Власть тьмы - Ульрике Швайкерт

— Ну да, — кивнула Или. — Я думаю, что Пирас хитро придумали и на протяжении поколений довели все это до совершенства, которому можно только удивляться.

— А ты научилась этому за несколько ночей, — проворчал Лучиано. — Это несправедливо.

Францу Леопольду тоже досталось, и Генри наконец оставим его в покое, в то время как Мартина испытывала Малколма и Таммо. Генри вышел на середину пещеры, упер руки в бока и обвел взглядом присутствующих.

— Где, черт возьми, прохлаждаются Гислана и Хлоя? Они пообещали наблюдать за выполнением заданий.

К нему не спеша подошел Гастон.

— Гислана и Хлоя? Я еще не видел их сегодня ночью. Возможно, они забыли о данном обещании и отправились вместе с другими на ярмарку. Некоторые вампиры хотели смешаться с людской толпой. Но я пойду назад в пещеры посмотреть, может, они все еще там, — предложил он и грациозно взлетел по лестнице.

Гастон вернулся, когда Малколм и Таммо уже справились со своими заданиями и Генри вызвал Анну Кристину и Мэрвина. Старейшина прервал свое объяснение на середине предложении и обернулся, хотя Гастон не проронил ни слова.

— Что случилось?

Иви также подалась ему навстречу, а Сеймоур зарычал, и его шерсть стала дыбом. Когда Гастон подошел ближе, даже Алисе стало ясно, что он был чрезвычайно взволнован.

— Что произошло? Ты нашел их? — спросил Генри.

— Да, нашел, — сказал Гастон, наморщив лоб. Сейчас он вы глядел скорее смущенным. — Они сейчас подойдут. Они, как бы это сказать, забыли.

— Забыли? Ха! — закричала Мартина, и ее голос многократно усилился, отразившись от стен. — Они на тридцать лет моложе меня, но слабоумие уже подкралось к ним.

Все молчали и смотрели на двери, лестница за которыми вела на нижние этажи. Двое старейшин, тяжело переставляя ноги, вошли в пещеру.

— Мы проспали заход солнца, — сказала Хлоя, жмуря глаза.

— Что? — закричала Мартина, теряя самообладание.

— Она шутит, — сказал Лучиано, — заход солнца невозможно проспать.

— Не похоже, чтобы они шутили, — подала голос Иви. — Нет, я чувствую их замешательство.

— Плохая кровь, — предположил Лучиано. — Наверняка они выпили вчера плохую кровь.

— Возможно, они были вчера наверху в районе площади Пигаль, — присоединилась к ним Джоанн, качая головой. — Там люди одурманены вином или, что еще хуже, абсентом. Кровь таких людей не идет нам на пользу, но старейшины должны были этом знать!

Те же мысли бродили в голове у Себастьена, когда он незадолго до этого пришел посмотреть, как продвигаются дела у наследников. Он был доволен их успехами, если, конечно же, Алима правильно поняла его ворчание. Потом Себастьен перевел взгляд на двух древних вампиров, которые как будто все еще находились в объятиях сна. Некоторое время он просто молча изучал их, потом обратился к ним резким голосом:

— Идите подкрепитесь, я больше не могу на это смотреть. И в следующий раз будьте внимательнее при выборе жертвы.

Оба вампира, слегка покачиваясь, направились к выходу.

— Принято считать, что такое происходит только с новичками, — пробормотал Себастьен, — но очевидно, что вампиры, как и люди, выживают из ума в старости.

— Ну, и что полезного вы узнали? — спросил Генри.

Молодые вампиры навострили уши.

— Не много. Люди окончательно перестали патрулировать территорию, хотя я ума не приложу, зачем они вообще это делали, ведь никаких видимых результатов их усилия не принесли. Поиски Тибо продолжаются, но пока безрезультатно. Он словно сквозь землю провалился.

Если друзья и надеялись, что, как только люди прекратят свои поиски, они смогут насладиться большей свободой, то теперь их надеждам не суждено было сбыться. Было очевидно, что господин Люсьен и его приближенные, решили оставить молодежь на попечительство старейших вампиров, в то время как сами наслаждались ночными вылазками на поверхность, по крайне мере так думал возмущенный Лучиано. Алиса также была недовольна сложившейся ситуацией.

— Если нам вскоре не удастся избавиться от такой опеки, то о походе в оперу можно будет забыть.

— Возможно, нам следует официально обратиться к господину Люсьену с просьбой о посещении оперы? — предложила Иви.

— Учитывая отношение к светским развлечениям, которое существует в клане Пирас, это весьма рациональная идея, саркастически заметил Франц Леопольд.

— Подождем еще немного, может, все и уляжется, — выразил надежду Лучиано.

В этот вечер Генри выглядел старше, чем был на самом деле, и Мартина была рассеянной, когда объясняла задание на сегодня. Ее движения выдавали некоторую нервозность. Она два раза споткнулась и прислонилась к колонне, закрыв глаза. Наследники обменялись вопросительными взглядами.

— Что же, черт возьми, произошло сегодня с этими двумя? — спросила Мартина. Она была мрачнее тучи. — Готова поспорить, что они опять проспали.

Она направилась к выходу.

— Я с тобой! — сказал Генри.

Некоторые наследники также пошли вслед за Пирас к лестнице, которая вела на нижние этажи бывшей каменоломни. Они еще никогда не были на территории, где обитали старейшины, поэтому им было интересно посмотреть, как живут старейшие члены клана Пирас.

— Скромно, — вот все, что могла сказать Алиса. Представительнице клана Фамалия, комната которой также не была украшена ценными вещами, убогая пещера с простыми деревянными гробами показалась убогой.

— Да уж, они не сторонники чрезмерной роскоши, — сказал Лучиано, который ожидал увидеть здесь статуи, картины и позолоченные колонны, как в комнатах старейшин в Золотом доме Нерона.

— Странно, — прошептала Иви и оглянулась. Она обменялась тревожными взглядами с тихонько подвывающим Сеймоуром.

— Да, странно, но это Пирас, — отмахнулся Лучиано небрежным жестом.

— Не думаю, что Иви имеет в виду отсутствие украшений и бархатных обивок, — сказал Франц Леопольд. — Тут что-то другое.

Они проводили взглядом Генри, который направился к ряду гробов и постучал по крышке каждого из них. У Алисы вырвался возглас удивления. Они не были пустыми, хотя солнце зашло еще несколько часов тому назад. Некоторые Пирас пошевелились и медленно сели. Другие, охваченные смертельным оцепенением, лежали все так же неподвижно. В противоположном конце пещеры, где находился проход на следующий уровень, на своих гробах сидели Гислана и Хлоя. Увидев Генри и Мартину, они с трудом поднялись и подошли к ним.

Если уж Генри выглядел сегодня дряхлым, то их можно было назвать мертвецами, которые уже начали разлагаться — по крайней мере такое впечатление они произвели на Лучиано, и другие наследники не могли упрекнуть его в том, что он преувеличивает. Старейшины еле двигались и походили скорее на деревянных марионеток, зависящих от чужой воли. Джоанн открыла рот, а Фернанд невольно вскрикнул. Очевидно, они впервые стали свидетелями подобного зрелища.