Белая тетрадь - Софья Ролдугина

– Специфический? – растерянно переспросила я, машинально оглядываясь на Шеана. На мгновение наши взгляды пересеклись, и…

Темная комната, коричневый камень и коричневый мех, рыжий огонь в каменной пасти очага, дрожащие во сне ресницы – длинные-длинные, ладонь под щекой, согнутые в коленях ноги – уютно и естественно, линия позвонков на спине и сбившееся к лодыжкам покрывало…

Я сглотнула и начала медленно сползать в кресле, пряча пылающее лицо за пледом.

– Хватит смущать мою девушку, – насмешливо приказал Ксиль, прикрывая за собой дверь. У меня в сознании вообще не зафиксировался момент, когда он вошел. Отвлеклась, ага. – У нее юный и неиспорченный разум, а тут вы со своими…

– Мы с твоими, – быстро перебил его Шеан и стрельнул в меня взглядом.

– Брысь! – замахнулся на него князь – вроде бы и угрожающе, но со смешинкой в глазах.

Шеана как ветром сдуло – причем сразу в окно. Теа покачал головой и, распрощавшись с Ксилем кивком, спокойно вышел через дверь. Ксиль тут же плюхнулся на освободившееся место – на подлокотник.

– Они тебя сильно достали?

– Да нет. Хорошие ребята, – улыбнулась я в ответ.

– Я рад. А теперь к делу. – Князь посерьезнел. – Скоро начнется штурм, и ты в нем… Да сиди спокойно и не возмущайся, я еще не закончил… Так вот, ты в нем участвуешь.

Я все-таки подпрыгнула в кресле, едва сдержав победное «Да!». Максимилиан усадил меня обратно, с трудом сохраняя мрачное выражение лица.

– Королевы закономерно предположили, что удержать тебя на месте все равно не получится, и уж лучше точно знать, где ты находишься. Поэтому я буду сопровождать тебя в качестве охранника. Лучше бы, конечно, доверить это Шеану с Теа, – странным голосом добавил Ксиль.

– Почему лучше? – не поняла я. – Или ты хочешь сам в чем-то таком поучаствовать, а со мной в команде нельзя рисковать?

Он вздохнул и потянулся к мне, чтобы растрепать волосы. Я уклонилась, нахмурившись. Вечно с Ксилем так – запутает, напустит туману и начинает отвлекать.

– Я беспокоюсь за тебя, только и всего. А Шеан и Теа, при всей их внешней несерьезности, сейчас гораздо сильнее меня и смогут лучше справиться с охраной такой непоседы.

Самая первая мысль была «Теа – несерьезный?». Но через мгновение до меня дошел полный смысл фразы.

– То есть как – сильнее? В смысле, вдвоем?

– Нет, каждый по отдельности. Солнечный яд – это неприятная штука, Найта. Чудо, что я вообще могу раскрыть крылья.

– Но это же было так давно! – ошарашенно воскликнула я. Нет, конечно, у меня всегда было ощущение, что Ксиль «не тянет» на свою репутацию могущественного князя, но сейчас, на контрасте с его кланниками, уязвимость стала болезненно очевидной. – И вроде бы говорили, что ты вылечился…

– Некоторые вещи нельзя вылечить, – без улыбки ответил Максимилиан. – Зато можно сделать вид, что забыл о них. Тогда и другие не догадаются, – заключил он и подмигнул мне заговорщически: – Только не говори никому. Если не те люди узнают о моей слабости, то начнется охота, и никакая репутация не спасет. А так – может, и протяну еще какое-то время.

Я посмотрела на него… и, забравшись на сиденье с ногами, обняла крепко-крепко, как только могла. С силой вжалась в жилистое, жаром пылающее тело, как будто пыталась, удержать, не пустить… Куда?

– Найта?

Он рассеянно провел ладонью по моим волосам. Я упрямо поджала губы.

– Какая редкость – я не могу понять, что чувствует другое существо. Вижу как на ладони, но разобраться не в состоянии.

– Только попробуй «не протянуть», – выдохнула я сквозь зубы. – Ненормальный.

Чуткая ладонь замерла, запутавшись в не чесанных с утра прядях. Пересилив себя, я подняла голову и посмотрела князю в лицо. Он улыбался.

– Я не понимаю, что происходит, Найта… – Ксиль растерянно гладил указательным пальцем у меня за ухом, как щенка или кошку. – Но, кажется, мне это нравится.

Когда штурм начался, я поняла, что рано обрадовалась. Таскаться вместе с группой в качестве тщательно оберегаемого «талисмана» было еще скучнее, чем сидеть в неремонтированном корпусе летнего лагеря и ковырять пальцем ноздреватую штукатурку на стенах. Чем бы ни занимались остальные, меня неизменно оставляли снаружи, на задворках или даже за переулок до опасного места под охраной кого-то из шакаи-ар.

Так было до тех пор, пока мы не оказались перед зданием, знакомым мне до скрипа меловой пыли на зубах.

– Можно с вами? – ухватила я за пышный рукав командующую группой равейну. Та сурово нахмурилась:

– Там не место детям.

Меня захлестнуло отчаяние.

– В школе?

– А это школа? – искренне удивилась она. – Какая мрачная архитектура! Вон та пристройка, с решетками на окнах – это, случаем, не карцер?

– Там садовый инвентарь лежит, – хмуро откликнулась я. – Вы что, правда собираетесь развалить мою школу? Мне туда в сентябре возвращаться, между прочим.

Ксиль рассмеялся и хлопнул меня по спине:

– Маловато энтузиазма, Найта. Неужели не хочешь отомстить всем учителям разом за свои мучения? – Я дернулась, и он поспешил добавить: – Шучу. Мы просто зайдем внутрь и удалим заглушку. Нам нужно было уничтожить одиннадцать штук – эта последняя.

Я вспомнила, где находился пространственный переход в моей школе, и зябко поежилась. Местечко было не самое веселое. А уж какие слухи о нем ходили по школе…

– Вы же не собираетесь ворваться в кабинет директора? – робко спросила я у Ксиля.

Перед глазами как вживую встала монументального сложения дама с седыми волосами и шиньоном-пучком на затылке. Низкий, почти мужской голос ее вызывал ужас не только у младшеклассников, но даже и у выпускников. А уж какая тяжелая была у нее рука! Фамилию директора обычно переиначивали с «Поморски» на «По морде-с» – и, по-моему, это говорило само за себя.

…Никогда не пойму этих шакаи-ар. Чего смешного я сказала на этот раз?

– Она боится директора, – удивленно констатировал князь, резко оборвав смех. – Не побоялась связаться с инквизицией, вступить на Путь королев, надавать тумаков Стражу, но директор, видите ли, ее пугает, – произнес он в пространство, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Это другое, – стушевалась я и, обогнав эстиль из нашей группы – то ли Митчелл, то ли Майли по имени, толкнула тяжелую входную дверь.

– Куда! – охнула равейна, устремляясь за мной. – Стой!

– Стою. – Голос у меня от испуга стал хриплым и жалостливым. – И вы стойте. Тут ловушка… наверное.

Из полумрака длинного коридора, где застоялся запах мокрых тряпок, мела и гераней, медленно выступал сложный узор нитей. Узлы багрово пульсировали монструозными сердцами, разгоняя энергию-кровь по путанице «вен». Заклинание казалось живым… и голодным.