Черный ветер - Дирк Касслер

— Да, я в курсе, чем и как их пришлось заманивать, — вставил Кан пренебрежительным тоном, — По-моему, в области капиталистического вымогательства русские могли бы даже Запад поучить кое-чему.

Ли Вук никак не отреагировал на эту реплику. Ему удалось наконец справиться со своим заиканием, и он заговорил уже ровнее:

— Второй критический этап — сам момент пуска и затем управление полетом. Во время обычного запуска с моря это управление осуществляет командное судно «Морского старта». Для нашего запуска эти обязанности возьмет на себя «Бэкдже». Мы оснастили судно оборудованием связи и компьютерами, необходимыми для осуществления запуска и управления полетом, — произнес Ли Вук чуть ли не шепотом. — Наше последнее приобретение — программное обеспечение для контроля состояния, сопровождения и передачи команд на ракету-носитель. Сам процесс запуска с плавучей платформы в значительной степени автоматизирован, поэтому программное обеспечение совершенно необходимо. Эти несколько миллионов строк программного кода обеспечивают все этапы запуска, телеметрию и сопровождение.

— Мы сами разработали для нашей операции необходимое программное обеспечение?

— На написание и тестирование собственных программ потребовалось бы много месяцев. Нам повезло. Дело в том, что все эти программы хранятся в базах данных сборочно-командного судна. Поскольку мы официальные клиенты, наши специалисты на протяжении последних трех недель, пока спутник «Кореасат-2» устанавливали на ракету-носитель, имели полную свободу. Оказавшись на судне, наши системщики сумели без особых сложностей проникнуть в его главные компьютеры и добыть оттуда коды программ. Буквально под носом их компьютерных экспертов мы сделали для себя копии и за четыре дня передали их по спутниковой связи непосредственно с «Морского старта» в нашу лабораторию в Инчхоне.

— Но мне сказали, что «Бэкдже», или «Когурё», как он теперь называется, уже сутки назад вышел из порта.

— Мы уже передали часть программы на его бортовые компьютеры, а оставшееся загрузим, пока судно идет к месту старта.

— И вы уже определили оптимальную траекторию полета для достижения максимального рассеяния вещества? — поинтересовался Кан.

— Теоретически мы можем запустить ракету по цели с расстояния до четырех тысяч километров, однако вероятность точного попадания в этом случае довольно мала. У спутника нет системы управления для суборбитального полета, поэтому нам, чтобы обеспечить попадание, необходимо учесть все параметры — ветер, тягу двигателей, позицию стартовой платформы. Используя нормальные ветровые параметры для Тихого океана, наши украинские инженеры определили, что максимальная точность доставки груза будет обеспечена, если поместить стартовую платформу примерно в четырехстах километрах от объекта. С поправкой на атмосферные условия в момент запуска мы сможем рассчитать попадание полезного груза на землю с точностью до пяти километров.

— Но система распыления будет активизирована значительно раньше, — вставил первый инженер.

— Верно. Система распыления, или полезная нагрузка, будет активизирована на высоте шести тысяч метров. Это произойдет вскоре после отделения головного обтекателя и полезного груза от самой ракеты. После этого аппарат будет на каждый километр спуска продвигаться примерно на восемь километров. Таким образом, пары действующего вещества распределятся вдоль полосы длиной сорок восемь километров.

— Я предпочел бы не проводить запуск так близко к побережью Северной Америки, — сказал Кан, нахмурившись, — но если от этого зависит точность попадания, пусть будет так. А как вы будете определять траекторию полета? По количеству сжигаемого топлива?

— Точно так. «Зенит-ЗБЬ» — это трехступенчатая ракета, предназначенная для выведения на высокую орбиту тяжелых грузов. Наша же расчетная максимальная высота меньше пятидесяти километров, так что мы не будем заправлять топливом вторую и третью ступени, а в первую ступень зальем топлива меньше нормы. Мы можем прервать подачу топлива в любой момент, по нашей программе это будет сделано чуть больше чем через минуту полета. Как только ракета-носитель начнет спуск в восточном направлении, мы скомандуем отделение секции полезного груза, а затем сброс обтекателя. Так называемый спутник автоматически запустит систему распыления и до столкновения с землей будет разбрасывать действующее вещество.

— Есть ли уверенность в том, что американская система противоракетной обороны не представляет для нас опасности?

— Американская противоракетная система до сих пор не вышла из младенческого возраста. Она нацелена на межконтинентальные баллистические ракеты, которые запускаются издалека, с расстояния в тысячи километров. Она просто не успеет среагировать. Даже если они и попытаются сбить нас, их ракеты-перехватчики прибудут на место уже после того, как пройдет команда на отделение. В крайнем случае они без всякого вреда для нас уничтожат ракету-носитель. Нет, сэр, как только мы осуществим запуск, ничто не сможет помешать срабатыванию нашего устройства.

— Я рассчитываю начать обратный стартовый отсчет, когда в районе цели будут находиться лидеры «Большой восьмерки», — объявил Кан.

— Если позволит погода, мы планируем пуск на то время, когда все они перед официальным саммитом соберутся в Лос-Анджелесе, — нервно отозвался инженер.

— Насколько я понял, вы будете следить за событиями из Инчхона?

— Телекоммуникационная лаборатория находится на постоянной связи с «Когурё» и будет контролировать все происходящее в реальном времени. Конечно, мы будем консультировать команду на судне во время предстартовых процедур. Надеюсь, вы сможете присоединиться к нам, чтобы вместе посмотреть старт?

Кан кивнул:

— Если позволят дела. Вы выполнили задачу исключительной важности. Доведите операцию до успешного завершения, и Центральный комитет достойно вознаградит вас.

Кан кивнул еще раз, показывая, что совещание окончено. Инженеры обменялись взглядами, поклонились Кану и тихо вышли за дверь. Настала очередь Тонджу. Он поднялся со своего места и встал перед большим письменным столом красного дерева.

— Ваша штурмовая группа на месте? — спросил Кан у своего молчаливого силовика.

— Да, они остались на борту судна в Инчхоне. С вашего разрешения, я договорился о том, что меня самолетом компании доставят на заброшенный японский аэродром на островах Огасавара, где я встречу судно и поднимусь на борт для проведения операции.

— Да, я считаю, что вам лично следует возглавить фазу захвата. — Кан мгновение помедлил. — Мы уже так много сделали для осуществления нашего плана дезинформации, что должны полностью исключить малейшую возможность поражения, — сурово произнес он, — В дальнейшем я считаю вас лично ответственным за секретность нашей операции.

— Эти двое американцев… они наверняка утонули в реке, — тихо отозвался Тонджу, почувствовав, что это камешек в его огород.

— Даже если им каким-то образом удалось уцелеть, они знают слишком мало и ничего не смогут доказать. Трудность состоит в том, чтобы обман не был раскрыт после успешного завершения операции. Ответственность должна быть возложена на японцев, и только на них.