Быть драконом - Андрей Стерхов

Добравшись до машины, я поставил диск Стинга с песнями из лабиринта и стал под сентиментальные мелодии бог знает какого века фильтровать полученные из разных источников сведения.

Картина складывалась следующая.

У дьволопоклонника со стажем Евгения Антонова есть боевая подруга Антонина (в том, что вороватая клиентка Альбины является подругой Демона, я не сомневался). Это раз. Сладкая парочка хочет завести ребёнка. Это два. Поскольку здоровья им Бог не дал, решили за помощью обратиться к Хозяину, то бишь — к Князю Тишину, а проще говоря — к той тёмной силе из Запредельного, что в народе зовётся Сатаной. Это три. Обратиться к Сатане, конечно, не просто (эсэмэской не вызовешь — факт), но возможно. Способов несколько, один из них — чёрная месса. Её и выбрали. И это четыре.

А дальше так.

Чтобы провести обряд чёрной мессы и получить всякие колдовские бонусы, в своём распоряжении, как известно, нужно иметь следующее: переклинившие мозги, надлежащие артефакты (ритуальную чашу, жертвенный нож, окровавленный церковный крест), а помимо — верное заклинание. Ну и новорождённого пацанёнка ещё нужно где-то найти для заклания.

С мозгами у них всё в порядке (в том смысле, что мозги у них давно уже набок съехали), артефакты собрали, заклятие у ведьмы своровали, осталось ещё ребёнка где-то утянуть.

«Впрочем, — соображал я, — вполне возможно, что уже утянули. А если это так, то жди в эту полночь беды».

В том, что они торопятся совершить своё тёмное дело, я был уверен — два трупа на них. Два трупа — это не шутка. С мозгами у ребят, конечно, не всё в порядке, но не совсем же дураки, должны понимать, что их уже ищут. Если даже не брать в расчёт (вряд ли труп уже обнаружен) убийство на улице Бабушкина, расстрелянного священника вполне достаточно. Это, как говорит упырь Воронцов, «общественно-резонансное преступление». Любому ясно: менты землю роют.

«Торопятся они, торопятся, — прикидывал я, барабаня пальцами по рулю в такт музыки. — Ещё как торопятся, просто дико торопятся. А раз они торопятся, значит, и мне медлить нельзя».

Теперь я был в курсе, кого искать. Понимал, что искать нужно срочно. Одного не знал — где искать.

Можно было бы, конечно, к тому же Воронцову обратиться, он бы организовал запрос, пробил бы по милицейским базам адрес ранее судимого Евгения Батьковича Антонова, но на это — с учётом чиновничьей волокиты — день, а то и все два уйдёт. Это меня не устраивало, ибо время — я это чуял копчиком — уже на часы пошло, а не на сутки.

К Архипычу я тоже обратиться не мог. Призвать в этом деле на помощь молотобойцев, автоматически означало подставить Альбину. Но я ведь ей слово дал. Поэтому: нет, нет и ещё раз нет.

Оставалось действовать в одиночку.

И я начал.

Вырубил музыку и позвонил своей неустрашимой помощнице.

— Да, — сонно пробормотала Лера.

— Разбудил?

— Да.

— Извини.

— Да.

— Помнишь, ты говорила, что кольцо тебе в пупок вставляли в каком-то крутом тату-салоне?

— Да.

— Что за салон?

— Да.

— Что — «да»? Я спрашиваю, что это был за салон?

Лера долго сопела в трубку, не понимая спросонья, чего я от неё хочу. Наконец очухалась.

— Вообще-то, пирсинг мне сам Доктор Пеппер делал, — сказала она не без гордости. — Лично. А зачем это вам, шеф?

— Хочу кольцо в нос вставить.

— Шутите?

— Отчасти. А кто он, этот самый Пеппер?

— Художник, приколист, друг Дюши.

— А кто такой Дюша?

Лера съязвила:

— Вы, шеф, как туполобый ламер, впервые попавший в Сеть. Бестолково кликаете по всем подряд ссылкам. Так нельзя.

— Это ты меня, своего шефа и работодателя, критикуешь, что ли? — изумился я.