Адепт Грязных Искусств - Анна Кондакова

Латье пил пиво и травил шутки, окружённый одноклассниками у стола с напитками. Оттуда постоянно доносились взрывы смеха.

И тут среди толпы я разглядел рунного ведьмака Ральфа Купера.

Явился-таки на вечеринку.

Правда, совсем не похожий на себя. Бледный и медлительный, далёкий от того Купера, который шутил и вечно лез, куда его не просят.

Дарт его тоже увидел. Как бы он ни был занят Джо, Купера он приметил сразу. Вскочил со скамьи и пошёл ему навстречу. Парни улыбнулись друг другу и крепко пожали руки. Дарт хлопнул Купера по плечу, тот вздрогнул и ещё больше побледнел (не долеченная рана явно доставляла ему боль).

К парням подошла Джо и протянула руку Куперу. Тот кивнул, взял ладонь девушки и поднёс к губам. Дарт толкнул его в бок, и они все втроём рассмеялись…

Мрачный звук гонга привлёк внимание гостей к сцене.

Оркестр грянул пафосную мелодию, прозвучали фанфары, и из арки на сцену вышел Питер Соло. Босиком. Чёрт возьми, он был в костюме и босиком, с задранными до середины голеней штанинами.

Гости потянулись ближе к сцене, одаривая хозяина торжества аплодисментами.

Питер радушно улыбнулся и развёл руки в стороны, будто собирался обнять весь мир, который принадлежал ему одному.

– Отдыхайте и наслаждайтесь, господа! – провозгласил Питер. – И запомните этот день! Начало новой эры Ронстада!

– Передача общей родовой силы, – услышал я перешёптывание гостей за соседними столиками.

Все близкие родственники Питера Соло поднялись со своих мест, навскидку я насчитал около пятидесяти человек. Сами они на сцену не пошли, а встали вокруг неё плотным кругом.

Оркестр стих, воцарилась тишина.

Питер поднял руки и выкрикнул:

– Асура вайу!

Вокруг него образовался щитовой эрг, аморфная сфера зеленоватого оттенка. После чего все родственники Питера тоже подняли руки и направили их на сферу. В щитовой эрг Питера устремились потоки родового кодо.

Клан отдавал своему патрицию часть силы.

Сфера впитывала в себя энергию, как губка. Жадно и быстро, будто была живой. Она росла вокруг Питера и одновременно уплотнялась, искрясь и множась слоями. Это странное зрелище длилось минут двадцать. Сфера набирала силу, как и адепт внутри неё.

Недурно.

Наверняка, за один такой глоток Питер отхватил себе не меньше двухсот-трёхсот единиц кодо.

Передача силы прекратилась резко. Вспыхнув, сфера исчезла, и родственники Питера разошлись и уселись на свои места. Сам же Питер остался на сцене, сжав кулаки и тяжело дыша, будто еле справлялся с той мощью, что на него обрушилась.

Он прикрыл глаза… и песок под его голыми ступнями начал мутировать.

Сначала он оплавился, и прозрачный блеск расползся от ног Питера в стороны, постепенно поглощая всю рыхлую поверхность сцены. Песок превратился в идеально ровное стекло… и тут же снова начал мутировать.

На этот раз в металл.

Питер продолжал стоять с закрытыми глазами. Его дыхание выровнялось, он расслабил руки, опустив их вдоль тела. Засранец практически не прилагал усилий, чтобы через ноги преобразовывать такой объём материала.

Металл превратился в камень.

И как только весь круг сцены сменил вид, Питер распахнул глаза. Тёмные и бешеные, они блестели силой кодо и чувством превосходства.

Снова ударил гонг.

– Первый турнир патриция Соло! – объявили из-за сцены.

Гости принялись переглядываться и перешёптываться. На их лицах читалось неподдельное любопытство: кого же новый патриций выберет себе в противники.

Для меня же всё было ясно, как день.

– Теодор Ринг! – рявкнул Питер.

По толпе пронёсся возглас удивления, даже роптания и возмущения.

А вот я нисколько не удивился. Знал, что это случится, и Питер захочет реванша именно сегодня, у всех на виду, когда обретёт серьёзную силу. И я бы с ним подрался, но у меня сегодня были другие планы, и разборки с Питером Соло в этот список не входили.

– Теодор Ринг! – опять крикнул Питер.

Взгляды гостей устремились на меня.

Я продолжал сидеть за своим столиком и безучастно смотреть на сцену.

– Хренов Теодор Ринг, ты меня слышишь? – Питер сжал кулаки.

Поверхность сцены у его ног снова начала мутировать и ощетинилась мелкими шипами.

– Ринг меня боится! Вы видели, господа? – нервно захохотал Питер. – Ваш хвалёный Адепт Возмездия – тр-р-рус!

Сотни людей не сводили с меня глаз.

Пришлось подняться из-за стола. Округу тут же оглушили аплодисменты, и таких аплодисментов я ещё никогда не слышал. Адепты жаждали долгожданного зрелища. Только идти к Питеру я не спешил – продолжал тянуть время и ждать.

Наконец, дождался…

Из арки позади сцены вышли двенадцать босоногих девушек в белых плащах-балахонах. Их лица скрывали капюшоны. Девушки окружили Питера, а потом завертелись вокруг него в ритуальном танце.

Это были дебютантки, специально приглашённые на торжество. Именно из них, по правилам церемонии, новый патриций должен был выбрать себе спутницу.

Опешивший Питер завертел головой.

– Какого хрена? Ещё рано… они вышли рано. Они должны были выйти после турнира. Эй…

Он повернулся, оглядываясь на арку – выискивал организатора церемонии.

В это время одна из девушек приблизилась к нему вплотную, чуть приоткрыла лицо, чтобы его увидел только Питер, провела по его щеке пальцем и что-то шепнула. Правда, этого никто не заметил: все пялились на меня, а вот я внимательно наблюдал за реакцией Питера.

Нужная реакция не заставила себя ждать.

Питер улыбнулся девушке в ответ и что-то сказал. Кажется, спросил, как её зовут. В его глазах вспыхнула откровенная похоть, он приобнял девушку и потянул за собой со сцены.

Гости не сразу сообразили, что новый патриций, наплевав на своё же торжество, торопливо сваливает в сторону дома.

Я пожал плечами и опять уселся за свой столик.

Хлоя успела вовремя устранить Питера. Если она и дальше сделает всё, как надо, то этот злобный говнюк не только забудет про свой турнир и меня – он не попадёт даже на сбор городского Совета.

А значит, хрен ему, а не Печать.

***

Дебютанток поспешили увести со сцены.

Чтобы замять странную выходку Питера Соло и увлечь гостей другими зрелищами, устроители праздника вывели на сцену актёров, и, судя по грандиозности театральной постановки, её планировалось показать только к концу праздника.