Маг - Евгений Щепетнов

– Видела я его раз, он приезжал в магическую школу, когда я была еще сопливой девчонкой. Тогда он мне показался таким важным – настоящий волшебник! Он был в таком смешном плаще, расшитом звездами! Все девчонки от него просто балдели! Как же, магистр, из столицы, да такой красивый и важный!

– Он и сейчас такой. Чудак еще тот. Ладно, ложись давай. Раздеваться не надо – я пока больше не хочу, – хихикнул Влад.

– А я хочу, да не могу…

– Закрой глаза и расслабься. Начали!

Влад погрузил в транс Марьяну и погрузился в него сам. Через минуту знания, полученные им от Макобера, потекли в голову магички, укладываясь ровными пластами и впитываясь в мозг. Через несколько минут все было закончено. Влад удивился: с каждым разом у него получалось быстрее и быстрее. Он вывел Марьяну из транса, она застонала и провела рукой по лбу:

– Ох, как больно… Как нож в голову воткнули… Неужели тебе тоже так больно было? И регенерация не помогает… – Марьяна сморщилась и уткнулась лицом в простыню: – Ох, не могу, как больно…

– Вот черт! Наверное, я слишком быстро закачал! Надо будет осторожнее в другой раз, а то еще мозги расплавятся. Впрочем, это боли фантомные, на самом деле у тебя ничего не болит. Так мозг реагирует на получение большого количества информации единовременно. Сейчас станет полегче, потерпи.

– Да уже полегче, а то прямо искры из глаз сыпались от боли, аж затошнило. Слушай, может, я к тебе сейчас Марину пришлю? Давай и ей закачай… знания, я имею в виду! – Она лукаво прищурилась и покосилась на Влада: – Успеете еще с ней покувыркаться. Давай, подготовь магиков, чтобы они умели делать то, что все магистры. А то получается: сила есть, а знаний нет!

– Веди тогда всех их по очереди. Сейчас закачаю им информацию, а к вечеру пойдем к озеру, потренируемся в передаче предметов. Пошли вниз, там буду работать.

Они спустились по лестнице, и Влад сел за длинный стол в гостиной, под укрепленной на стене оленьей головой. Он оглянулся на торчащие над ним рога, сплюнул и пересел подальше к окну – почему-то ему представился бассейн с плавающими лепестками роз…

Через пятнадцать минут стали собираться магики. Первой прибежала запыхавшаяся Марина. Он в который уже раз полюбовался ее красотой, особой, непохожей на здешних девушек: ярко-рыжие волосы, спускающиеся волнами до плеч, бледная матовая кожа и голубые глаза – она напоминала ему актрису Николь Кидман, только была гораздо красивее, – он все-таки хорошо поработал над ее телом, модифицируя и украшая.

Следующие полтора часа он посвятил закачиванию информации в магиков – теперь они соответствовали по силе и знаниям уровню магистров, если бы не одно «но»: опыта у них не было. Влад закончил со стонущими и охающими лекарями, отправил их работать, а Марьяну и Марину задержал:

– Пошли сейчас на берег озера, я вас поучу, как передавать предметы, потренируетесь пару часов.

Он распахнул дверь и вышел в летний день, который подходил к концу: солнце уже склонялось к горизонту, тени были длинными. Сзади него, как тень, выросла Амалия, с неизменным мечом за спиной и торжеством в глазах, – настигла!

– Ну что, много там рекрутов перекалечила? Надеюсь, никого не прибила? – рассеянно спросил Влад, прикидывая, где ему выбрать площадку для тренировки в магии.

– Да нет, так, слегка поваляла, – ухмыльнулась Амалия и потеребила шапочку волос на голове. – Увальни все бестолковые… охранники тоже пентюхи. Один Семен чего-то стоит!

– Ух ты! Неужели мужик удостоился твоей похвалы! – иронично взглянул лекарь на смутившуюся Амалию. – Неужто влюбилась? Это ты брось, ты еще мне нужна, отставить любовные страсти!

– Нет, – еще больше смутилась и порозовела Амалия, – просто очень умелый боец, достойный противник. А влюбиться я ни в кого не влюбилась… – Она смущенно замолчала.

– Ну продолжай, продолжай, – хихикнула Марьяна, – ни в кого… кроме… ну? Давай-давай, сдавайся!

– Так. Хватит девчонку терзать, вампирши! – выручил охранницу Влад. – Делом пошли заниматься! И так в краску вогнали, бесстыдницы!

– А чё? А мы ничё! – Марьяна с Мариной, обнявшись, залились смехом. Потом к ним присоединилась раскрасневшаяся Амалия, и так, под глупый хохот, они пошли к берегу озера, на пустырь.