Изгнанники - Дэвид Коу

Однако, лишь оказавшись в городе, молодые маги окончательно поняли, насколько серьезно положение. В Амарид они прибыли вскоре после обеда. Небо, такое чистое утром, стало затягиваться облаками, а между домами старой части города дул резкий ветер. Лошадей маги оставили в конюшне у кузнеца, много лет тому назад согласившегося присматривать за их животными в обмен на любую помощь: лечение, заживление ран, а однажды, в одно особенно влажное лето, он даже просил их разжечь огонь. Сами же они направились в харчевню «Гнездо», где всегда останавливались, приезжая в город Первого Мага. В харчевне до боли знакомо пахло жареным мясом, вином и дымом, а за маленьким столиком у двери в одиночестве сидел Транн, немедленно замахавший им руками.

Он с улыбкой обнял их, но его зеленые глаза были серьезны.

— Рад вас обоих видеть, — тепло сказал он, положив руки на плечи Элайны и Джарида. — Застава, конечно, спасает от тоски, но все равно, она не заменяет удовольствия видеть вас.

Джарид согласно кивнул и переглянулся с Элайной. Им-то лучше других известно, какие ограничения накладывает ментальное общение.

— И мы очень рады тебе, Транн, — ответила Элайна. — Рейвлад тоже радуется, — сказала она, посмотрев на светло-коричневого ястреба мага.

Транн задумчиво потрепал перья своей птицы.

— Хорошо, что она еще раз выдержала это путешествие, — с нежностью произнес он. — Она была мне хорошим другом.

Джарид встревоженно посмотрел на него:

— Она больна?

— Да нет. Старая просто. Честно говоря, я и не надеялся, что она доживет до середины лета. — Он тряхнул головой. — Единственная радость от всего этого, что мы с Рейвлад последний раз сможем вместе поприсутствовать на Собрании.

— Единственная радость? — переспросила Элайна. — А ты знаешь, зачем Сонель нас собрала?

Транн оглянулся по сторонам, и его смуглое лицо посуровело.

— Да, — сказал он и показал на один из столиков в глубине. — Но давайте обсудим это без посторонних.

Троица направилась к одному из столов в дальнем конце сумрачного помещения, но, еще не дойдя до него, они услышали из-за стойки громогласный рев Маймуна, хозяина «Гнезда».

— Маг Джарид! Маг Элайна! — орал он, идя им навстречу с радушной улыбкой на широкой физиономии и протягивая огромные волосатые ручищи. — Как поживают мои любимые пташки-милашки? Пташки-милашки! — с удовольствием повторил он и гулко захохотал над собственной шуткой, в ожидании одобрения поглядывая на Транна. На самом деле каламбур был уже донельзя заезжен.

— Спасибо, Маймун, — ответил Джарид. Несмотря на фамильярное поведение, Маймун ему нравился. А вот Элайна его недолюбливала. Да и Баден тоже. Правда, дядя останавливался в «Гнезде» каждый год, но неуклюжий громогласный хозяин, кажется, с каждым разом нравился ему все меньше.

— Я оставил для вас комнату, — продолжал Маймун, — самую лучшую. — И подмигнул Элайне. Та только сдержанно улыбнулась в ответ. — Магистр Баден тоже остановится с вами?

— Только не в нашей комнате, — ответил Джарид, — но думаю, он тоже здесь поселится.

Хозяин оглушительно расхохотался и так сильно хлопнул Джарида по спине, что тот чуть не упал, а Ишалла испуганно забила крыльями, чтобы удержаться на его плече.

— С твоего разрешения, Маймун, — миролюбиво начал Джарид, когда раскаты хохота смолкли, — мы хотели бы присесть за дальним столиком и обсудить наши личные дела. Можно подать нам обед туда?

Маймун, как всегда готовый угодить магам, энергично кивнул.

— Конечно, маг Джарид. Сию минуту.

Он тут же ушел, а маги направились к свободному столу.

— Эрланд узнал, что Барам исчез, — без предисловий начал Транн, едва они сели.

Элайна на секунду зажмурилась, а Джарид судорожно вздохнул.

— Так я и думал, — сказал он. — Откуда он узнал?

— Он хотел устроить у тюрьмы беспорядки.

— Ясно, — сказала Элайна. — Так чего же он хочет? Исключить Орриса из Ордена?

Транн хмуро посмотрел на нее:

— Если бы только это. — Служанка принесла жареную дичь на блюде, черный хлеб и дымящийся горшок с овощным рагу, и смуглый маг замолчал. Вторая служанка подоспела с тремя кружками амарийского эля. Маги ждали, когда все будет расставлено, и девушки уйдут.

— Значит, Эрланд не просто хочет выгнать Орриса из Ордена? — уточнила Элайна, когда они снова остались одни.

— Он хочет, чтобы Орриса судили за государственную измену, — кивнул Транн.

— Измену?! — вскричал Джарид.

Транн бросил на него суровый взгляд и оглянулся. Маймун и одна из девушек смотрели на них из-за стойки, но больше, кажется, никто не обратил внимания на неожиданную вспышку Джарида.

— Неужели он действительно рассчитывает, что у него получится, — несколько тише продолжил молодой маг. — Пусть Оррис нарушил волю Ордена, но он делает это для блага страны.

— Об этом знаем мы трое, да Баден, да еще несколько магов, — сказал Транн. — Думаю даже, что Сонель тоже так считает, хотя никогда и не признается в этом публично. — Он отхлебнул эля из кружки. — Но совсем другое дело — Эрланд со своими сторонниками и Арслан с другими юнцами. Им важен сам факт, что Оррис освободил явного врага Тобин-Сера. Формально, по закону, это и есть государственная измена.

— Ты хочешь сказать, что Эрланд и Арслан заодно? — подавшись вперед, спросила Элайна.

— Точно не знаю, — пожав плечами, осторожно ответил Транн. — Думаю, это вполне возможно.

Обдумывая все, что услышал, Джарид рассеянно ковырял вилкой в тарелке. Если Эрланд, предводитель старых Магистров, и Арслан, наиболее заметный среди молодых магов, объединятся против Орриса, тому грозит нешуточная опасность.

— Транн, ты чего-то не договариваешь? — пристально глядя на смуглокожего мага, спросила Элайна.

С минуту Транн колебался.

— Опять же, я ни в чем не уверен, — наконец, сказал он. — Я лишь знаю о том, какие слухи ходят в Великом Зале.

— Что за слухи? — не отступала Элайна.

— По-видимому, Эрланд считает, что Оррис был только одним из действующих лиц большого заговора. Он упомянул имя Бадена, как будто тот знал о планах Орриса еще до его ухода, и намекнул еще кое на кого, включая и нас троих.

Не веря своим ушам, Джарид смотрел на друга. Пять лет назад Бадена, Транна и Орриса уже судили перед лицом Ордена по ложному обвинению. Но тогда все было иначе. Их обвинитель, Сартол, сам был предателем, и этот его ход был частью хитроумного плана завоевания лидерства в Ордене и захвата власти над Тобин-Сером при помощи Созывающего Камня.

Сейчас же, Джарид был убежден, никаких коварных происков и в помине не было. Нет причин предполагать, что Оррис предал страну. Старый Магистр, очевидно, и вправду боялся заговора. Но тогда это еще страшнее.