Принцип действия - Сергей Зайцев

«Миротворцы» не оставляют такое безнаказанно: четверка малых и средних роботов накидываются на «Демона», словно стая озверевших шавок на матерого раненого волка. Бола тоже не остается в долгу – правая рука поднимается, смещая прицел, оставшаяся «Ультра» вместе с большим лазером находят вражеского «Следопыта». Длинная грохочущая очередь перечеркивает «Следопыту» ноги, ломая их как спички, пилот тут же катапультируется, ловить ему тут больше нечего.

Гаусс-пушка суетливо бегающего рядом сорокатонного «Снайпера» лупит «Демону» в торс, но оправившиеся «Колонизатор» и «Разрушитель» объединенными усилиями выбивают из него дух. Выстрел КоЖи, и «мех» списан со счетов. Планомерное уничтожение легких роботов, невзирая на собственные повреждения и потери, идет полным ходом.

Перелом наступает внезапно.

Рычащие очереди из обеих «Химер» «Молота» окончательно разбивают броню «Миссионера» Шайи на спине, система жизнеобеспечения считает ситуацию критической и приводит в действие механизм катапультирования. Почти тут же взрывается «Миссионер» Психа.

Катапультирование проходит удачно.

Рваный драйв. Время несется с сумасшедшей скоростью…

Вражеский «Миссионер», пытаясь на прыжковых взмыть над «Разрушителем», чтобы приласкать лазерами сверху, ловит мощную ракетную плюху от «Колонизатора» Петра. Робот закручивается вокруг оси штопором, входит в пике, и вонзается головой в почву за границей трассы. Тем самым он нарушает первое правило «Горячего Бега»: «Робот не может отклониться от границ установленного для прохода коридора, иначе он считается выбывшим из состязания». Следует команда с орбиты, и пилот подчиняется, стопорит двигатели, так и не поднявшись. Его бой закончен. Отсидеться до конца сражения в роботе гораздо безопаснее, чем оказаться снаружи, на морозе, под ливнем шальных выстрелов.

Но и «Колонизатор» Петра гибнет. Спасая «Разрушителя», и без того покалеченный «мех» получает в бок и спину одновременно от «Кровавого Гончего», «Вурдалака» и «Победителя». К счастью, система катапультирования успевает сработать – на фоне огненного вихря вверх выстреливает кокон пилота.

«Огненный Демон», все еще топчущий незадачливого «Законника», остается лишь на пару с «Разрушителем», оба – избитые, лишившиеся большей части вооружения, в ореоле дыма и пламени, с разрушенной броней.

Двое против шести. Плохой счет.

* * *

Оживает связь с «Шершнем»:

– Эксперт, пора!

Грегори прав. Если мы сейчас не прорвемся, «Горячий Бег» превратится в форменную «Мясорубку». И команду от капитана Бола ждать бесполезно, связь с «Демоном» прервалась. Он еще не побежден, но его повреждения почти фатальны, ему осталось недолго. Неудивительно, что бортовую рацию вырубило – на роботе живого места нет. Наверняка большая часть «реаниматоров» внутри «Демона» уничтожена огнем, некому исправить неполадки. Бола и так проявил чудеса владения своим роботом.

– Согласен, Грегори. Следуй за мной, не высовывайся раньше времени.

– Я помню план капитана, – почти враждебно огрызается Булочка.

Охладители двигателя загудели чуть сильнее, выходя из режима ожидания, биополимерные волокна ног, которые я сейчас воспринимал как собственные мышцы, ощутимо напряглись, я двинулся вперед, сразу переходя на бег.

«Шершень» Грегори пристроился в арьергарде.

* * *

Прямая белая лента дороги стремительно стлалась под шестиметровыми шагами, снег из-под стоп, взвиваясь сухими облаками кристаллической пыли, уносился встречным ветром.

