Под прицелом - Александр Афанасьев

Первым сориентировался Джонстон – он так и не выпустил из рук свой пулемет, к которому у него были нештатные ленты – на двести. Оттолкнув локтем в сторону мешавшего ему морпеха, он нажал на спуск – и пулемет в его руках забился в истерике, выхаркивая свинцовый град, освобождаясь от ждущих своей минуты в ленте смертей, со скоростью восемьсот в минуту…

Кто-то успел выстрелить – раз, другой, – но Джонстон продолжал стрелять, опустошая ленту и буквально выкашивая противников. Спрятаться было негде – галерея прямая как стрела. И лишь когда последний из британцев повалился на землю, нашпигованный пулями, – криво улыбнувшись, начал опускаться на землю и Джонстон…

– Санитар! Санитар, проклятье…

Санитар рухнул на колени, открывая свою спасительную сумку…

– Сэр…

– Что?

– Здесь… Оставьте…

Джонстон был ранен. И тяжело. Бронежилет спас от пуль, нацеленных в сердце, но вот обе ноги были повреждены, и передвигаться он не мог.

– Какого черта?

– Сэр… Я прикрою. Они могут прорваться через эту галерею… и ударить в спину… С галереи можно попасть на любой этаж… Я… с пулеметом… их задержу. Тут трофеев… из тел баррикаду сделаем…

Подполковник никогда не бросал своих людей. И понимал, что по-иному тут не получится. А с галереи открывался хороший обстрел по всем наземным объектам – она словно была прилеплена к горному склону, как ласточкино гнездо.

Люди у него еще были…

– Гомер!

– Я, сэр!

– Бери двоих и организуйте оборону. Задача – не допустить прорыва подкреплений со стороны блоков к комплексу. По сигналу «Общий» прорывайтесь к вертолетам. Сигнал для вас, одна красная, если поднимем вертолеты – попытаемся поднять вас по тросам…

– Да, сэр!

– Мартинес, ты закончил?

– Перевязал только…

– Тогда вперед.

Дверь с кремальерой, ведущую внутрь расположенного в горе комплекса, подорвали усиленным накладным зарядом – и едва успели уйти от прошивших воздух автоматных очередей. Ки, извернувшись, метнул в плюющийся смертью проем гранату, там все смешалось – это дало возможность одному из морпехов влепить буквально с нескольких метров по стене и амбразуре с пулеметом, перекрывающей проход, гранату из реактивного гранатомета. Провал дыхнул огнем, гранатометчик упал под ударом взрывной волны и мелких кусков бетона – но путь внутрь комплекса был свободен…

– Сэр, Лев-два докладывает. Они под огнем с галереи, их обстреливают из пулеметов, они головы поднять не могут.

– Откуда там пулеметы? Свяжитесь с Лидером-три!

– Лидер-три, выйдите на связь! Оксид вызывает Лидера-три, Оксид вызывает Лидера-три! Сэр, Лидер-три на связь не выходит!

Бухнуло, как далекий раскат грома – это было слышно даже здесь, за бронированными, наглухо запертыми дверьми негромко, но слышно…

– Что за черт?

Мигнуло освещение – даже аварийное!

– Передайте Сапсанам, пусть уничтожат пулеметчиков на галерее. Пусть доложат, чем, черт побери, занят Лидер-три!

– Сэр, «молния» от Сапсана!

– Сапсан, я Лидер-девять, что там у вас происходит?!

– Сэр, мы под обстрелом! Две автомашины прорываются к вертолетной площадке!

– Где Лидер-три и его люди?

– Сэр, я их не наблюдаю!

Проклятье…

– Уничтожить прорывающиеся машины! Пусть кто-нибудь из вас подавит пулеметчиков на галерее!

– Сэр, я взлетел один! Остальные сбиты огнем с земли!

Лидер-девять едва не выронил гарнитуру рации.

– Понял тебя, Сапсан. Приказываю уничтожить пулеметчиков на галерее. Дальше – охраняй аэродром. Два Сапсана идут с патрулирования, они поддержат тебя!

– Вас понял, захожу на галерею! Открываю огонь… ракета!

Этот истерический выкрик и последовавший за ним треск помех был словно холодный душ для всех, находящихся в командном пункте, – придурок оператор вывел случайно на громкую связь, и это слышали все…

У двери – бронированного многотонного чудища, открывающегося гидрорычагами, замигал зеленый огонек – кто-то просил пустить внутрь. Такова была система – даже карточка доступа не открывала эту дверь, ее можно было открыть, только нажав кнопку изнутри, после того, как кто-нибудь прокатает снаружи карточку допуска.

– Сэр, там Лидер-четыре.

– Впустите…

Лидер-четыре не вошел, а буквально ввалился в штабной бункер – запыхавшийся, со свежей царапиной на лице…

– Что с вами?

– Сэр, североамериканцы прорвались в комплекс. Их человек сорок!

– Что?! Где Лидер-три?!

– Не знаю, сэр!

– Как сумели они проникнуть в комплекс?!

– Не знаю, сэр! Они уже захватили весь пятый и четвертый уровень! Прорываются на третий! Мне нужны люди, нужны подкрепления, сэр, иначе я…

– Держать третий уровень! – Лидер-девять выхватил пистолет. – Держать, слышите вы, трусы?! Держать любой ценой!

– Да, сэр… – Лидер-четыре, пятясь, выскочил из бункера. Застонали гидроприводы дверей, раздался еще один взрыв, на сей раз слышно его было уже лучше…

– Связь мне!

Разъяренному полковнику поспешно протянули микрофон с наушниками.

– Лидер-два – Лидеру-девять! Лидер-девять вызывает Лидера-два!

– Лидер-два на связи!

– Доложите!

– Сэр, связь с наземными группами потеряна! Связь с Лидером-четыре потеряна! Боеконтакта не имею.

– Вас понял, приказываю обеспечить эвакуацию груза, маршрут – водный. После выхода к терминалу оставишь часть людей в арьергарде для обеспечения общей эвакуации!

– Принял! Сэр, вопрос…

– Слушаю.

– Что делать с этими… которых североамериканцы притащили?

– Ликвидировать. Только быстро.

– Есть!

Полковник осмотрел зал, в котором он был царем и богом…

– Сворачиваемся! Готовить аппаратуру к подрыву!

– Сэр! Там не пройти!

Подполковник обессиленно прислонился к стене, заученными движениями меняя магазин в трофейном автомате, – уже седьмой. Хорошо, что там, на галерее, по ходу подхватил трофей и немного патронов. Потом с трупов боекомплект пополнял. С одним «кольтом» не навоюешься. Понимая, что сейчас важен каждый ствол, подполковник воевал, как простой боец. Они все воевали, как простые бойцы, – с криком, с воем шли вперед, били из автоматов и пулеметов в упор, вступали в короткие, ожесточенные схватки в тесных коридорах подземного комплекса. Они даже не знали, куда идут и зачем, они просто убивали врагов, пока те не убили их. Сам подполковник был ранен и контужен, ранены были почти все. Уже четверть личного состава осталась здесь навсегда, в этих проклятых коридорах…