Замок ледяной розы. Книга 2 - Анна Снегова

- Меритон! Скажи своим щенкам – пусть не лезут, когда дерутся волкодавы. Иначе я укорочу их поганые хвосты!

А потом протягивает руку Рону.

- Прошу прощения, граф! Такое больше не повторится. Вы достойный противник, и я давно не получал такого искреннего удовольствия от сечи.

Я совершенно перестаю понимать этого странного принца. Но благодарна ему за этот жест.

Рон поднимается сам, тяжело опираясь на собственный меч и игнорируя протянутую руку. Генрих усмехается и вновь опускает забрало.

Бой продолжается с новой силой. И теперь уже Рон теснит противника, а Ястреб всё медленнее двигается, всё чаще огрызается его меч, вместо того, чтобы атаковать, всё реже мелькает белозубая улыбка. И возможно, это глупо, но мне не хочется гибели ни одного из этих молодых, полных сил воинов. Зачем? Во имя каких целей?

А потом я пропускаю момент – таким молниеносным было движение разящей стали – когда Генрих не успевает отразить очередной удар. Меч Рона находит щель между латной перчаткой и краем наручей, и принц роняет своё оружие. Алая кровь на земле, снова – там, где много веков назад уже выпадали кровавые росы.

И мне бы радоваться, но я не хочу снова видеть бессмысленную смерть у стен Замка ледяной розы. А придворные разражаются аплодисментами и уже вовсю славят по-прежнему упрямо молчащего победителя. Он же отчего-то не торопится завершить бой и не добивает поверженного противника. Или я чего-то не понимаю?

Королевский глашатай резко и оглушительно трубит – я чуть не подскакиваю от неожиданности – и объявляет звонким, хорошо поставленным голосом:

- Сэр Рональд Винтерстоун в честном бою одолел противника и объявляется победителем даргари! Да будут все здесь присутствующие судьями и свидетелями этого знаменательного события!

Генрих скидывает перчатку, наскоро перевязывает запястье носовым платком, отнятым у какой-то подвернувшейся леди, затягивает узел зубами. Коротким поклоном отдаёт дань уважения противнику.

На меня накатывает непередаваемое облегчение. Вот я глупая! Так спешила успеть к началу поединка, что ничего толком не узнала и напрасно перетряслась от страха. Они же использовали современную версию правил – бой не до смерти, а только до первой крови! Небо, как же хорошо-то! Значит, сейчас мы все просто-напросто разойдёмся с миром и…

По рядам людей, что стоят справа, прокатывает гул. Резко по команде вздымаются древки копий, воины вскакивают в сёдла, поднимают щиты.

Старик, дед Авроры, резким скрипучим голосом начинает вдруг вещать на всё поле:

- С какой стати эти ваши разборки внутри захудалых ветвей древних родов должны касаться нас, истинных высокоблагородных дворян Материка? То, что один никчёмный принц, изгнанный из собственного королевства, чего-то там проиграл и поранил ручку, ни к чему нас не обязывает!

Нет, только не это!

Генрих резко вскидывается, широким лязгающим шагом пересекает площадку и останавливается прямо напротив старика, подбоченясь.

- Меритон! Тебе что, совершенно чуждо понятие дворянской чести? Или у вас там, на вашем дряхлом Материке, окончательно заплесневели остатки мозгов?

Старик багровеет, открывает и закрывает рот, но от возмущения не может вымолвить ни слова. Аврора рядом с ним переводит испуганный взгляд с деда на принца и обратно. Лорд с чёрной бородой и суровым лицом, по всей видимости её отец, резко и коротко отдаёт несколько команд своим людям, и копья воинов из передней шеренги опускаются, нацеливаются острыми жалами на Генриха.

- Мальчиш-шка! – наконец, выжимает из себя старик. – Довольно мы потакали твоим капризам и выслушивали оскорбления! Мы вернём себе уважение, которое ваша мерзкая семейка отобрала у нас много веков назад! Лорды Материка больше ни перед кем! и никогда! не преклонятся!! Мы…

- Да вы же перелаетесь все друг с другом, как стая диких псов, как только останетесь сами по себе! Все эти ваши Долины спят и видят, как перегрызть во сне глотку соседу, и только мы вас все эти века удерживали от того, чтобы начать увлечённо резать друг друга направо и налево. Богатеете и жиреете на торговле своей бакалейщиной – потому что Королевство обеспечивает безопасность торговых путей! Ну, я правда в последнее время эту безопасность слегка подпортил, но не суть… Забыли уже, в каком хаосе и разорении были ваши земли, пока мой предок не собрал вас железной рукой и не повёл на общего врага?

- Генри, хватит!

Король, о котором все совсем забыли, тяжело поднялся со своего места.

- Наши гости несколько задержались. Они немедленно принесут нам свои извинения и вернутся домой. И тогда – может быть – мы пригласим их снова, на королевскую свадьбу. А ты останься. Нам о многом следовало поговорить после смерти отца, мой непутёвый младший братишка.

Генрих выглядит ошеломлённым, и собирается что-то ответить, но ему не дают. Из чужих рядов вылетает копьё, кружится и свистит в полёте, и с сухим чавканьем вонзается в землю у ног Его величества. Королевская гвардия немедленно окружает Хьюго стеной щитов. В толпе придворных кто-то вскрикивает, слышен женский визг, люди подаются назад, начинается давка.

Генрих поднимает с земли свой меч, легко подбрасывает, ловит левой рукой и, отступив на шаг, становится плечом к плечу с Роном.

- Какая ирония, граф, не правда ли? Впрочем, почту за честь сражаться с вами на одной стороне после такого славного поединка.

Рон по-прежнему молчит, но поворачивается в сторону нового противника, доверив Генриху защищать своё левое плечо.

Обе людские массы, ощетинившись смертоносной сталью, приходят в движение, сокращая расстояние.

Где-то там, в толпе, мои родители. Сёстры. Старая леди.

Мой самый родной на свете человек готовится снова подставить грудь под удар.

Сколько ещё будет продолжаться этот кровавый круговорот? Будь что будет, а я не собираюсь просто стоять, как Эллевин, и смотреть со стороны на то, как снова из-за каких-то нелепых причин умирают люди под стенами Замка ледяной розы.

Вскидываю обе ладони, с них срывается синий огненный смерч, с рёвом падает на землю горячим дождём, прочерчивает по ней пылающую черту, которая отделяет противников друг от друга живой стеной. В наступившей тишине мой дрожащий голос неожиданно звонок.

- Хватит!

Все замирают и кажется, в первый момент не могут понять, что произошло.

- Перестаньте осквернять это место своей глупой враждой!

А у меня как будто сорвало внутри какую-то плотину, и силы текут и текут нескончаемой рекой через пальцы. За моей спиной уплотняется воздух и приходит в движение. Рой синих искр начинает сплетаться в очертания тёмных фигур. Мысленно посылаю призыв – сейчас мне пригодится любая помощь, какая только возможна.

- Вы не смеете взять это место силой – никто из вас! Оно вам не принадлежит.