Память льда. Том 1 - Стивен Эриксон

– Тебе он понравился.

Рейк улыбнулся и пригубил вино.

– О да, верное замечание.

Воцарилось тишина, мужчины молча сидели, глядя друг на друга. Спустя долгое время Скворец медленно выпрямился в кресле – начал понимать.

– Предполагаю, – наконец сказал он, разглядывая вино в кубке, – Быстрый Бен тебя заинтриговал.

Аномандр Рейк склонил голову набок.

– Естественно, – полувопросительно ответил он, выказывая лёгкое удивление.

– Впервые я встретил его в Семи Городах… в священной пустыне Рараку, если быть более точным. – Прежде чем продолжить, Скворец заново наполнил кубки, затем уселся обратно. – Это довольно долгая история, – надеюсь, тебе достанет терпения.

Рейк улыбнулся краешком рта.

– Хорошо. Думаю, она того стоит, – блуждающий взгляд Скворца остановился на фонаре, который висел на распорке, рассеивая темноту золотистым светом. – Быстрый Бен, Адаэфон Делат, средней руки маг на службе у одного из Семи Святых Защитников во время неудавшегося мятежа, что начался в Арэне. Делат и одиннадцать других магов входили в специальный отряд одного из Защитников. Но маги нашей осаждающей армии ни в чём им не уступали – Беллурдан, Ночная Стужа, Тайшренн, А’Каронис, Тесормаландис, Крепыш. Могучие чародеи, которые не считались ни с чем, исполняя волю Императора. В общем, город, в котором окопался Защитник, был взят, стены разрушены, на улицах резня, безумие битвы охватило нас всех. Дассем убил Святого Защитника – Дассем и его сторонники, которых он называл своим Первым Мечом – они прогрызли себе путь через ряды врагов. Увидев смерть своего повелителя и разгром армии, маги Святого Защитника бежали. Дассем приказал мне с отрядом отправиться в погоню, прямо в пустыню. Нашим проводником был местный житель, которого недавно приняли в Когти.

На широком, чёрном лице Калама Мехара поблёскивал пот. Скворец видел, как проводник ёрзает в седле, видел, как он передёргивает могучими плечами под запылённой, грязной телабой.

– Они по-прежнему вместе, – пророкотал проводник. – Им бы разделиться… и вас заставить сделать то же самое. Или выбирать, за кем гнаться, командир. Следы ведут в пустыню, господин, в самое сердце Рараку.

– Как далеко ушли? – спросил Скворец.

– Полдня, не больше. И пешком.

Командир, сощурившись, вгляделся в охряное марево пустыни. Семьдесят солдат ехали за ним, собранные на скорую руку морпехи, сапёры, пехота и кавалерия; все – из практически уничтоженных взводов. Почти у каждого за плечами три года осад, битв и погонь. Те, кого Дассем Ультор решился отправить, те, кем мог бы в случае чего пожертвовать.

– Господин, – вклинился в мысли Скворца Калам. – Рараку – священная пустыня. Место силы…

– Веди, – прорычал Скворец.

Пыльные вихри чертили бессмысленные узоры на пустой бесплодной равнине. Отряд ехал рысью, изредка переходя на шаг. Солнце взбиралось всё выше по небу. Где-то позади всё ещё пылал город, но перед солдатами раскинулся необъятный простор, словно освещённый пожаром.

Первый труп нашли после полудня. Изодранная, обожжённая телаба развевалась на горячем ветру, а под ней – скорчившаяся, иссушённая фигура, лицо обращено к небу, пустые глазницы – бездонные ямы. Калам спешился и долго осматривал тело. Наконец он поднялся и обернулся к Скворцу.

– Кебхарла, наверное. Она была скорее учёным, чем магом, знатоком тайн. Господин, здесь что-то странное…

– Да ладно? – растягивая слова, спросил командир. Он подался вперёд в седле, разглядывая тело. – Кроме того, что она, судя по виду, погибла сотню лет назад, тебе ещё что-то кажется странным, Калам?

Лицо проводника резко помрачнело.

Какой-то солдат за спиной Скворца прыснул.

– Эй там, весельчак, выйди-ка вперёд, – приказал командир, не оборачиваясь.

К нему подошёл худощавый юноша в великоватом, богато украшенном шлеме Семи Городов.

– Сэр! – козырнул солдат.

Скворец уставился на него.

– Боги, сними ты этот шлем, парень, – мозги испечёшь. И скрипку – эта проклятая штуковина всё равно сломана.

– Шлем холодным песком покрыт изнутри, сэр.

– Чем?

– Холодным песком. Похож на мелкую крошку, сэр, но можно пригоршню в костёр бросить, и он совсем не нагреется. Странная вещь, сэр.

Командир поражённо посмотрел на шлем.

– Бездной клянусь, его же носил сам Святой Защитник!

Юноша торжественно кивнул.

– А когда меч Дассема отсёк ему голову, шлем и полетел, сэр. Прямо мне в руки.

– И скрипка тоже?

Солдат с подозрением сощурил глаза.

– Никак нет, сэр. Скрипка моя. Купил её в Малазе, хочу научиться играть.

– И кто же её проломил, солдат?

– Это был Вал, сэр, – вон он, стоит рядом с Хваткой.

– Да он ни Худа играть не умеет! – крикнул указанный солдат.

– На такой уж точно не умею. Она ж сломана. Вот закончится война, я её и починю, верно?

Скворец вздохнул.

– Возвращайся в строй, сэр Скрипач, и чтоб больше ни звука от тебя, ясно?

– Ещё кое-что, сэр. У меня дурное предчувствие… насчёт… насчёт всего этого.

– В этом ты не одинок, солдат.

– Ну, э-э-э, да, но…

– Командир! – позвал солдат по имени Вал, понукая своего скакуна вперёд. – Чутьё этого парня, сэр, – оно ещё не подводило. Он говорил сержанту Упору не пить из фляги, да тот не послушал и помер, сэр.

– Отравлен?

– Никак нет, сэр. Мёртвая ящерица. Попала в глотку. Упор задохнулся насмерть из-за дохлой ящерицы! А Скрипач – хорошее имя. Скрипач. Ха!

Скворец выдохнул:

– Боги. Всё, хватит, – он снова повернулся к Каламу. – Вперёд.

Тот кивнул и забрался обратно в седло.

Одиннадцать пеших магов, без припасов в безжизненной пустыне – погоня должна закончиться быстро. Вечером малазанцы нашли ещё одно тело, такое же иссохшее, как и первое; а когда солнце окрасило багрянцем горизонт, нашли на тропе и третье. Прямо по курсу, в полулиге от них, поднимались выбеленные, изрезанные зубы известняковых утёсов, подсвеченные алым закатом. Следы выживших магов, по словам Калама, вели туда.

Кони были измучены, как и солдаты. Вода – на исходе. Скворец объявил привал, и воины разбили лагерь.

После трапезы, когда часовые заняли свои места, командир подошёл к Каламу Мехару.