Дорога вела в пылающий ад, но мы с Грегори не собирались там задерживаться. В зону боя мы вошли уже на скорости в сто десять километров в час, продолжая наращивать темп. Предел «Следопыта» – сто тридцать пять километров в час. Предел «Шершня» – сто восемьдесят. Именно поэтому я прикрывал его собой, а не наоборот. Если из «Следопыта» выбьют дух, это не испортит забега. А вот «Шершень» должен уцелеть во что бы то ни стало.

Два километра до «судий», и столько же после них, чтобы оторваться, выйти из разрешенной зоны поражения. Проскочить четыре километра на таких скоростях – дело считанных минут.

Конечно же, от внимания «судий» не укрылся наш старт. Но «Огненный Демон» и «Разрушитель» все еще чертовски связывали пилотам «миротворцев» «руки». Пал «Победитель» – удар «Ультра-20» разорвал ему ногу в колене, измочаленном предыдущими залпами «Химер» «Разрушителя». Саня Большой постарался на славу, хотя его робот сам уже выглядел как обугленный и ободранный труп, броня свисала с него клочьями, в многочисленные прорехи корпуса виднелись внутренние детали «скелета». Прямо не робот, а зомби не первой свежести – расползающаяся гнилая плоть на костяке. «Огненный Демон» выглядел не лучше, но тоже держался.

Потерпите. Мы уже скоро. И тогда вы сможете покинуть роботов. Все скоростные «судьи» выбиты, угнаться за нами никто не сможет. Главное – проскочить. От нас сейчас чертовски много зависело. И я решительно настроен сделать все, что в моих силах. И даже больше.

Рой боеголовок с ревом вылетает из РЗУ «Колонизатора» и «Вурдалака» и несется мне навстречу, часто стучат «Химеры» развернувшегося вокруг оси «Молота». «Миротворцы» не хуже нас понимают, как важен этот момент – не пропустить нас, легконогих.

Маневр уклонения. Генератор ЭМ-поля ревет, пытаясь справиться с бешеной нагрузкой, часть ракет размазывается по завесе, частные вспышки противоракетной лазерной защиты, я прямо подныриваю под несущийся рой. Выпрямляюсь, бегу дальше. «Шершень» шарахается совсем в другую сторону, каким-то чудом избегая попадания и ракет и снарядов, ловит лишь лазерный удар в скулу. Интуиция? Везение? Расчет? Разве поймешь этого «агностика».

Тогда «Гончий» и «Вурдалак» заливают все пространство передо мной слепящим озером плазмы, но они промахиваются: от резкого, отчаянного рывка в сторону биополимерные мышцы ног едва не рвутся, на такой скорости сложно маневрировать без риска сломать ноги, и все же я ухожу от удара.

Грегори и тут действует по своему, «Шершень» проходит над озером плазмы в предельно низком прыжке, реактивные двигатели несут его прямо в метре над огнем.

И вот мы рядом с врагом.

Рев прыжковых сопел, корпус сотрясает сильная вибрация.

Взлет!

Проклятый «Молот», просчитав мой маневр, тоже запускает прыжковые двигатели и поднимается в воздух. Он прямо на моем пути, и я отчаянно отрабатываю маневровыми соплами. «Следопыт» почти вдвое легче «Молота», и мне почти удается уйти в сторону…

Почти.

Мы все же сцепимся руками на встречных скоростях.

Мгновенно просчитав все возможные варианты и выбрав наиболее предпочтительный, я открываю огонь. Буквально пережженная ударом плазменного заряда рука «Молота», кувыркаясь, отлетает в сторону, но я все же задеваю его корпус. Столкновение выходит зубодробительным. Теперь по горячему, изрытому осколками бетону кувыркаюсь я, и мир вертится вокруг в сумасшедшем хороводе. Проскакиваю мимо «Вурдалака» и «Колонизатора», и сбиваю с ног «Кровавого Гончего». Ошеломления нет, робот не чувствует боли, а мое тело в коконе максимально защищено от подобных перегрузок, используя остаточную инерцию вращения, вскакиваю на ноги, и вижу…