Имперский вояж - Дэвид Марк Вебер

Нимашет бережно прикоснулась к лицу Роджера и взяла в руки диагностический ярлычок, прикрепленный к его униформе. Таких листочков было всего несколько штук, и девушка удивилась, что Добреску не поленился выписать его для принца, тогда как здесь же лежали раненые в гораздо более тяжелом состоянии. На листке были указаны альфа-ритм, кровяное давление, содержание кислорода в крови и тому подобное — в принципе, ничего серьезного.

Она снова мягко дотронулась до лица Роджера.

— Он подходит тебе, не правда ли? — спросил совсем рядом скрипучий голос.

Нимашет замерла и поглядела на старшего сержанта.

— Ты похожа на застигнутого врасплох кролика, — заметила, улыбнувшись, Косутик. Старший сержант облокотилась на неповрежденную руку, разглядывая Нимашет с хитрой ухмылкой.

— Я просто обходила раненых из третьего взвода, старший сержант, — виновато, но отчасти правдиво выдавила из себя Диспреукс. Конечно, принц был главной причиной ее визита, но, похоже, она немного опоздала.

— Ты это своей бабушке рассказывай, а не мне! — резко произнесла Косутик, придавая обожженной и покалеченной руке более удобное положение. — Так долго ты не смотрела ни на одного из раненых. Строишь принцу глазки?

— Но, старший сержант… — начала было Диспреукс.

— Ай, перестань. Я все знаю. Это еще на корабле началось — не станешь же ты отрицать? Я все видела.

— Но… я презирала его тогда, на корабле, — пыталась протестовать Нимашет. — Он был таким… таким…

— Отвратительным? — подсказала, продолжая смеяться, Косутик и вдруг резко посерьезнела. — Черт, не заставляй меня смеяться, девочка! Да. И ты строила ему глазки, этому гнусному позеру!

— Не строила я ему глазки, — твердо стояла на своем Диспреукс.

— Ты можешь, конечно, называть это как хочешь, девочка, — ухмыльнулась Косутик, — но лично я называю это “строить глазки”.

Диспреукс в отчаянии огляделась вокруг. Казалось, остальные раненые спали. Но даже если и нет, железная дисциплина не позволила бы им смеяться над ней. Она снова взглянула на Косутик.

— И как вы собираетесь поступить?

— Да никак, — ответила старший сержант и снова улыбнулась, с удивлением поглядев на девушку. — У нас есть дела поважнее, сержант. К тому же до сих пор складывается такое ощущение, что он ничего не подозревает и гонит вас от себя. Я, конечно, точно не уверена…

— Все не совсем так, — печально созналась Нимашет.

— Ну, смотри, — сказала Косутик. — Когда я немного поправлюсь, приходи ко мне, поболтаем. Я не знаю, что я смогу сделать, но мы это обсудим. Никаких рапортов, записок и тому подобного. Просто по-бабьи поболтаем. О мужиках.

— По-бабьи? — недоверчиво повторила Диспреукс. — Вам не кажется, что это звучит несколько… странно?

— Не кажется. У вас же есть проблемы с мужчинами, — и старший сержант кивнула на спящего принца. — Можете относиться ко мне как к старшей сестре.

— Ладно, — сказала Диспреукс, медленно покачав головой. — Если вы так сказали… По-бабьи.

— Попозже, — закончила старший сержант, перевернувшись на спину. — Когда я не буду чувствовать себя как побитая собака.

Первое, что ощутил Роджер, пробудившись, была сильнейшая жажда. Затем, к досаде своей, он обнаружил, что у него раскалывается голова.

Он застонал и попытался подвигать пальцами рук и ног. Попытка, в принципе, удалась, и он решил открыть глаза.

— Интересно, — подумал он, анализируя свои ощущения. Было жарко, он находился в помещении, крышей которому служила нависавшая скала. От испражнений флер-та воняло так, что принц неожиданно дал себе зарок, что никогда в жизни больше не будет жаловаться на запах грамблского масла. За это путешествие он уже успел нанюхаться такого, что масло в сравнении с этим показалось бы духами.

Например, жженая свинина.

Он повернул голову в сторону и снова застонал. Он не знал, что случилось с лежащим с ним по соседству раненым пехотинцем, но чувствовал, что ему не позавидуешь. Роджер даже не мог толком понять, мужчина это или женщина.

— Плазменный взрыв, — раздался голос откуда-то сбоку. Роджер медленно и осторожно повернул голову и увидел усталое лицо Добреску. — Не переживайте, не то чтобы очень плохо… — Доктор поглядел еще какое-то время на больного и затем обернулся к Роджеру: — Доброе утро, ваше высочество.

— Моя голова… — застонал Роджер.

— Болит? — бодро спросил медик.

— Да-а-а.

Бывший рейдер наклонился к принцу и сделал ему укол в область шеи. Блаженное облегчение наступило буквально через несколько секунд.

— О-о-о-о.

— Не злоупотребляйте этим, — предупредил врач. — У нас много раненых. Извините, пойду к остальным. А о вас позаботится этот…

Роджер оглянулся назад и понял, что врач имел в виду Мацугу.

— Костас, — обратился к лакею принц, еле ворочая языком. Роджер наконец заметил, что стояла удивительная тишина — ни выстрелов, ни взрывов. — Что случилось? Мы победили?

— Да, ваше высочество, — ответил лакей, поддерживая принца за спину и протягивая ему чашку с восхитительной холодной водой. — С пробуждением вас.

В затуманенном сознании принца вдруг блеснул какой-то образ.

— Диспреукс? — резко спросил он.

— Сержант Диспреукс? — растерянно переспросил слуга. — Она в порядке. А почему вы спросили?

Перед мысленным взором Роджера тут же предстала голова Нимашет с занесенным над ней топором, но он решил не пускаться в разъяснения.

— Да так, ничего особенного. Какая у нас ситуация?

— Мы победили, как вы догадываетесь, — ответил слуга. — Но пока все довольно запутанно. — Роджер оглядел зловонное помещение и побледнел.

— Сколько их? — спросил он, глядя на ряды раненых.

Тридцать восемь, — ответил подошедший Добреску. — Здесь те, кто не может двигаться. Двенадцать погибших… включая, похоже, лейтенанта Гиляса.

— О боже, — Роджер снова перевел взгляд на обожженного соседа. — Что с ним?

— Плазменный огонь, — просто ответил Добреску. — Он оказался… слишком близко.

— Необходимо вынести их отсюда, — заметил принц, сделав круговое движение рукой. — В этой вонючей темнице не место для госпиталя.

— Начальство уже думало об этом, ваше высочество, — сказал медик. — Собирались ночью это сделать. По крайней мере, как только найдут подходящую крышу.

— Хорошо. — Роджер поднялся, опираясь на руку слуги. — Позаботьтесь об этом.

Проковыляв к открытой двери, принц остановился, пораженный представившимся зрелищем.