Недостойная - Анна Шнайдер

Действительно, как он сразу не догадался? Комната испытаний — прекрасная ловушка.

— И как ты планировал меня спасти? Если планировал, конечно…

— Зачем тебя спасать? — пробормотал Гектор с иронией. — Архимагистром больше, архимагистром меньше…

— Что, не скажешь?

— В этой реальности я могу только предполагать. Но не сейчас. Крепче спать будешь. Потом, когда ситуация стабилизируется, расскажу.

Берт решил не настаивать. Во-первых, давить на Дайда — дело бесполезное, а во-вторых… И правда крепче спать будет.

* * *

Весь рабочий день я думала над тем, что сказал Арманиус, и ничего удивительного, что у нас с Байроном не было успехов в лечении. Бывший однокурсник опять расстроился, но уже не так сильно, как накануне.

— Вчера мой заведующий спросил, как у нас дела, — пробормотал Асириус, когда я поинтересовалась, в чём причина такого подозрительного равнодушия. — Я сказал, что у нас пока по нулям, и Мортимер… Ну, ты ведь его знаешь. «Лечить людей — это тебе не капусту стругать для пирожков».

Я хмыкнула. Макс Мортимер, заведующий хирургией, чем-то безумно напоминал мне Валлиуса, только юмор у него, в отличие от юмора наставника, был в основном чёрным. И я подозревала, что он сказал Байрону не только это, про капусту и пирожки, но и что-нибудь ещё, едкое и неприятное, благодаря чему Асириус сегодня проявлял большее терпение, чем накануне.

А вечером я, сцепив зубы и взяв в кулак всю свою волю, направилась во дворец, на аудиенцию к Арчибальду. Плевать на нежелание туда идти — закон важнее. Не знаю уж, зачем Арманиусу понадобилось просить меня поговорить с принцем… Ректор ведь аристократ, ему-то что до нетутилованных магов?

«Ты слишком плохо о нём думаешь, Эн», — шепнул внутренний голос, и я досадливо поморщилась. Да, наверное. С одной стороны, я восхищаюсь им, я… да, я всё ещё влюблена в него, и не меньше, чем в детстве. А с другой — я всегда жду от него чего-то плохого лично для себя. Я несправедлива.

Шагая по коридорам императорского дворца в сопровождении охранников и слуги, я вспоминала, как была здесь в последний раз — в тот день мне вручали орден Золотого орла. Я очень надеялась, что на награждении будет ректор, как официальный представитель университета, но вместо него присутствовал Велмар Агрирус.

Я не спрашивала, где Арманиус, но Брайон тем не менее сказал, как только мне вручили орден:

— Берт вчера был срочно переброшен на север вместе с двумя отрядами охранителей. — Я бросила на наставника удивлённый взгляд, и тот пояснил: — Это я… так просто. Вдруг ты удивилась, что вместо него проректор.

— В этом нет ничего удивительного, — пробормотала я. Арманиуса вообще редко видели как в университете, так и на официальных мероприятиях. Работу охранителя он считал гораздо более важной, и это вызывало недовольство и многочисленные шепотки у многих студентов, их родителей и преподавателей. «Демонски плохой ректор, — услышала я однажды от кого-то, — потому что больше интересуется демонами, чем людьми».

Я понимала вавйайг Арманиуса, и на его месте вела бы себя точно так же. Как охранитель он был незаменим, а c обязанностями ректора куда лучше справлялся Агрирус. Но… мне так хотелось, чтобы он пришёл на моё награждение!

Глупые мысли, глупые мечты. Тогда я обещала самой себе, что больше не буду ни на что надеяться.

А теперь получается — врала самой себе. Теперь, когда я начала лечить ректора, и он… Он вёл себя совершенно иначе, нежели я думала… Надежды и мечты вспыхнули вновь.

Не надо, Эн. Простись с этой детской любовью окончательно. Пойми, что она никогда не будет взаимной. Проявление человеческой симпатии со стороны Арманиуса сейчас — это только симпатия, а не любовь.

Да, именно так.

— Заходите, айла. — Передо мной распахнули дверь. — Его высочество ждёт вас.

Я кивнула и шагнула внутрь, стараясь скорее отогнать от себя мысли о ректоре. Нужно сосредоточиться на деле.

Я оказалась, по-видимому, в кабинете. Здесь было очень красиво, почти как в музее. Шкафы из светлого дерева, заполненные книгами, и всё такое чистое, сияющее. На фоне этого стерильного великолепия я сама, одетая в коричневое платье, показалась себе какой-то слишком… грязной. Слишком обычной.

Мне здесь точно не место. Арчибальд, должно быть, сошёл с ума, когда решил за мной ухаживать.

— Здравствуйте, Эн.

Я повернулась на голос. Принц стоял справа, возле книжного шкафа, облокачиваясь на одну из полок, и легко улыбался, глядя на меня. Он был в форме охранителей и выглядел уставшим, но радостным.

— Добрый вечер, ваше высочество, — я кивнула, чуть присела, выпрямилась и продолжила: — Я по делу.

— Я понял, что не просто так. Давайте сядем. Будете чай?

Я отказалась, хотя чаю мне хотелось. И поужинать — тоже. Из-за волнения перед этой встречей я толком и не пообедала.

Но здесь я есть не буду. Просто разговор или разговор во время еды — два разных по длительности разговора.

— И всё-таки, Эн… — сказал Арчибальд, когда мы сели за письменный стол. Я — в небольшое кресло с обивкой золотого цвета, принц — в кресло побольше, и белое. — Дрэ, будь добр, чаю нам с моей гостьей, — продолжил он, коснувшись браслета связи. — О чём вы хотели поговорить?

Да, было наивно с моей стороны предполагать, что Арчибальд может оставить меня без чая. Это было бы даже невежливо.

— О вашем законе, ваше высочество. Наверное, это не моё дело, но…

— Почему же? — улыбка исчезла с лица принца. — Он ведь касается и вас. Продолжайте, я слушаю.

М-да, пожалуй, мне не было так сложно со времён, когда я впервые пришла к Арчибальду в палату и предложила ему попытаться восстановить контур вместе со мной.

— Общество, в котором мы живём, сложилось очень давно. И маловероятно, что архимагистры захотят что-то менять, особенно с учётом системы налогооблажения. Это ведь невыгодно.

— Я понимаю. Я говорил с Ареном… с императором. Он сказал, что нынешние устои давно изжили себя и могут привести к гражданской войне, но менять их — большой риск и катастрофа для казны. Однако он не отказал.

Я с сомнением посмотрела на Арчибальда. Не отказал? А как тогда еще должен звучать отказ? Хотя принцу виднее. Я-то императора только на картинках видела.

— Вам нужно схитрить, ваше высочество. Распишите подробнее условия передачи титула, надавите нa слабые места архимагистров…

— Например?

Тут в кабинет вошли камердинер и две служанки — они принесли чай. Я подождала, пока всё расставят по местам, а затем продолжила говорить. И говорила я минут пятнадцать — перечислила всё, что придумала за сегодняшний день, и то, что подсказал мне Арманиус, — пока в горле не пересохло.

Подняла чашку и сделала глоток. Защитница… вкус был удивительный. Хотя и не до такой степени, чтобы ради него мечтать выйти замуж за принца и стать принцессой.