Сокровища наместника - Алекс Орлов

Уходить из деревни пришлось чуть свет. Но ее и деревней-то назвать было трудно – четыре двора, жильцы – беднота, кормившаяся лишь тем, что ловили в озерах да собирали в лесу. Не в обычаях черных орков было оставлять после себя живых, но Змеевольд приказал никого не трогать.

– Но почему, командир? Давай пустим кровь, давай обагрим наши мечи! – требовал Кесчин, который, Змеевольд видел это не раз, упивался убийствами, как пьяница вином. Над ним даже подшучивали, что и своих блох он убивает с особым пристрастием.

Прежде Змеевольд никогда не возражал, но сегодня что-то пошло не так. Что-то вдруг почудилось, и он ощутил какой-то предел и понял, что убивать бесконечно невозможно даже черным оркам. И самое забавное – он неожиданно понял, что за все это придется отвечать.

– Как это? – вслух произнес он посреди ночи, когда это прояснение прозвучало столь же ясно, как чей-то голос. – Как это – отвечать?

Но потом благополучно уснул, несмотря на то, что в сеннике, где разместился отряд, бегали крысы.

Черные орки никогда не заходили в дом, если собирались убить тех, у кого ночевали. Но не сегодня, поскольку Змеевольд что-то почувствовал.

– А почему? Что не так в этот раз? – спрашивали друг друга его бойцы.

– Он что-то почувствовал, – отвечали другие, и это являлось достаточным объяснением, потому что все знали – Змеевольд слышит и видит больше, чем другие.

Как бы там ни было, впервые во время экспедиции в чужих землях черные орки уходили из деревни, не убив там ни одного жителя.

«Все правильно», – сказал себе Змеевольд, когда они вышли за околицу и даже прикрыли за собой ворота-волокушу. Но вдруг в ближайшем дворе завизжала дворняга, а потом ее визг резко оборвался.

Змеевольд обернулся и увидел бежавшего Кесчина, который размахивал отрубленной собачьей головой.

«Вот мразь», – подумал предводитель. В другой раз он зарубил бы Кесчина, однако сейчас их и так было мало, а впереди ожидала полная неизвестность.

Кесчин перепрыгнул через ворота и зашвырнул собачью голову в траву.

– Ты что, не слышал моего приказа, урод? Ну-ка, вперед и чтобы все кусты обнюхал!.. – дал волю своему гневу Змеевольд, и Кесчин, знакомый с нравом командира, послушно побежал вперед и, обогнав колонну, затрусил вдоль дороги, заглядывая под кусты.

Но не успел предводитель перевести дух, как раздался щелчок арбалета, и Кесчин вскрикнул, получив болт с близкого расстояния. А затем в кустах часто защелкали замки, и черные орки стали валиться на дорогу.

– В лес! Все в лес!.. – крикнул Змеевольд, пригибаясь. Арбалетный болт шваркнул по его кирасе и ушел в сторону. Предводитель бросился в чащу, а с другой стороны, с мечами наперевес, уже выбегали враги. Послышался звон стали, подстреленные черные орки пытались нанести врагу хоть какой-то урон, но было слишком поздно, и с ними быстро покончили.

Змеевольд мчался через лес, перепрыгивая через канавы и поваленные деревья, и слышал, что за ним бежит кто-то из своих. Лишь промчавшись с милю, он сбавил темп и, оглянувшись, увидел Мангуса.

– Ты?

– Я, командир, – ответил тот, тяжело дыша.

– Не ранен?

– Обошлось.

Змеевольд остановился, прикидывая, куда идти дальше.