Пробужденный - Коллин Хоук

Никакой бальзам не мог спасти мои потрескавшиеся губы. Ребра торчали, как у скелета, – за время путешествия я потеряла несколько килограммов. Увидев меня, любой врач выписал бы направление в больницу. Пытаясь справиться хотя бы с обезвоживанием, я опрокидывала в себя один стакан за другим – но у воды был такой привкус, будто ее набирали прямиком из Нила.

Внезапно в дверь постучали. За ней обнаружился доктор Хассан с сумкой из магазина.

– Мы старались как могли. Надеюсь, там найдется что-нибудь подходящее.

– Спасибо, – сказала я, прижимая сумку к груди.

– Завтрак будет через пару минут. Надеюсь, я еще успею принять душ.

– Мне освободить спальню?

Археолог покачал головой.

– Я разделю комнату с принцами, – и он, кратко улыбнувшись мне напоследок, закрыл за собой дверь.

Разобрав сумки, я убедилась, что у Астена больше опыта в выборе женской одежды, чем у брата. Эта мысль вызвала у меня улыбку – однако она погасла, стоило мне вспомнить об Амоне.

В итоге я взяла брюки цвета хаки. Правда, они сидели немного свободно, но эта проблема решилась при помощи резинки на поясе. Затем я просунула голову в просторную тунику и отыскала пару сандалий, которые пришлись мне точно впору. Наконец я обмотала шарфом свою жалкую шевелюру и направилась в соседнюю комнату, чтобы посмотреть, что поделывают остальные.

В коридоре я столкнулась с Астеном, который таскал из прихожей только что доставленные яства.

– Вот это я называю пиром! – он кивнул на большое блюдо с жареным мясом и скрылся в спальне. Вернувшись, парень недоуменно нахмурился. – Почему ты до сих пор тут стоишь? Набивай живот, Лилия. Незачем ждать разрешения.

Я устроилась за столом и по привычке положила в тарелку несколько веточек салата и горстку тушеных овощей. Астен наблюдал за мной с неприкрытым изумлением.

– И это все? Тебе нужно больше! Вот, держи, – и он плюхнул мне огромный кусок баранины.

Я задумалась, все ли египетские мужчины кормили своих женщин на убой – или это привычка исключительно бывших принцев. Сидя напротив, Астен хищно следил за каждой картофелиной, которая отправлялась ко мне в рот. Я не могла отделаться от ощущения, что он их считает.

Однако мне кусок не лез в горло. Немного погоняв еду по тарелке, я скорчила жалобную гримасу.

– Я не могу пировать без Амона, – объяснила я. – Это он научил меня наслаждаться едой.

Суровое выражение Астена смягчилось.

– Я понимаю. Но ты должна питать свое тело, чтобы оно могло питать Амона.

– Хочешь сказать, мне полагается лопать за двоих? – съязвила я.

– Не понимаю…

– Неважно. О’кей, я постараюсь съесть побольше.

В этот момент в комнату вернулся посвежевший доктор Хассан. На археологе были новые штаны, жилет и даже шляпа – правда, сейчас коричневая взамен белой.

– Хорошо, – сказал Астен. – Теперь моя очередь. Когда я вернусь, на столе должна остаться только половина еды!

Я честно жевала, пока не поняла, что не могу больше проглотить ни кусочка. Затем Амоз тоже отправился в душ, а я взяла тазик с водой, подогретое полотенце и принялась бережно промывать раны на груди и руках Амона. Вода мгновенно окрасилась алым. Я успела сменить ее уже шесть раз, когда братья наконец вернулись из ванной.

Сперва я их не узнала. Оба переоделись в современную одежду и, как и Амон, отрастили волосы. У Амоза оказался короткий темный ежик, а вот шевелюра Астена была немного длиннее, чем у Амона, и щеголевато зачесана назад. Я никак не могла понять, куда они собираются – на церемонию заточения бога хаоса или вручение «Грэмми».

– Неплохо, неплохо, – кивнула я. – Но вы же вроде собирались экономить магию?

– Чтобы ускорить рост волос, ее требуется мизерное количество, – ответил Амоз.

– К тому же, – подхватил Астен, – мы сбережем силы, если отправимся к месту церемонии как простые смертные.

– К пирамидам?

Братья обменялись удивленными взглядами, и я махнула рукой.

– Амон рассказал.

– О, – ответили они в голос.

После этого в комнате повисла неловкая пауза.

– Ты готова, Лилия? – спросил Амоз.

– Да.

– Тебе стоило бы отдохнуть получше, – заметил он, опускаясь возле меня на колени.

Я беспомощно пожала плечами, и Астен, тоже присев рядом, одарил меня легкой улыбкой.

– Не волнуйся. Амоз – искусный лекарь. Если кто-то и может вернуть Амона, так только он.

Я кивнула и вложила руку в медвежью ладонь Амоза.

– Передай столько энергии, сколько сможешь, брат, – велел тот Астену. Затем он закрыл глаза, положил свободную руку на лоб Амона и принялся напевать по-египетски.

Я судорожно втянула воздух, когда у меня под кожей заплясали серебристые искры. Постепенно свет окреп, перетек по предплечью в пальцы и оттуда перескочил к Амозу. Совершив такое же путешествие по его телу, свет выплеснулся на лоб Амону, ненадолго задержался там мерцающим озерцом – и наконец впитался в кожу.

Грудь Амона поднялась, и я услышала глубокий вздох. Но у меня не было времени на радость: руки затряслись, и я поняла, что не могу сглотнуть. Я без сил повалилась на плечо Амозу. Астен стоял над Амоном с другой стороны. Глаза звездного бога были закрыты, а руки вытянуты ладонями вверх. Не прошло и пары секунд, как из кончиков его пальцев заструился белый туман. Сгустившись, он разделился на два потока, и один из них потек ко мне, а другой ударил Амоза прямо в грудь. Я непроизвольно вдохнула дым – и вдруг поняла, что знаю братьев так хорошо, как и мечтать не смела.

Образовавшийся между нами треугольник посвятил меня в самые сокровенные их желания. Астен страстно хотел отправиться в путешествие и как следует изучить мир, так сильно переменившийся за время его сна. Амозу не терпелось смастерить что-нибудь руками, а еще… Да, в глубине души он еще хотел семью. Затем я почувствовала в нашем кругу четвертую душу, которую не смогла бы не узнать. Амон.

Я уловила радость, с которой он ощутил присутствие братьев. Однако она немедленно померкла, стоило ему заметить меня.

«Лилия?.. – услышала я в голове голос Амона. – Нет! Зачем вы ее втянули? Это скрепит связь!»

«Связь и так нерушима», – ответил Амоз.

«Нет! Я этого не допущу!»

Я почувствовала, как борется Амон с братьями – не желая их помощи, но отчаянно нуждаясь в ней. Его гнев и тоска заставили меня сжаться. Неужели я ему так отвратительна? Теперь стало ясно, что Амон не снизойдет до меня, даже если от этого будет зависеть его жизнь.

– Он противится передаче, – словно сквозь ватную стену, донесся до меня голос Амоза.

– Тогда ему не хватит сил завершить церемонию, – предупредил Астен.