Атлантида - Геннадий Эсса

– Я тебе не могу этого передать, – вздохнул Герд и опустил голову на колени. – Ты знаешь, мне стыдно признаваться, но мне страшно. Никогда такого со мной не было, а сейчас творится что-то невообразимое.

– Хорошо, я сам пойду на ту скалу, откуда ты всегда провожаешь наши корабли в заморские походы, и потом все расскажу, как было.

– Нет, пойдем только вместе, – возразил Герд. – Это мой долг, там мой отец.

– Так что же тебя так тревожит?

– Я не знаю, но мое сердце чувствует какую-то страшную беду, связанную с этим походом.

– В таком случае нам надо поехать в Храм Посейдона и все узнать от богов, что так тревожит тебя.

Герд поднял голову и усмехнулся. Его прекрасные глаза были наполнены тревогой.

Ниор протянул руку юноше, и тот поднялся.

– Поехали, – согласился Герд.

– Куда?

– Туда, куда ты только что сказал. В Храм. Я хочу пообщаться со своим предком, узнать о нашем будущем и о том походе, куда направляются наши войска.

Ниор молча покачал головой, но не стал препятствовать желанию Герда.

Через некоторое время они стояли у золотых ворот Храма и переглядывались.

– Ты заметил, как здесь тоже тихо? – прошептал еще больше встревоженный Герд.

– Здесь всегда хранится покой и тишина, – припомнил воин.

– Но здесь всегда пели птицы, а сейчас совершенно ничего не слышно.

Молодые люди оставили своих лошадей и шагнули к двери Храма, где их встретила охрана. Их признали и открыли перед ними двери.

В огромном прохладном зале, где недавно проходил совет царей Атлантиды, было тихо. Где-то под расписными потолками эхом звучали их шаги, но странная тишина давила со всех сторон.

– Здесь никого нет? – спросил Герд охранника.

– Почему? Есть, – ответил воин. – Некоторое время назад сюда пришла одна из дочерей Великого царя Атласа и находится у статуи Посейдона.

– Кто такая? – растерялся Герд и схватил Ниора за руку.

– Литея.

– Литея? Она одна здесь? Что она делает в Храме?

– Молится. Она плачет и молится уже долгое время.

– Где она?

Охранник указал ее местонахождение, а сам вернулся к двери.

– Ты можешь оставить меня на некоторое время? – попросил Герд Ниора и направился к девушке, код торая стояла на коленях перед величественной статуей Посейдона и, склонив голову, шептала молитву.

Ниор немедленно отошел в сторону и направился по огромному залу, разглядывая величественные статуи и картины.

Герд медленно направился к Литеи, опустился на колени рядом и тоже склонил голову.

– Я знала, что ты сюда придешь, – прошептала девушка, не поднимая головы. – Я тебя ждала.

– Почему ты здесь одна?

– Не знаю, – призналась Литея. – Я медленно начинаю сходить с ума от происходящего.

Герд взял ее руку и сжал ладонь.

– Ты не одна, я с тобой. – Юноша чувствовал, как дрожит ее рука.

Она подняла на него глаза, наполненные слезами, и постаралась улыбнуться.

– Спасибо, что пришел. Мне сегодня до того тяжело, что я не нахожу себе места. Здесь, в Храме, я обретаю для себя покой, и боги услышали меня, раз появился здесь ты. Я их просила, умоляла, чтобы они устроили нам эту встречу.

– Я был на берегу, где воины и наши предки собираются в поход. Они скоро оставят берега Атлантиды и уйдут за океан, в последний раз. Так обещал всем Атлас.

Литея снова взглянула на Герда, улыбнулась его милому созданию, и он ее поднял с колен, прижал к себе.

– Да, – вздохнула Литея. – Это действительно будет последний поход на чужие земли.

– Я тоже знаю, что богам это не нравится, поэтому на последнем совете было принято единое решение оставить навсегда чужие земли и наслаждаться только своей жизнью. Атланты – это народ великий, гордый и вечный, поэтому нам всем не должно быть дела до других судеб.

– Зевс гневается и может не простить нашим царям этого последнего похода, – шептала испуганная Литея. – Он уже неоднократно предупреждал властителей Атлантиды остепениться, но мой названый отец не пожелал услышать его воззвания. Это не к добру.

– Все будет хорошо, милая, – успокоил девушку Герд и поцеловал ее в мягкие волосы. – Великий Бог знает, что этот поход будет последним. Я в этом уверен.

– Милый мой Герд, я так боюсь, – призналась Литея. – Уже которую ночь мне снятся кошмарные сны. Я хочу увидеть тебя, но передо мной появляется огромная стена воды, земля расходится под ногами, и я, кажется, лечу в бездну. Я просыпаюсь в холодном поту и не нахожу себе места…

– Успокойся, все это пройдет, и мы будем оба счастливы.

Ниор обошел весь зал и вернулся на прежнее место. Отсюда ему хорошо были видны молодые люди, которые прижимались друг к другу и тихо вели разговор. Он прислушался, но не смел нарушить их беседу.

– Мне кажется, что боги посылают на нашу землю проклятия, – продолжала Литея. – Зевс очень суров с теми, кто смеет его ослушаться. Он не пощадит никого.

– Забудь про свои сны, и мы вместе пойдем на наше любимое место, откуда виден весь океан, и с честью проводим наших воинов.

– Я этого не хочу, – замотала головой Литея.

– Почему же? Мы с тобой договаривались, что обязательно будем там и увидим, как наши многочисленные корабли покидают родные берега. Они в скором времени все возвратятся, и у нас начнется новая и беззаботная жизнь. Так обещал Атлас, так обещал и мой отец.

– Мне страшно. Из моей головы не выходят эти мои сны. Ты не представляешь, что со мной творится по ночам. Это так страшно.

– Жители Города Золотых Врат будут на причалах провожать воинов и царей Атлантиды. Это уже традиция, и мы не должны ее нарушать.

Литея промолчала и снова прижалась к Герду.

Ниор урывками слышал их тревожный разговор и насторожился. Он вспомнил недавнюю непогоду которая обрушилась на страну вспомнил появление Верховного Бога, когда корабли прибыли в последний раз после очередного похода, и ужас людей, которые были свидетелями того появления. В тот день Зевса видело большинство жителей Атлантиды, и долго обсуждали его появление. Потом, из рассказов юноши, припомнилось и появление Зевса в Храме Посейдона, где Верховный Бог сурово предупредил Атласа о дальнейших его действиях. Ниору стало душно, и он медленно попятился к выходу. Воин тихо приоткрыл огромную позолоченную дверь и выскользнул на улицу.

С моря дул прохладный ветер, и снова на небе появились черные тучи. Ниор скрестил руки на груди и упал на колени перед входом в Храм, зашептал молитву. Он стоял с опущенной головой, закрыв глаза, и ничего не слышал: как снова начинает портиться погода. День быстро погружался в темноту, уходящее солнце, которое еще должно было светить на горизонте, исчезло за черными дождевыми облаками, и воину показалось, что под ним застонала земля, издавая непонятное гудение.