на празднике ее не видел. Лишь один из парней, не слишком уверенно заявил, что она ушла куда-то с блондинкой в белом. Скорее всего это была ее подруга Амалия Риано.

Посвящение у некромантов шло полным ходом, и я не стал им мешать, решив дождаться, когда Мари вернется. Наверняка, она решила поддержать подругу, не стану лишать ее радости просто побыть адепткой, несмотря ни на что. А поговорить можем и завтра.

Душа пела и плясала с того самого момента, как я получил записку. Мари все правильно сделала, сообщив мне о проблемах Дилайлы. Как только вернулся и обнаружил лист бумаги под дверью, исписанный рукой моей истинной, я тут же направился к подчиненной.

Дилайлу я отчитывал со вкусом и особым садизмом, пугая до обморока обещаниями всяческих кар, но, когда она расплакалась, смилостивился и разрешил ей провести эту ночь с Яном Хонором. Эти двое, конечно, натворили дел, но как я мог препятствовать тем, кто так любит друг друга. Дождавшись Яна, который умудрился освободиться пораньше, я и тому устроил взбучку и взял обещания с утра лично отвести Ди в Королевский госпиталь на обследование.

Сам я так и не обнаружил никаких признаков инвазии, сколько не изучал ее ауру. По всему остались только последствия. Но зато какие! Ди, то и дело проваливалась в эротический бред и несла такое, что становилось стыдно. А когда приходила в себя, не помнила ни слова.

С появлением Яна, Дилайле будто стало легче. Она принарядилась, скрыв артефакт и браслеты при помощи платья и украшений. Снимать сдерживающие кандалы совсем, она не отважилась.

— Ян, не оставляй ее не на миг, а если что-то пойдет не так, отправляйтесь в госпиталь немедленно экстренным переходом, через портал. Ты знаешь код. Я отчитаюсь. Формально я все еще отвечаю за свою подчиненную, даже если она отстранена от службы.

Пока наблюдал за веселящимися адептами, сердце, переполняли счастье, щемящая тоска и что-то еще. И тут в руки мне попала, айтара, и песня, что пришла в голову, как нельзя кстати подходила к тому, что я чувствую. Это была древняя баллада Эгроса. О рыцаре и заточенной демонами в камень деве, которую он пытался вызволить разными способами, но тепел неудачу раз за разом. Там было много куплетов, и я не помнил толком их все, но пел, то, что шло в голову, заменяя слова и сюжеты.

Когда я допел, Дилайла поблагодарила меня за то, что разрешил ей побыть немного с любимым человеком. Неизвестно, что ей скажут в госпитале. Может, им с Яном придется расстаться навсегда.

— Спасибо, что вела себя благоразумно, Ди, — ответил я ей и в этот миг увидел Марэну. Гневно сверкнув глазами, моя истинная развернулась и исчезла в кустах.

— О, нет, Дэрин! Я так виновата... — Дилайла едва не расплакалась. — Ян, мы должны найти ее и все объяснить, прежде чем уйдем спать, — она решительно накинулась на Хонора, который приобнял ее за талию.

— Не стоит, — остановил я друзей. — Я сделаю это сам. Уверен, она поймет, что это простое недоразумение.