Тютюнин против ЦРУ - Алекс Орлов

Из-за угла появился Окуркин. Он, как всегда, был бодр и полон планов. За ним семенил Дроссель в каком-то нелепом собачьем пиджаке.

– Ты ему чего-нибудь вынес? – спросил Окуркин.

– Ой, забыл, – огорчился Тютюнин.

– Ладно, не грузись. Я косточек захватил – почти как куриные.

– Что значит почти? – поинтересовался Серега, глядя, как Окуркин разворачивает бумажный пакет с угощением для Дросселя.

– Ну, птицы – дети динозавров. Слыхал об этом?

– Нет, – честно признался Тютюнин.

– Ладно, не грузись. У меня сосед, тот, который научный руководитель, в дурке на третий год прописался, а мне на хранение мешок костей отдал. Кости не простые, а от мини-динозавров. Понимаешь?

– Чего-то не очень.

– Ну, миллионы лет им. Сосед их из экспедиций возил, чтобы потом собирать целые скелеты. Я у него дома их видел.

– И что, ты теперь эти миллионнолетние кости Дросселю скармливаешь?

– А чего, думаешь, отравится? – Леха внимательно посмотрел на собаку.

– При чем здесь это? Кости, может, больших денег стоят.

– Что нам эти кости, Серега! У нас теперь в руках умножитель, а это и есть большие деньги. Кроме того, я звонил Сайду. Этот джигит, как услышал про лошадок, загорелся весь. Скоро здесь будет.

– О цене говорили?

– Я сказал, по пятьсот долларов за лошадь. Сказал, с меньшими деньгами не приезжайте.

– Это ты правильно, – согласился Серега. – А что это за шмотка на Дросселе? Что за одежда?

– Его хозяин, Толик, у меня о том же спрашивал. Я так думаю, пиджак этот ему на новой службе успели выдать. Никто же не знал, что боевая свинья так быстро исчезнет…

После этих слов Серега и Леха рассмеялись. Теперь, когда они были дома, переживания недавних путешествий казались им не страшнее детских сказок.

Послышался рев двигателя, и во двор, пугая утренних старушек и голубей на помойке, ворвался «мерседес» Сайда, на котором он теперь возил овощи.

На этот раз вместо товара машина была набита его земляками.

Автомобиль со скрипом затормозил возле Серегиного подъезда, и Сайд первым выскочил наружу.

– Эй-вай! – прокричал он, увидев лошадей.

– Эй-вай! – закричали остальные четверо его земляков, пораженные видом и статью лошадей.

Почувствовав внимание к своим персонам, лошадки стали бить копытами.

– Ай-яй-яй! Ай-яй-яй! – не переставал восклицать Сайд, восхищаясь животными.

– Смотри, как их проняло, – заметил Леха, подталкивая Серегу.

– Это у них в крови.

Наконец, после первых восторгов, Сайд вспомнил про торговлю. Он сейчас же напустил на лицо скуку и сделал знак землякам, чтобы те кричали потише.

– Привет, Леха, привет, Серега, – поздоровался он и, ткнув пальцем себе за спину спросил:

– Это и есть ваш товар?

– Да. Это и есть наш товар.

– Ну… – Сайд пожал плечами. – Лошади красивые, но слишком большие. Даже не знаю, что теперь делать. Поначалу думал, что возьму их, но теперь… – Сайд снова посмотрел на товар. – Теперь даже не знаю.

– Ну что я тебе говорил? – сказал Окуркин, обращаясь к Сереге. – Надо было туркмену звонить. Он собирался за любые деньги взять…

Тютюнин уже хотел спросить, что за туркмена имеет в виду Леха, однако приятель наступил ему на ногу, давая понять, что это блеф.

– Просто я думал, что Сайд наш друг и такой хороший товар мы обязаны предложить ему первому. Но раз ему не нравится…

– Эй, почему не нравится? Очень нравится! – оживился Сайд. – Пятьсот долларов, сказал? Вот пятьсот долларов.

– Сайд, я говорил пятьсот долларов за каждого, – заметил Леха.

– Какой разговор, дорогой. За каждого сказал? Вот за каждого – тысяча.

Окуркин взял деньги и пожал покупателю руку, давая понять, что сделка состоялась.

Земляки Сида подхватили лошадок и, привязав их к заднему бамперу, уселись в машину.

«Мерседес» затарахтел и тронулся с места, таща за собой проданных лошадей.

Когда эта сцепка выехала со двора, Окуркин почесал макушку и сказал:

– Надеюсь, они их не сожрут, а?

– Не должны, – покачал головой Сергей. – Дороговато получится.