Обжигающий след. Потерянные - Анна Невер

Танец закружил, и девушка от души рассмеялась. Определенно с этим ухажером не скучно!

– Сейчас мое внимание полностью отдано вам, – отозвалась она.

– Хвала небесам, – глухо и серьезней, чем обязывало легкое общение, послышалось из-за маски.

«Дракон» вел в танце так ровно и уверенно, что Тиса вскоре отдалась во власть вальса.

– Как помню, вы говорили, что совершенно счастливы? – Незнакомец развлекал ее легким разговором.

– Именно, – согласилась она, ощущая себя таковой.

– И у вас нет пасмурных дней? Нет недругов, что чинили бы вам препоны? И в любви вам везет?

– Дни мои всегда солнечны, – подхватила игру партнерша. – Недруги беззубы, как плотва. А любовь… о, это каверзный вопрос, милейший дракон.

– Отчего же? – Рука на ее талии стала ощутимо горячей.

– Оттого, что я не стремлюсь к любви. Любить, в моем понимании, значит еще и доверять. Я же не могу похвастаться подобным отношением ни к одному мужчине, уж простите покорно.

Тиса не знала, разочаровал ли ее ответ кавалера, позабавил ли. «Дракон» лишь медленно кивнул.

«Маскарад раскрепощает, – радовалась девушка. – Можно свободно разговаривать с незнакомцами без старого брюзги-этикета».

– Такие щекотливые вопросы обязывают к ответной откровенности, – лукаво усмехнулась она, – но я намереваюсь смилостивиться над вами.

Пару секунд партнер молчал. Затем чуть склонил набок голову.

– Не щадите меня. Я вполне могу поведать о себе…

Музыка загремела, и пары раскрылись, выстроившись в ряд. Барышни взмахнули подолами пышных юбок, словно лебеди крылами.

– В отличие от ваших дней, мои уже пару месяцев не радуют солнцем, – услышала Войнова, снова сходясь с партнером. – Добрая сотня людей и нелюдей страстно уповают увидеть меня в белых тапочках. Однако я остаюсь равнодушным к их чаяниям.

Девушка хихикнула, про себя подумав, что «дракон», скорее всего, лукавит, но очень мило.

– Что до везения в любви, – голос мужчины стал суше, словно его мучила жажда, – ваши уста – уста моей совести. Я есть один из тех недостойных, кто потерял доверие своей избранницы.

Тиса удивленно вздернула брови. Вот тебе на. «Дракон», оказывается, несчастный влюбленный. Что-то в голосе кавалера заставило сердце дрогнуть, и она не задумываясь объяснила это сочувствием.

– Вы вернете ее доверие, – заявила уверенно, – я верю в вашу счастливую звезду!

– Вы полагаете? – мужчина снова склонил голову набок. Отчего-то показалось, что он улыбается.

– Приложите ум и сердце, и вы завоюете ее доверие.

– Благодарю за надежду.

Наверное, она развила бы целую веселую проповедь под названием «Не вешать нос», но их чуть не зацепила нечаянно пара в оригинальных костюмах Гора и Жвала. Выдающаяся модница нацепила хвост, как у павлина, ее спутник походил на чиванскую невесту, завернутую в ковер.

Тиса и «дракон» посмотрели им вслед.

– Этот дивный маскарад не оставляет шанса даже самому унылому настроению! Вы согласны? – Девушка развеселилась от созерцания яркой парочки.

– Равнодушным остаться сложно, – признал партнер.

– Кто придумал маски, тот гений безумства! А вы долго выбирали драконий лик?

– Отнюдь. Я позаимствовал маску у друга, который знает в них толк.

Музыка смолкла. Войнова поразилась, как быстро пролетело в танце время. Они поклонились друг другу.

– Маски позволяют людям представляться кем-то другим, – не отпуская ладонь партнерши, сказал «дракон», глядя поверх ее головы. – Но есть некоторые личности, что, надевая их, выказывают истинное свое лицо.

Тиса увидела Озерского, лишь когда он оказался в паре шагов от нее.

– Тиса Лазаровна, – Ёсий клюнул черным носом, скривив алые губы в ироничной ухмылке.

– Граф, – выдавила она, неосознанно стиснув руку «дракона».

Ёсь приблизился, не обращая внимания на кавалера, стоявшего рядом. Ростом он был выше «дракона» на целую голову, да еще подбородок держал по-царски надменно.

– Дикая роза расцвела, так что и не узнать, – одарил ее комплиментом с барского плеча молодой граф. В прорезях маски блестели азартом глаза. Взгляд наглеца задержался на груди девушки, затем скользнул по шее, переместился к лицу, – лепестки нежны, стебелек гибок, листва свежа… – И наконец обосновался на губах.

Ёсь потешался. Похоже, себя он мнил неимоверно привлекательным. Впрочем, будь Тиса чуть легкомысленней, возможно, у него представился бы шанс вскружить ей голову своей наглой манерой общения. Увы, она уже не в том возрасте, чтобы млеть от пошлых намеков.

– Я рассчитываю на следующий танец, цветочек, – томно промурлыкал Озерский, наклоняясь к девичьему ушку.

Теперь «дракон» вдруг ощутимо стиснул ее ладонь, что заставило Войнову взглянуть на него. Серебристая маска, щерящаяся клыками, неожиданно придала ей задора.

– Вы забыли сказать о шипах, граф, – прошептала видящая в ответ нахалу. – Они остры и царапаются. И вы это прекрасно знаете. Тем более танец я обещала этому сударю.

– Все верно, барышня ангажирована. – «Дракон» подтвердил слова действиями, ловко оттеснив настойчивого ухажера от партнерши по танцу.

– Тогда следующий мой, – не сдавался упрямец.

Вот уж неймется сиятельству! Так и заставит послать этикет в изнанку.

– Я не стою вашего внимания, граф Озерский. – Тиса покачала головой, улыбаясь из-за плеча «дракона». – Пожалуйста, не тратьте его на меня. Как и ваше драгоценное время.

Да, грубо с ее стороны. Да, некрасиво. Этикет на издыхании и рыдает. Но, Единый, как же весело! Особенно это выражение лица нахала, которое погасло через секунду. Но и этого хватило, чтобы понять… Бог ты мой! Он готов спалить ее взглядом на месте! Василиск носатый, ничего у тебя не выйдет.

Озерский развернулся на каблуках и отправился прочь, возвращаясь в свою компанию. А Тиса увлекла за собой на кадриль «дракона».

– Вы умеете осаживать неугодных воздыхателей, – усмехнулся он, встав позади нее.

– Он докучает мне неимоверно. Возможно, теперь оставит в покое. Благодарю, что подыграли.

В следующий миг кадриль затянула в свой водоворот. Говорить стало невозможно, только смеяться. Тиса не ведала, что, когда она не смотрела на партнера, тот частенько оборачивался и вглядывался в компанию графа. И порой беззвучно шевелил губами.

Как не знала и того, что в этот момент Озерский чернит ее девичью честь лживыми речами.

– Что? Отбрила тебя барышня? Неужели нашего Ёся обставила провинциалка! – посмеивались подвыпившие друзья сиятельства. Они часто кутили вместе с молодым графом.